Сеть
Шрифт:
Там уже была толпа. Айзека окружили, требуя подробностей. Сати взглянула ему в глаза… и даже с пяти метров поняла, что что-то не так. Неуловимая тень скользнула по его словно высеченному из камня лицу. Киборг сказал ей не всю правду. Нет, не так, он намеренно солгал, зная о ее положении. Или же Сати просто показалось?
Она попыталась пробраться к центру происходящего, но Мэгги вовремя удержала ее от прыжка в толпу.
— Куда, там же давка! — Томпсон схватила ее за плечи, но Сати нервно стряхнула ее тяжелые руки. Сколько можно было оберегать ее,
«Томас, прием», — мысленно позвала Сати, но телепат намеренно блокировал любые попытки связаться с ним.
«Ойтуш, ты слышишь меня?» — Сати обратилась к мужу при помощи Ока-2, но также не получила ответа. Тревога нарастала в ее душе, словно закипающая вода в кастрюле, а на фоне всеобщего веселья это чувство было еще более гнетущим.
Айзек хотел провалиться сквозь землю. Полчаса назад он силком поднял себя за шкварник и заставил выйти к людям. Радоваться их общей победе и строить радужные планы относительно их наступления. После уничтожения зоны Х сопротивление действительно оказывалось в выигрышном положении, но… уже без офицера Эвери.
«Сати не должна знать. Пока».
Об этом попросили его Томас и Эвридика. После небольшого телепатического совещания решено было, что сестра Ойтуша лично сообщит Сати трагическое известие и обязательно под контролем доктора Атли. Но как бы не хотел глава сопротивления отсрочить эту неизбежную боль, он не мог выдержать взгляда Сати. Доверчивого и полного надежды.
Нет, он не мог обманывать ее больше ни минуты. Увидев, что Сати удаляется от костра, Айзек, без труда пробивая себе путь в толпе, направился следом.
Шаг Во Тьму
Айзек шел следом за маячившей впереди фигуркой Сати. И как она умудрялась шагать так быстро, что даже он, обладатель мощного роботизированного тела, не мог догнать ее?
— Сати! — крикнул Айзек, стараясь чтобы его голос не был похож на рык. — Постой, нам нужно поговорить!
Но девушка все шла и шла, словно некая неведомая сила влекла ее за собой. Еще немного — и она исчезла бы в темноте туннеля.
— Айзек! — окрик был настолько неожиданным, что киборг вздрогнул всем телом.
Это были Лазарус, Рантан и Латания. — Это правда? Зона Х уничтожена?
— Правда, правда, — недовольно проворчал Айзек, не отрывая взгляда от удаляющейся Сати.
— Говорят, что Эвери погиб, — добавила Латания. — Сочувствую.
Айзек заскрипел зубами, а вены на его шее вздулись и стали напоминать толстых пиявок. Еще немного, и он укокошил бы эту выскочку.
— Что б тебя! — рявкнул киборг. — У вас, одаренных, ума ни грамма!
Айзек указал на спину Сати, и Латания мигом прикусила губу.
— Ей не сообщили? — спросил Лазарус, хотя по реакции Айзека все было и так понятно.
Неизвестно, слышала Сати или нет,
— Сх… Схватки, — с трудом произнесла Сати, увидев подмогу. Она держалась за живот, часто и порывисто дышала, а ее зрачки были совсем узкими от боли.
— Предупредите Атли, скорее! — негромко крикнул Айзек, чтобы не напугать ее. Лазаруса и двух и его помощниц словно ветром сдуло: должно быть, вид внезапно начавшей рожать женщины был для них пострашнее аниматусов, массовых расстрелов и прочих ужасов войны.
— Хоть я ничего в это мне понимаю, — Айзек наклонился к Сати и попытался взять ее на руки. — Но мы немедленно уходим отсюда. В более подходящее место.
— Нет! — с надрывом крикнула Сати. — Нужны носилки.
— Еще чего! — возмутился Айзек, — Да у меня каждая рука по отдельности удобнее носилок!
— Пожалуйста, Айзек! — взмолилась девушка. — Ойтуш будет недоволен, когда узнает, что ты отказался помочь мне.
«Она не слышала», — с облегчением подумал киборг. Так даже лучше: пусть вначале спокойно родит, оклемается, а уж потом…
— Хорошо, — кивнул он. — Будь здесь, ладно?
— Куда же я денусь, — произнесла Сати, сгибаясь пополам.
Через минуту, когда фигура Айзека благополучно скрылась из виду, она наконец-то расправила плечи. Схваток не было. Не было ничего кроме жуткого предчувствия пустоты. Не осознания того, что случилось, а только предвестие.
«Говорят, что Эвери погиб», — прозвучали в голове Сати слова Латании. Вот почему не отвечает Томас, вот почему взгляд Айзека у костра был таким странным.
Сати поднялась с колен и по инерции прошла еще несколько шагов.
Случилось что-то немыслимое. Неописуемое словами, непостижимое.
Сати слышала свои мысли, словно они принадлежали другому человеку: «придется одной растить ребенка», «интересно, сложно ли это — быть вдовой?» Разум продолжал функционировать, тогда как сердце напрочь отказывалось принимать тот факт, что Ойтуша больше никогда не будет в ее жизни.
И когда она наконец осознала это — стены туннеля сотряслись от ее крика.
«Ты можешь отомстить. Роланд Грейси мертв, но война еще не окончена».
Эти мысли принадлежали явно не Сати. Они появлялись в ее голове откуда-то извне. Откуда-то сверху.
— Кто ты? — Сати подняла вверх заплаканное лицо, словно ожидала увидеть не закопченный потолок, а некое божественное свечение, вступившее с ней в диалог.
«Ты помнишь меня, Сати. Слепая девочка, там в лаборатории… Теперь я вижу все».
Словно на телевизионном экране перед внутренним взором Сати пронеслась сцена с избиением маленькой одаренной. Белая комная, испачканная в ее крови и багровое, взмокшее от усердия лицо Грейси… Хотела бы она забыть это.