Съешь моё сердце
Шрифт:
Их лиц Шарлотта не видела, лишь тёмные силуэты и сверкающие отвращением глаза. Неужели та незнакомка готова была преклониться перед такими омерзительными существами? Что именно её привлекло в их острых чертах лица и их злости?
Тишина медленно, но верно делала своё дело. Стенки шкафа не пропускали ни голосов, ни каких-либо других звуков, по которым можно было бы определить незваных гостей. Ничего. Лишь собственное дыхание и поскрипывание досок под тяжестью её тела.
Ожидание пожирает изнутри не хуже плотоядных червей. Поднимаясь от пяток, перемешиваясь со страхом,
Казалось, прошла уже вечность, как вдруг Шарлотта услышала шаги. Неизвестные направлялись в сторону комнаты, где как раз спряталась девушка. Их голоса звучали громче по мере приближения, и в момент, когда дверь распахнулась, Шарлотта знала, что она осталась наедине с двумя голодными чудовищами.
– Роуз, ты только представь, он не разрешил мне выпустить тому парню кишки. Я считаю, его уже давно пора отстранить от дел. Принц уже не помнит, как нужно веселиться.
– Да брось, Том. Тебе бы только кого-нибудь сожрать. Может, это ты совсем не умеешь развлекаться? Помнишь, как мы лежали на этой кровати, а ты красочно описывал, как будешь каждый день приносить мне на завтрак новорождённых малышей, и как мы вместе будем наслаждаться их мягкой и нежной плотью? Знаешь, а я ведь тогда поверила.
Мужской и женский голоса звучали так сладко приторно, словно бы они ворковали друг с другом, совершенно не замечая ничего и никого вокруг. Шарлотта старалась не дышать и не двигаться. Её тело застыло, и только крупная дрожь в пальцах не заставляла забыть о том, что девушка ещё не мертва. Один вздох, свист, шорох – и Шарлотта не успеет опомниться, как её вытащат за шкирку, и если повезёт, то убьют быстро и милосердно.
– Глупая, разве не именно ты болтаешь всё время о еде? Даже сейчас.
Женский заливистый смех неожиданно раздался в комнате. Шарлотта вздрогнула, но, к счастью, доски не заскрипели.
– Ох, милый мой Томас, разве ты не понимаешь? Делить пищу с кем-то или же съесть её в полном одиночестве – это разные вещи. А вот передавать кровь вместе с поцелуями и в этот же момент думать только о вашей страсти друг к другу – это и есть высшая точка любви, ты так не думаешь?
– Роуз, ты же знаешь, что я уже на пределе. Зачем ты так меня дразнишь? Я же могу и накинуться на тебя.
– Так чего же ты ждёшь? Выпей меня всю до последней капли.
Разговор сменился звериным рычанием и влажными поцелуями. Шарлотту затошнило. Она наслышана о забавах вампиров. Бессмертие даёт возможность на воплощение самых извращённых фантазий. Их холодные тела регенерируют с невероятной скоростью. Царапины заживают молниеносно. Оторванные конечности отрастают за секунды, и ничто не может этому помешать – ни серебро, ни чеснок, ни вербена. Всё это может лишь замедлить существо, так же как и солнечный свет. Многие рассказывали Шарлотте, как спасались бегством. Правда вампиры быстрее. В десятки раз. Но перемолотые цветы вербены, брошенные прямо в глаза, ослепляют чудовищ на маленькое количество времени. Но даже это не смогло бы помочь уйти от них. Девушка расспрашивала, как же всё же счастливцам
Сбежать, спрятаться, сбить со следа. Невозможно.
Остаётся лишь ждать, покачиваясь от подступившей к горлу желчи, своей смерти.
– Ты слышишь?
– Да, милый. Так стучит заячье сердце, с которого так аппетитно стекает страх.
Шарлотта крепко зажмурилась. Всё кончено.
Дверцы шкафа вмиг распахнулись, и девушку грубо вытянули, бросив тело на пол. Шарлотта повернулась и наконец увидела их лица. Впервые она так близко к монстрам. Полураздетые, они с нескрываемым голодом в глазах следили за ней. Высокие, идеально сложенные, с аристократическими скулами и носами, они не вызывали ничего, кроме страха. Фарфоровые куклы, способные убить за секунду, манили к себе своим совершенством. Но Шарлотта не верила в их человечность, даже если и выглядели они как люди.
– Моя сладкая Роуз, ты когда-нибудь видела, чтобы завтрак сам приходил в постель?
Обманчиво молодой мужчина плотоядно улыбался, то сжимая руки в кулак, то вновь разжимая. Его кристально-голубые глаза не моргали и даже в полутьме сияли от лучей луны, проникавшей в комнату через запылённые стёкла.
– Мне бы хотелось разделить с тобой столь желанный приём пищи, но ты ведь не забыл правила? Нужно делиться, Томас. В особенности, с семьёй.
Женщина подошла к своему возлюбленному вплотную и глубоко поцеловала, не обращая ни малейшего внимания на в ужасе застывшую Шарлотту. Хотелось вскочить и побежать. Рвануть как можно дальше от этого места. Но здравый смысл был сильнее. Он твердил, успокаивающе нашёптывая о бесполезности любых действий. Лишь принятие ситуации могло облегчить неминуемую гибель. Побег мог лишь всё усугубить, раззадоривая хищников.
– Да, понимаю. Нужно отнести её к остальным.
Не успела Шарлотта и дёрнуться, как её схватили и с лёгкостью подняли, закинув на плечо. Девушка не сдержалась и вскрикнула. Её несли в логово, кишащее беспощадными тварями. Голодные, ненасытные, они уже ждали.
Сильный вампир нёс её словно пушинку, а следом за ними грациозной походкой гордо шагала статная женщина. Шарлотту несли ногами вперёд, отчего становилось ещё страшнее от ощущения неизвестности. Голубоглазая блондинка хищно ухмылялась, не сводя взгляд с девушки. Её алые каблуки на тонкой шпильке громко цокали по дощатому полу. Расстёгнутая светлая блузка открывала вид на глубокое декольте, а по подбородку размазалась кровь.
От давления и некой ауры, исходящей от вампирши, слёзы незаметно хлынули из глаз. Они просто текли, погружая мир в пелену, а Шарлотта даже не замечала их. Всё, о чём она могла думать, – это предстоящая смерть. Мучительная и, возможно, самая унизительная. По крайней мере девушка всегда так думала. В особенности в те частые моменты, когда встречала на своём пути, растерзанные до неузнаваемости человеческие тела.
На этих кучках уже сгнившего мяса на коленях стояли юноши и умоляли невероятно притягательных кровопийц. Они просили о том, о чём просят все, кто сошёл с ума от безумной любви к чудовищам.