Сеть
Шрифт:
Поражение далось Дане очень нелегко. Она ненавидела себя, глядя как Хемминг умоляет ампутировать то, что и конечностями-то назвать было сложно. Она знала, какую боль причинила ему и продолжает причинять своим бездействием, но просить помощи у коллег — означало не просто капитулировать перед лицом мироздания, но и пойти под арест в соответствии с вполне земными законами. Похищение человека и пытки не просто поставят крест на ее карьере, но и подарят несколько лет строгого режима.
Спустя сутки после операции опасения Даны подтвердились: биологический имплант проникал
— Отрежь их, умоляю, отрежь! — слезы стояли в его воспаленных глазах, когда он говорил это. Но ампутацией конечностей было уже не обойтись. Если бы Хемминг видел себя в зеркало, то заметил бы потемневшую венозную сеть на груди. Совсем скоро паразит доберется до его мозга, и тогда одаренный перестанет существовать как личность.
Думая об этом Дана все чаще поглядывала на револьвер, припасенный ею “на всякий случай”.
Спустя двое суток Хемминг и сам предложил ей этот вариант.
— Дана, — позвал он, с трудом издавая звуки. К этому моменту симбионт добрался до голосовых связок. — Если ты хоть когда-нибудь любила меня, пожалуйста, убей… то существо, в которое я превратился.
Вместо ответа Хатт включила бестеневую лампу, чтобы еще раз осмотреть то, что от него осталось. Химера, которую она подселила к Хеммингу, несла в себе ДНК трех разных видов: шимпанзе, свиньи и кита — наиболее близких к человеку по генетическому составу. В идеале химера должна была незаметно дополнить ампутированный коленный сустав, встроиться в организм, словно паззл. Но произошло совсем иначе: химерные ткани начали доминировать над тканями хозяина, превратив его в нечто напоминающее огромную уродливую креветку. Сосуды разрослись густой сетью, свисающей словно гроздь винограда, и кровоточили при любом касании. В принципе, чтобы умертвить его даже револьвер был не нужен.
— Лучше бы ты умер от естественных причин, — задумчиво произнесла Дана, забыв, что говорит вслух и что перед ней все еще живой человек.
Хемминг взглянул умоляюще; он больше не был похож на того сильного и красивого мужчину, в которого Дана влюбилась как девчонка.
— Прости меня, — Дана выключила бестеневую лампу и положила на стол револьвер.
— Ты хотела как лучше, верно? — с облегчением произнес Хемминг, увидев, что развязка близка.
— Что? — Дана проследила за направлением его взгляда. — А, нет, это не для тебя. В нем всего одна пуля, и совсем скоро она мне пригодится. Нас уже ищут.
Наверное еще никто и никогда не выглядел так же обреченно как Хемминг. Дана тем временем набрала полный шприц воздуха.
— Прощай, любимый, — сказала Хатт. — Это не совсем гуманно, зато не требует ресурсов.
С этими словами она сделала ему самую последнюю смертельную инъекцию. В этот момент все человеческое, что еще было в ней, исчезло навсегда.
После того, как Роланд Грейси узнал о местонахождении Даны, он настоял на том, чтобы отправиться туда в одиночку. Ученый был уверен, что сумеет уговорить свою обезумевшую от горя подругу вернуться к работе и прежней жизни. Вот только для Роланда положение дел выглядело несколько иначе. Двое влюбленных, один из которых умирает от рака, решили провести
— Хемминг?! — каково же было удивление Роланда, когда он застал мужчину живым и здоровым.
Тот стоял посреди лаборатории, наспех оборудованной в одной из квартир строящегося небоскреба. Спокойное лицо Хемминга плохо сочеталось с гнилостным запахом и кровавыми разводами на полу.
— А где Дана? — спросил Грейси, предчувствуя недоброе.
— Она ушла, — спокойно ответил парень. — Зачем ты приехал, Роланд? У вас же сдача проекта.
— У нас сдача проекта, — проправил его Грейси. Неожиданно в нос ему ударил отчетливый трупный запах. — Что здесь вообще происходит?
Ученый еще раз оглядел место, в котором находился. Вот железная кушетка и бестеневая хирургическая лампа над ней, вот набор инструментов, которым недавно явно кто-то пользовался… а вот резервуар, с не плотно надвинутой тяжелой крышкой. Резервуар, от которого даже повидавшего виды Роланда Грейси бросало в дрожь.
— Что там? — спросил он, шагая к нему.
— Неудачный эксперимент, — Хемминг сделал шаг навстречу, преграждая ему дорогу. Он был выше ростом и крупнее, но это не остановило Роланда.
— Я немедленно хочу увидеть Дану, — сказал он и сделал еще одну попытку приблизиться к резервуару.
“Если Хемминг убил ее, то держит тело здесь — другого варианта быть не могло”, — подумал Роланд. Холодный пот тек вдоль его позвоночника, а все мысли были сосредоточены на единственной точке — потайном кармане пиджака, в котором лежал дистанционный электрошокер.
— Ты был хорошим другом, Роланд, — ни с того ни с сего произнес Хемминг. — Мне будет очень не хватать тебя.
Сердце Роланда билось, словно большой колокол.
“Он заговаривает мне зубы, значит сейчас будет атаковать”, — пронеслось в его голове. Нервы были на пределе, а рука, незаметно тянущаяся ко внутреннему карману, предательски дрожала.
— Если память не изменяет мне, — начал Грейси, — Мы знакомы с тобой не больше двух месяцев. Друг.
Он резко вытащил электрошокер и, уперев его в грудь Хемминга, спустил курок. Рука Роланда вошла в тело мужчины, словно раскаленный нож в подтаявшее масло. При этом на лице Хемминга не отразилось ничего: ни боли, ни испуга, ни превосходства. Роланд в ужасе замер, глядя в глаза, вмиг ставшие пустыми, словно у куклы.
В этот момент в лаборатории раздался выстрел.
— Дана?
Да, это была она. Девушка стояла в двух метрах от Грейси, а револьвер в ее руке дымился, только что извергнув из себя последний патрон.
— Большинство уверено, что моя одаренность — это предсказывание будущего, — спокойно сказала девушка, засовывая за пояс ствол. — И лишь немногие знают о моем вором даре. Способности создавать дублей. Реалистичных, управляемых и ничем не отличимых от оригинала.
Роланд взглянул на свою грудь и заметил стремительно краснеющее пятно. Он сделал два шага назад и уперся в тот самый резервуар, вызвавший у него животный страх.