Серж. Книга 2
Шрифт:
— Парни из спецназа выжили? — глядя на замолчавшего рассказчика, спросил Сергей.
— Они не просто выжили, они научили нас, как надо бороться за свою Родину, — улыбнулся кубинец.
Парни сидели, обдумывая услышанное. Мужчина всматривался в лица ребят. Что он хотел там рассмотреть? Может быть, такую же готовность умереть за свою Родину и народ, как у тех четверых бойцов Да-Конг?
Почему кубинец выбрал именно это красивейшее место для своего рассказа? Понимал ли он, что своим рассказом в столь живописном месте послал мощный импульс в сердца парней? Что сравнение нахождения в схроне — между жизнью
Возвращаясь в лагерь, двигались молча. Кубинцы ничего не делают просто так — в каждом слове и действии есть смысл. И в этот раз они снова достигли цели. Группа возвращалась, осознавая, что ради Родины они готовы на всё. И в этой жизни могут полностью доверять тем, кто сейчас рядом с ними.
Высокий майор-кубинец с густыми короткими волосами и аккуратной бородкой прошелся вдоль строя улыбающихся ребят. Парням он был хорошо знаком — инструктор по стрельбе из всего, что может стрелять, и, в теории, не может, но почему-то стреляет. Он научил группу стрелять от пояса из автоматов в любых условиях, днем и ночью, мастерски владеть пистолетами и стрелять из любого положения. Помощник в чине капитана стоял чуть сзади своего командира.
— Вы стреляли из миномёта? — остановившись, майор улыбнулся.
— Мы все больше из рогаток, — произнёс кто-то из парней, и все засмеялись.
— Рогатка — хорошее и грозное оружие в умелых руках. Но миномёт имеет иные свойства и поражающую способность, — спокойно продолжил кубинец. — И могу вас уверить: миномёт иногда просто необходим спецназу.
— Миномёт — тактическое оружие батальона. Одно дело возить его в кузове «Шишиги», и другое — переть на себе… — произнёс кто-то из стоящих в строю.
— А что вы можете мне рассказать о миномёте? — майор, пряча улыбку, смотрел на парней.
— Громоздкий, с тяжеленной плитой, сложной системой прицеливания. В общем, это не наше оружие. На длительном выходе вес снаряжения — один из основных факторов. А тут бандура… — произнёс Седой.
— У вас неправильное представление об этом замечательном оружии, — улыбнулся майор. — Сначала я вам покажу, а уж потом расскажу.
Майор забросил на плечо ствол-трубу миномёта и отошёл с ним метров на десять. Установил, уперев трубу в землю.
— Цель перед вами — в трёхстах метрах.
Группа повернулась, рассматривая мишени, расставленные в поле. Майор посмотрел на парней, отклонил ствол миномёта, упёртый в землю. Принял стойку, чуть согнув ноги. Достав какой-то прибор, поставил на ствол и корпусом задал угол и направление стрельбы. Парни смотрели на все приготовления, не понимая, что изображает этот кубинец. Любой, видевший стрельбу из миномёта, скажет, что всё проделанное майором — абсурд.
— Готов, — произнёс майор.
Капитан опустил мину в трубу… Мина скользнула в ствол, и тот почти беззвучно выплюнул её…
— ?Otro! (Другую!) — коротко бросил майор.
Капитан опустил
Группа смотрела на майора, «открыв рты» — такого применения миномета никому видеть не доводилось.
— Посмотрим на результат стрельбы, — майор протянул руку в сторону мишеней.
Парни повернули головы, и через пару секунд увидели разрывы — они ложились один за другим; звуки долетели спустя пару секунд…
Парням хотелось протереть глаза. Ни тебе минометного расчета, ни плиты, ни прицела… Только труба и два невероятных кубинца… Все мины легли точно, накрыв мишени.
— При определенных навыках стрелок может повесить одновременно до двенадцати мин, — произнес майор. — Первая ляжет в цель, когда последняя вылетит из ствола. Во Вьетнаме группа спецназа послала в сторону американцев несколько мин. Кинула в легковушку, замаскированную под старую канализационную трубу, ствол. И пока мины висели, появилась в зоне видимости КПП. Они остановились для проверки точно, когда первая мина разорвалась. Проверяющие кричали: «Быстрее, быстрее, начинается обстрел!» — и пропустили автомобиль. Подумать, что это эти парни стреляют, было невозможно…
Ребята посматривали друг на друга и на инструкторов. После двух с небольшим месяцев обучения им казалось, что всё самое необычное и экзотическое уже повидали и опробовали на себе. Но инструктору опять удалось всех удивить.
О таком обращении с минометом парни даже подумать не могли. Попробуй так пострелять в армии… В лучшем случае солдат уйдет в свинари, в худшем — офицера посадят. Ведь главное — это меры безопасности.
— Приступим к практике, — глядя на вытянутые от удивления лица парней, произнес майор.
Первый вышедший взял трубу, поставил, уперев в землю. Майор ходил вокруг и подсказывал, как встать, как согнуть ноги и руки.
— Положение ствола вы должны запомнить мышцами, а не головой. Сейчас мы стреляем на триста метров. А далее — по длине руки…
Мина скользнула в ствол, издав приглушенный хлопок, ушла в цель. Ствол зарылся в землю. Боец выдернул его и встал в стойку. Мина улетела метров на пятьдесят дальше.
— Встань, как стоял, но чуть согни руку, — подсказывал майор. — И запомни положение. Ночью прицеливаться не сможешь, цель не видно. Только мышечная память…
Остаток дня группа провела на стрельбище. Сначала не всё получалось, но потом дело пошло — мины ложились в цель. Конечно, не получалось вывесить большое количество мин одновременно, но это дело практики.
— Вы и ваши руки — главный механизм при стрельбе, — прохаживаясь, говорил майор.
Третий месяц обучения подходил к концу. Каждый день группа привычно пробегала по тропе, затрачивая чуть больше двух часов. Инструкторам уже не удавалось подбрасывать сюрпризы — парни их с легкостью разгадывали и находили замаскированные ловушки. Каждый день ползали, уничтожая условного противника, минировали топливные склады, уничтожали аэродромы. Стреляли днем и ночью из всех видов оружия и при любых условиях, постоянно помня о том, что раненый или убитый — это провал группы.