Сестра Харуна ар-Рашида

Зейдан Джирджи

не родители с детишками. Не мешало бы разгадать за¬

гадку! Ничего не скажешь, отличный вечерок!»

Нос лодки разрезал недвижную гладь реки. Ветер улег¬

ся. Воздух был тих и спокоен. Ни звука. Лишь монотонно¬

ласковое журчание воды, плещущей о борт, да легкие

удары весел и приглушенные ритмичные всплески.

Впереди показались центральные кварталы Багдада.

Здания были освещены. Над Тигром разносились пронзи-

тельные призывы муэдзинов,

сзывавших верующих на ве¬

чернюю молитву.

Момент был удобный, упускать его не стоило.

— Хозяин! — обратился Абуль Атахия к кормчему.—

Есть ли у тебя молитвенный коврик? Благодарю тебя,

спасибо!

Он прошел на корму и, устроившись поближе к бе¬

дуинам, опустился на колени. Забормотал заученные сло¬

ва молитвы, а сам принялся разглядывать таинственных

путников. Мужчина и женщина средних лет: огрубев¬

шая кожа, глубоко врезавшиеся морщинки, примитивная

одежда непритязательных кочевников пустыни... Маль¬

чики, наоборот, холеные; одному лет пять, может быть

пять с половиной, второй, видимо, его брат, на год-

полтора младше. Лица едва загорелые, как у городских

детей, слегка продолговатые, с красивым разрезом глаза,

длинные ресницы будто припудрены мелким растертым

– углем. Не похожи мальчики на сыновей бедуинов! Совсем

не похожи...

Поспешно закончив молитву, Абуль Атахия свернул

коврик и вернулся на место под парусом.

— Твои путники, хозяин, чужеземцы, вроде меня?

— Мой гость не женщина, но очень любопытен,—

уклончиво ответил кормчий.

— Вдалеке от отечества все чужеземцы — родствен¬

ники,— настаивал Абуль Атахия.

— Принимая тебя на борт, я не спрашивал, кто ты,

откуда идешь и куда направляешься,— отрезал кормчий

и повернулся к рулю.— Тебя не касается, кто эти люди.

Лодка приближалась к первому городскому мосту. От

одного берега к другому тянулись скрепленные между со¬

бой барки, на бортах которых лежали деревянные мостки.

Если требовалось пропустить лодку, цепи, соединявшие

барки, ослаблялись, одна цепь опускалась, и средняя

барка отплывала в сторону, освобождая проход.

По левому берегу тянулись огни города-крепости, со¬

оруженного еще халифом аль-Мансуром. Впереди едва

угадывался силуэт второго моста. По обыкновению, в

столь поздний час он должен был быть закрытым.

— Ну, пора тебе вылезать! — проговорил кормчий,

отпуская руль.

Категоричность фразы пришлась Абуль Атахии не по

душе. Он хотел было уже сказать, кто он такой — этого

было

бы достаточно, чтобы заставить себя уважать,— но

одумался: не стоило рисковать, ночное путешествие

должно было остаться тайной.

Справа проплывал замок Вечности, любимая резиден¬

ция Харуца ар-Рашида. Сводчатые окна замка были осве¬

щены разноцветными фонариками. Огней было так много,

что их таинственные отблески проникали в пышный парк,

окружавший замок. Над Тигром неслись резкие ароматы,

среди которых угадывались запахи ладана, мускуса, цве¬

тущих анемонов и лаванды.

Перестав думать о подозрительных путниках, Абуль

Атахия все свои помыслы устремил на предстоящую

сделку с работорговцем.

—- Уж не хотит ли хозяин высадить меня у халиф¬

ского замка? — спросил он, удрученный тем, что остава¬

лась еще верная треть пути.

— Нет, не хотит,— с усмешкой ответил кормчий,—

я высажу тебя после моста, на западной стороне.

— Благодарю тебя, хозяин! Совсем спасибо! — отве¬

тил Абуль Атахия, продолжая мистификацию.

Когда лодка причалила, он поправил съехавшую на¬

бок чалму, туже затянул пояс, завернулся в абу, поблаго¬

дарил кормчего и сошел на берег.

Глава II

ГОРОД МИРА

Во времена первых халифов столицей исламского мира

был город Ясриб, где по преданию находится могила Му¬

хаммеда, посланника аллаха. Когда власть в халифате пе¬

решла к династии Омейядов, центром государства, под¬

чиняясь воле новых правителей, стал Дамаск. Шли годы.

Утвердившиеся во главе халифата Аббасиды, которых

усердно поддерживали персы, на всякий случай перебра¬

лись поближе к персидской границе, поначалу в Куфу,

знаменитую своими торговыми связями, а потом на бе¬

рега Евфрата, в город аль-Анбар, где и умер первый аб-

басидский халиф Абу аль-Аббас, по прозвищу ас-Саффах.

После Абу аль-Аббаса халифом стал его брат аль-

Мансур, который первым делом жестоко расправился

с оппозиционно настроенными шиитами, опасаясь, как

утверждают летописцы, того, что пользовавшийся боль¬

шой популярностью вождь повстанцев Абу Муслим аль-

Хорасани сам расправится с эмиром правоверных, благо

под знаменами недовольных собралось порядочное вой¬

ско. Халиф умертвил презренного, а затем покарал его