Серые Ангелы
Шрифт:
«Но если всем людям, — рассуждал дальше Митяй, — после Падения Башни, языки были перемешаны, то кто всё равно остался при нём? При том самом древнейшем и общем для людей и Ангелов? Только Ангелы! И если господа Эсторские и Сама Госпожа Натин много раз между собой на том самом языке говоря подтрунивают, что „Серые Ангелы“ — они, то так и есть!
Они — те самые ангелы. Ведь правда? Ведь сколько добра они людям стараются принести?! Сколько простолюдинов уже спасли в своей больнице?!!».
Что Натин упустила, так это то, что у Митяя был достаточно длинный язык, чтобы пустить свои
Но ведь всегда такое бывало — за всем не уследишь! И вот за этим гиперактивным мальцом у себя под носом!.. Да. Не уследила. Хотя бы в той части, что вовремя не смогла прозондировать его убеждения, его мысли насчёт и не вычислила куда-таки его несёт в этих фантазиях.
Просто «руки не дошли» за всеми этими перипетиями с «Вратами Аньяны».
— Всё-таки масоны! — тяжко вздохнул глава Охранного ведомства прочитав отчёт, только что принесённый офицером.
Офицер внимал со всем тщанием и усердием. Ведь если Сам не только не отпустил его по принятию документа, но ещё и приказал сесть на стул и ждать, то… Явно что-то ещё будет. Не только краткий инструктаж и новые приказы.
— И масонская ложа у них из каких-то очень законспирированных. — продолжил меж тем рассуждать вслух Пирамидов. — До сих пор об этих «Серых Ангелах» ходили только слухи. Даже «Иллюминаты» и то более известны… Хоть и разогнали их давно… якобы… Значит… Надо усилить за сими «Ангелами» наблюдение. И за их так называемым «Обществом»… что «Наследие предков». Очень даже возможно, что это подразделение масонской ложи, предназначенное для вербовки неофитов в первый круг посвящения.
Пирамидов бросил косой взгляд на лежащую рядом папку и продолжил рассуждения вслух.
— Если за ними стоят некие тайные организации и, судя по их финансовым возможностям, исключительно богатые, то они могут быть опасными. Впрочем… почему «могут быть»? Они опасны. Просто пока свой реальный норов не показали. И хорошо будет если они не покажут. Но знать когда и где они его могут показать — весьма полезно. Значит… Усиливаем наблюдение!
Слова сочились медленно. Размеренно. От чего подчинённый ещё более напрягся. Чувствовал, что тут что-то исключительное намечается. Но что? Он пока гадал. Ведь с масонами они имели дело чуть ли не ежедневно. Новая ложа? Ну не такая это и новость! Они приходят и уходят. Точнее исчезают разваливаясь. Перестают существовать. И эта новая вполне может повторить судьбу очень многих, исчезнувших до них.
Начальник Охранного отделения горда Санкт-Петербурга задумался, постукивая по столу обратной стороной остро заточенного карандаша. Его подчинённый сидел на своём стуле, как лом проглотивший. Напряжённо всматриваясь в озадаченное лицо начальства и ожидая что оно ещё выдаст.
Монолог был явно предназначен ему. Иначе бы как? Господин Пирамидов делится своими мыслями с подчинённым. Надо внимать! И если что — вовремя «подложить язык». Зачтётся.
Меж тем Пирамидов глянул на другую папку, где были собраны материалы по тем же Эсторам и «якобы-принцессе» Натин. Всё-таки не давала ему покоя мысль, что эти трое могли оказаться далеко не масонами. А теми, что «со звёзд».
Мысль была настолько навязчивая, что глава Охранного отделения даже головой замотал.
— Нет! — буркнул он себе под нос. — Всё это бред. Всё-таки они масоны!
Хорошо было бы выяснить что это за поветрие среди масонов. Ведь явно видно, что книги Руматы Эсторского, написанные в этом ключе, упали на очень благодатную почву. Возможно и до его книг, в среде масонов, что-то подобное циркулировало. А Румата Эсторский лишь обнародовал некую часть тайн этих тайных же обществ.
— Остаётся ещё понять их цели. Тоже весьма полезно в случае определения их возможной опасности: где их цели и интересы, пересекутся с интересами Империи. До сих пор, по отношению к России они были весьма лояльны. Но в отношении мировых держав ведут себя как слоны. Особенно в отношении Британии…
— Смею заметить, что они ведут себя там как слоны в посудной лавке, ваше высокопревосходительство. — счёл момент подходящим присутствующий офицер и таки «подложил язык».
— Да! Слоны в британской посудной лавке! — немедленно подхватило начальство. — Вот наиболее яркое и точное сравнение!
Появление яхты Эсторских в порту Лоуренсу-Маркиш вызвало изрядное оживление. Не узнать её было невозможно. Слишком уж много газетных публикаций и пересудов по поводу этих братьев ходило в Европе и мире. Слишком уж много фотографий было сделано и опубликовано, чтобы влёт не определить настолько необычное судно. И очень многие, по тем же газетам, были осведомлены, что брат владельца яхты — Румата — ныне воюет в Трансваале.
Ещё больше встречающих мучило любопытство: а правда что это судно управляется всего одним человеком? Последнее было подтверждено немедленно.
Корабль, как обычно, изящно свернул свои паруса и пошёл рассекая лёгкие волны, поднятые бризом к длинному причалу порта. Работы машин слышно не было. Хотя ясно было, что так маневрировать без парусов можно только при наличии двигателя. Парового ли, или иного, но машины.
Когда корабль почти коснулся пирса, на палубу вышел мрачный молодой человек, молча разобрался со швартовыми и также молча, мрачно воззрился на встречающих. Впрочем тех встречающих — «пара собак, да пара негров». Не считая неких портовых служащих. Любопытные толпились чуть поодаль. Вся толкучка и суета была чуть подальше вдоль длинного пирса. Там, где разгружались два парохода и один парусник.
Капитан яхты всё тем же мрачным взором оглядел суету, и также молча жестом пригласил портовых на борт.
— У меня есть очень важная информация. Хотелось бы не только рассказать, но и показать. Могу ли я пригласить капитанов тех судов к себе на борт? Где их для этого можно найти? — были его первые слова по адресу портовых служащих.
При этом он чему-то поморщился.
Впрочем, как и во многих портах мира, здесь запахи были самые обычные — гниющих водорослей и тухлой рыбы. Причём последний преобладал, так как отходы от рыбного промысла, как обычно, сбрасывали обратно в море или просто собирали в кучи рядом с теми «производствами». Чтобы потом также сбросить в море, где их поедали морские обитатели.