Серпантин

Политова Алина

Эльдар не помнил как спускался с лестницы, Ева казалась невыносимо тяжелой и

единственной мыслью, пульсировавшей в голове, было не разжать руки.

Они быстро подошли к машине, сестра достала ключи и открыла

дверь. Расулов опустил свою ношу на заднее сиденье и понял,

что сейчас упадет сам.

— Вы не можете ехать, — встревожено произнесла женщина, — у вас все лицо в

крови,

рана наверное открылась. Эльдар и сам почувствовал это, машинально

стер плечом

что-то горячее, стекавшее по щеке.

— Не могу, — прошептал он, — но я поведу.

— Я могу водить машину, садитесь сзади, будете держать Женю, а я за руль.
–

Предложила она.

— Надо… быстро. — Прохрипел он, теряя равновесие.

— Я знаю, мы доедем быстро. Пожалуйста, садитесь. — Она втолкнула его назад, и

помогла уложить ему на колени голову Евы.

До больницы было недалеко, Эльдар знал это, но дорога показалась бесконечной.

Несколько раз он отключался, ненадолго, секунд на десять, но когда приходил в

себя, у него было чувство, что прошло уже несколько часов, а они все никак не

приедут.

Из последней отключки его вывели чьи-то голоса.

— Да нет уже наверное. А что с парнем, он что, ранен? — раздался ленивый мужской

голос.

— Она жива, вы посмотрите получше, он сказал, что она жива! — взволнованно

заголосила сестра.

Эльдар с усилием разлепил веки и уставился на человека в белом халате, с

любопытством заглядывавшего в дверь. Покрывало с Евы было снято.

— Спасите ее, она жива… — непослушными губами прошептал он. — Только быстрее…

— Эй, дружок, это тебя надо спасать. Девочке уже не помочь, с такими ранами… Как

она умудрилась обе руки порезать…

Эльдар почувствовал, как животная ярость накатывает на него, придавая силы.

— Да чего ты ждешь, идиот! — закричал он, стараясь выбраться из машины, — она

еще

жива! Зови главврача, хватит тормозить!!!

— Тихо-тихо, вам нельзя шевелиться, сейчас мы вас отвезем…

— Да не меня, придурок! Я в порядке! Ее надо спасать!!!

От его неосторожного движения голова Евы сползла с колен и ударилась об какую-то

железяку, торчавшую из кармана на переднем сиденье. Эльдар испуганно подхватил

ее, проклиная все на свете, но вдруг глаза Евы широко распахнулись и уперлись

прямо в него. Два чистых живых океана, таких пронзительно живых…

Эльдар… — прошептала она тихо-тихо. — Он умер.

Черт, не может быть! — изумленно выдохнул врач. — Носилки! Быстро!!

ПОСЛЕ

С

горы открывался чудесный вид. Роща, будто окутанная синеватой дымкой,

разноцветные крыши дачных домиков вдалеке, а еще дальше, почти у самого

горизонта, если постараться, можно было увидеть море…

Эльдар с наслаждением глотал чистый, с легким соленым запахом, воздух.

Сладостный покой и свежесть, такая долгожданная и такая новая после спертого

дыхания больничных коридоров.

Он покосился на Герку, который стоял у самого обрыва и задумчиво смотрел вдаль.

Прошло несколько дней с того страшного незабываемого понедельника, но Георгий

появился только сегодня, в день похорон Алексея. Где он был все это время, что

делал — об этом Эльдару не хотелось даже думать. Каждый по своему переживает

свою боль, и новый Герка, которого Эльдару только предстояло узнать и понять,

предпочел провести эти дни в одиночестве. Он был действительно чужой, пока

чужой… Детская непосредственность и чистый свет в глазах куда-то ушли и теперь

взгляд его больше напоминал взгляд Алексея. Взрослый, познавший какую-то великую

истину и грусть. Алексей принес этот взгляд с войны. Георгий…

— Отсюда не видно кладбища, — неожиданно сказал Герка. — Но мне кажется, я

чувству

где оно. Вон там, за рощей. Интересно, Алексей… еще там? Или где-то еще… совсем

в другом месте.

Эльдар подошел к нему и положил руку на плечо.

— Ты как, нормально? — повернулся к нему Герка, — мне нужно вернуть тебя

докторам

по крайней мере живым.

— Этот воздух лечит получше докторов. Можешь не беспокоиться, я же не

тургеневская

девушка, в обмороки падать пока не собираюсь. — Усмехнулся Эльдар. — У тебя

сигареты с собой?

Георгий с сомнением покосился на Эльдарову голову, но сигареты протянул. Они

закурили.

— Гек, я понимаю, что сейчас не совсем время говорить о прозаических вещах, но

ты

помнишь, во вторник я тебе звонил, просил разобраться насчет этой секты…

— Господи, ты что думаешь, я все эти дни только и делал, что заливал глаза и

рыдал

в подушку? — устало покачал головой Герка. Потом стянул с себя пиджак,

бросил его на камень и как ни в чем ни бывало уселся сверху. Эльдар поморщился,

его всегда слегка коробило от того, как пренебрежительно Тимченко обращается с

дорогими вещами.

— Присаживайся, не стесняйся! — радушно пригласил Георгий. Но Эльдар покачал