Серый бог
Шрифт:
Раздался топот, шум спешивающихся всадников, звон железа. Чей то властный голос приказал двоим обойти мельницу с другой стороны и поймать мою лошадь. Ага, щас, так Мара вам и пойдет в руки… В проеме мелькнула тень, затем в мельницу ворвалось сразу же несколько человек. Увидев мой камзол в углу, который повешенный на какой то штырь изображал меня, раздались несколько выстрелов из пистолей и помещение заволокло дымом. Я тоже выстрелил из своих пистолей, а двуствольный приберег на потом. Раздался шум падающих тел, треск ломающихся досок и грохот обвалившегося пола. Передо мной зияла внушительная дыра, в которой копошился только один человек, а ещё трое или четверо лежали без признаков жизни. Ну ладно, двоих я поразил из пистолей, а остальные
— Что там у вас Инкварт? — раздался все тот же властный голос. Ответом ему была тишина, и предводитель отряда сам вошел в помещение. Не удержавшись на краю пола он рухнул в яму. За ним в мельницу вошли ещё двое. Эти были более осторожными. В яму они не попали, вернее попали но только после того, как я выстрелил из пистоля. С такого расстояния промахнуться было невозможно. Я стал перезаряжать пистоли, памятуя о том, что пара, тройка преследователей могли остаться наружи. Ну вот я готов к очередной встрече.
Осторожно заглянув в яму, что бы не нарваться на пулю, я увидел интересную картину: — пять человек лежали без признаков жизни в самых нелепых позах. Ещё двое пытались отползти к стенке. Один из них волочил ногу, а второй придерживал руку, которая висела у него как плеть и жалобно стонал. Только один человек стоял на ногах и держал в руках пистоль. Судя по виду это был предводитель. Что то в его лице мне показалось знакомым, но что, думать и разглядывать мне было некогда. — Сударь, бросьте пистоль, и я вам обещаю честный поединок на шпагах. Ответом мне был выстрел и пуля просвистела у меня возле уха, содрав кусок кожи с щеки. Я не такой благородный, как это может показаться с первого взгляда, — мой выстрел был точен.
Мы сдаемся, — раздался плачущий голос того, который держал свою сломанную руку. — Быстро говорите, кто вас послал, сколько вас и где остальные. Скажите правду, останетесь жить, нет, — я стреляю без промаха. — Мы отряд барона Траверса, нас было 12 человек, мы должны были убить белоголового дворянина, что путешествует один на юг. Ещё два отряда по пять — семь человек перехватывают этого господина на других дорогах. Приказ о нападении на вас отдавала женщина, лица я её не видел, так как она была в маске, но судя по одежде и манере держаться, — это молодая девушка. — Диана? — мелькнуло в голове. Хорошо, сейчас я позову ваших оставшихся в живых товарищей и они помогут вам выбраться из каменной западни. И передайте своей хозяйке, если увидите, и всем остальным, я больше никого щадить не буду. Сквозь вторую дверь я вышел наружу, держа в руках заряженные пистоли. Двое оставшихся в живых всадника стояли возле своих лошадей, показывая мне, что у них в руках нет ничего. Я внимательно осмотрел их- действительно простые слуги, которые обычно прислуживают знатным господам во время охоты или необременительного похода.
Оружие есть? — Оба отрицательно замотали головами. Действительно, даже ножи валялись у их ног. Хорошо, зайдите внутрь и помогите раненым. Я вас не трону. Свистнув Маре я обошел мельницу и подошел к небольшому табунку лошадей, поводья от которых держал молодой мальчишка лет десяти. Увидев меня, он побледнел и даже зажмурил глаза, но поводья не бросил. — Вот так и стой, пока я не разрешу открыть глаза. Первым делом я осмотрел боковые и седельные сумки барона Траверс, а потом и всех остальных. Собрал все бумаги, забрал приглянувшиеся мне незаряженные пистоли, а также красивый кинжал. И опять что то мне подсказало, что этот клинок я уже где то видел. Но вспомнить где, — я не смог.
Взобравшись на Мару, я разрешил открыть парню глаза и поскакал в сторону селения. Надо было прислать повозку, что бы могли забрать трупы и помогли этим олухам поднять раненых и перевезти их на постоялый двор.
Хозяин довольно равнодушно выслушал меня и посетовал, что эту проклятую мельницу, где жил мельник колдун давно пора сжечь, что он и сделает, как
Ночевали мы на берегу небольшого ручейка. Правда огонь я развел в ямке, немного подогрел мяса и поужинал в сухомятку, запивая мясо и сыр водой из ручья. Утром я проснулся от дробного топота копыт. По дороге, что я оставил чуть в стороне, быстро проскакал одинокий всадник в плаще и накинутом капюшоне, а ещё через некоторое время я услышал выстрел, сначала один, а потом и ещё один. Веселое утро намечается, — подумалось мне и я стал собираться. Наполнив фляги свежей водой и наскоро перекусив, дождавшись попутчиков, я пристроился в хвост колоне. Вскоре нам попалось место, где произошла трагедия. Два коня мирно щипали траву на обочине, а прямо посредине дороги широко разбросав руки лежали два человека. Я предположил, что всадника ждали и стреляли в него с нескольких шагов. А когда он упал, то подошли удостовериться в его смерти и получили пулю в через чур любопытного. Судя по натоптанным следам здесь было несколько человек. Странно, что они бросили своего товарища и ускакали, не обыскав даже убитого.
На теле одного из убитых был найдена записка в которой указывалось, что птичка выпорхнула и все, больше ни слова. Хотя приглядевшись я заметил, что вторая часть записки была оторвана, а значит самая важная информация ушла. А значит все таки убитого обыскали…
Все так же не торопясь мы трусили по дорогам Готии, останавливаясь на ночлег в тех местах, которые нам нравились. На постоялых дворах мы старались не ночевать, ехали как правило не по основным, а второстепенным дорогам, в замки и имения не заезжали. Продукты покупали в деревнях и селах прямо у крестьян. Вскоре стала меняться природа, небольшие леса и рощи стали сменяться безбрежными степями. Уменьшилось количество маленьких рек и ручейков, а те которые попадались нам стали более полноводными и глубокими.
На одной из остановок я стал внимательно рассматривать трофейный кинжал. В голове все крутились какие то воспоминания, что то смутное, знакомое. И вдруг меня бросило в холодный пот. Я вспомнил. Точно такой же был направлен мне в живот рукой маркиза. Мне тогда повезло, в последний момент рука у маркиза дрогнула и я получил удар по касательной в бок. Так кто стоит за попытками убить меня — Диана или вдова? А может быть сынок?
Некстати захромала Мара и мне волей неволей пришлось искать какое нибудь селение с кузнецом. Подкову надо было менять. На второй день после того, как Мара захромала мы выехали на хорошо накатанную дорогу, а вскоре нам попалось имение какого то знатного лорда. Громада дома высилась на небольшом холме. Дом был трехэтажный, каменный, хотя пригодного для строительства материала я во время своего путешествия не встречал. Может быть конечно не там смотрел, но все равно, что бы построить такой дом в степи, требовались не малые средства.
Последнюю часть пути я прошел пешком, ведя свою кобылу в поводу. Небо затянуло тучами и начался мелкий противный дождь, что и не дождь вовсе, а какое то мокрое царство. Сырость забиралась под одежду, буквально за полчаса все промокло, дорога стала раскисать. К счастью мы добрались ещё до того, как на землю обрушился ливень.
Слуги Мару сразу же повели в конюшню, заверив меня, что с ней все будет в порядке. Сбив грязь и вымыв сапоги я вошел в холл. Меня встретил дворецкий, поклонившись он сразу же ошарашил меня: — Я имею честь разговаривать с сэром Артом, бароном Дальних рубежей? — Да, это я. Вы меня знаете? — Нет, но мы вас ждали. Комнаты для вас готовы, вода нагрета. Фриц!- громко крикнул он, — немедленно отправить гонца к господину и сообщить, что сэр Арт прибыл.