Серплы
Шрифт:
– Сегодня пятница, милая, – мама поправила складки на простыни, – я надеюсь до понедельника ты сделаешь правильные выводы.
Мама улыбнулся мне грустной, любящей улыбкой и от этого я почувствовала себя полной сволочью. И так было всегда. Не помню, чтобы она читала мне лекции и наставления. Меня никогда не наказывали, несмотря на мое поведение и, тем не менее, в конечном счете, я всегда делала так как говорила она.
Я остановилась у входа в ванную и облокотилась о стену прислонившись к ней головой.
– Мам, там одни серплы! Нас всегда учили ненавидеть
– Кейт, – мама встала с кровати и подошла ко мне, – мы должны научится существовать вместе. Без это у нас нет будущего.
Я вздрогнула, это звучало пугающе. Вдруг раздался звонок. Над телефоном появилось лицо Эрика, нетерпеливо хмурившего брови.
– Ответь ему, пожалуйста.
– Хорошо, – я подошла к кровати и оглянулась на маму, она послала мне улыбку и вышла из комнаты.
– Привет, Эрик, – ответила я приготовившись к длинной, грузовой речи.
– Только не говори, что ты заболела!
– Я заболела!
– Лгунья! – вскрикнул он. – Тебя выпрут из университета и всю оставшуюся жизнь ты будешь продавать газеты в маленькой лавке первого уровня.
– Давай без нравоучений, хорошо? Там кругом одни серплы, я просто не могу находиться там. Когда я захожу туда, у меня как-будто заканчивается кислород и…
– Кейт! – прервал он рассержено, – Что ты знаешь о них? То что нам всю жизнь вдалбливали в мозг?! Что тебе напевают по телику и радио. Нам промывают мозг, как стаду баранов. Я тоже раньше в это верил. Но не теперь!!!! – последнюю фразу он произнес особенно горячо. Они точно такие же люди…!
– Только чуть лучше! Это ты несешь бред, которым нас пичкают сами серплы!
– Нет, это ты несешь бред, которым нас пичкают люди! Кому-то эта позиция очень выгодна, ты никогда не задумываясь над этим? Мы одинаковые.
– Ты прекрасно знаешь, что одна из этих тварей сделала с Кейлом! – уже на крик перехожу я.
– Это был выбор Кейла и он прекрасно знал за что ему платили такие деньги. Он знал куда он шел! На месте того серпла мог быть кто угодно! Тюрьмы с людьми переполнены ублюдками, которые убивали, грабили и насиловали себе же подобных! Ты человек или зверь не зависимо от принадлежности и цвета кожи, роста и цвета глаз. Понимаешь?!
– Не понимаю, – я накрыла лицо ладонями, чтобы не закричать на него, – что с тобой случилось!? – я чувствовала словно меня предали.
– Я был такого же мнения о них, как и ты, до тех пор пока меня не столкнула с ними жизнь – лоб ко лбу. Так получилось, что то, что я ненавидел больше всего мне пришлось принять, погрузившись в их среду.
Эрик был старше нас с Кейлом на восемь лет. Вот уже три года как он закончил университет, в котором остался преподавать.
– Не суди о том о чем не имеешь представления! Скольких серплов ты знаешь лично? – произнес он.
– К счастью ни сколько!
– Так я и думал! – сказал Эрик будто у него в руках появился козырь, – А я, к счастью, много. И многими из этих знакомств я горжусь!
– Я тебя
– Я и сам себя не узнаю и жалею о том каким кретином я был, глотая все эти мифы об «ужасных и беспощадных куклах». Если бы я не знал, что помимо веселой группы тараканов в твоей голове есть еще и мозг, я бы даже не начинал с тобой этот разговор. Думай своей головой! Делай свои выводы! Живи своей жизнью, а не той, которую тебе навязали.
Мне так хотелось ответить ему что-нибудь едкое, но все аргументы вмиг закончились. Эрик, тот человек, которого я безмерно уважаю и всегда прислушиваюсь, но сейчас мой мозг и сердце отказывались идти вместе.
– Дай им шанс. Как только ты узнаешь их получше, ты поймешь, что вся эта история кажется темной и неправдоподобной.
Я молча смотрела на него, а он на меня. В горле ком стоял, не позволяя и звука произнести.
– Просто пообещай мне дать им шанс. Попробуй!
Я всегда выполняю свои обещания, а сейчас я не была уверенна в том, что я смогу это сделать.
– Я не могу тебе обещать, но я попробую, – мой голос прозвучал неуверенно и почти бесшумно.
– Кейт, жизнь идет вперед, ты не хуже меня знаешь как я любил Кейла, какая дружба связывала нас. Он был удивительным человеком и достоин того, чтобы о нем помнили! Помни его и живи дальше – это то чего бы он хотел. Глупо хоронить себя. Боль, которую ты чувствуешь сегодня превратиться в силу, которую ты почувствуешь завтра. И, пожалуйста, перестань жалеть себя!!
– Я не себя жалею, я…
– Умница, малыш, – его дурная привычка называть меня малыш, так же как и перебивать, вводила меня в бешенство, – тогда одевай свою тощую задницу в джинсы и через час будь на Луне.
– Я не…
– Да, – протянул он, – ты обещала попробовать! Я буду ждать тебя там в девять. И если ты не приедешь, мне придется провести весь вечер в одиночестве. Не подводи меня, пупсик!
Я зарычала, а Эрик засмеялся и быстро отключился. Это шантаж, наглый, откровенный шантаж. Я попыталась набрать его номер еще раз и еще раз, но он был не доступен.
На «Луне»… Когда-то я бы визжала от восторга собираясь туда, это было наше излюбленное место встречи и такое недостижимое. Было до того как погиб Кейл. Попасть туда было сложнее, чем на личную встречу с президентом. Похоже, Эрик старательно выживает призраков из моей головы, используя места, где мы любили бывать вместе. Есть я и эти места, но там не Кейла. Я, пока, не научилась жить без него.
За дверью послышался скрежет. Мама деликатно постучалась.
– Да, мам! – я уже знала, что она слышала весь разговор и скорее всего принимала в этом плане активное участие.
– Ты куда-то собираешься? – с надеждой спросила она.
– Можно подумать ты не знаешь?!
Она лукаво улыбнулась.
– Эрик встречается со мной на Луне через час. Но я еще не решила встречаюсь ли я с ним.
– Конечно встречаешься! – воскликнула мама улыбнувшись еще шире. Не помню, чтобы она так старательно меня выталкивала в подобные заведения. Обычно у меня уходили часы на то, чтобы добиться ее согласия.