Серебряная душа

Осьминина Вероника

– Эта бесконечная пытка для меня, Тиэн! Я знаю, что могу справляться с ней… но не всю же жизнь! Силы уходят от меня, ибо их нужно слишком много для ответа такому количеству врагов, что я себе нажил.

– Когда ты только успел? – горько усмехнулся тот, подходя к другу и невесомо касаясь рукой почти белоснежных волос с едва различимыми прядями золота.

– Не знаю. Самое обидное, что мой главный враг – я сам, – устало отозвался он.

Тиэн резко втянул воздух, сдерживая звериный рык в груди. Он прекрасно знал, что однажды Сэниэр всё же загонит его в ловушку, откуда выхода не будет. Да, он мог помочь Сэниэру выбраться из замкнутого круга вечной боли прошлого, но избрав

этот путь, тот ступит на тропу, ведущую лишь к гибели. Однако продолжая молчать, Тиэн просто будет наблюдать, как его друг медленно погибает от разъедающих душу мыслей, которые всегда шепчут ему, что всё можно было изменить, если бы ступить чуть раньше, чуть вернее…

«Будь, что будет», – мысленно прошипел Тиэн, – «Он часто выживал там, где гибли сотни, быть может справиться и с этой прихотью своей души!».

– Тебе стоит начать с Рэнита, – сказал Тиэн чуть резче, чем хотел. – Потом Эрин, Фехаль… Но они так хорошо охраняются! Не думаю, что тебе удастся.

– Может и не удастся, – задумчиво протянул Сэниэр, поднимая на него взгляд с безмолвной благодарностью. – Однако, попробовать стоит. Спасибо тебе.

– Всё равно бесполезно и дальше молчать, – несколько обречённо пробормотал Тиэн, махнув рукой. – Останешься на ночь или домой?

– Домой. Хочу проверить одну теорию. Сегодня всё-таки полнолуние. Может той силой, которой её наделяют люди, луна и не обладает, но всё же… Ещё раз спасибо тебе за всё. До свидания, Тиэн.

Сэниэр уже вышел на улицу, когда услышал быстрые шаги за спиной. Стоило ему обернуться, как его плечи сжали сильные пальцы, удерживая.

– Только молю тебя, Ниэр, не оступись! Не оступись в этот раз!

В карих глазах Тиэна ярче любых слов сверкал страх. И Сэниэр мягко положил свои руки на плечи другу, тихо ответив:

– Больше я никогда не оступлюсь, Тиэн. Обещаю.

С этими словами маг исчез в воздухе, а Тиэн всё так и стоял, сжимая в руках пустоту. Тихо вздохнув, он вернулся в дом и, опустившись в кресло, позволил воспоминаниям унести его прочь из настоящего времени.

Подслушанные ненароком новости среди воспитанников Ринэлли распространялись со скоростью магического заклятия. Ещё с вечера все знали, что на следующее занятие по практическому применению знаний, которые могут спасти жизнь в сражении, придёт и таинственный ученик самой Госпожи. Сколько разных слухов ходило вокруг него! И с Драконами он совладал, став Всадником, и провидцем был, и раньше он сражался за Свет, но Ринэлли переманила его, и вообще все считают его погибшим, и он сейчас скрывается здесь, и силой он обладал в тысячу раз превосходящей остальных магов, кроме разве что, самой Ринэлли.

И теперь, стоя на поляне и глядя на высокого худого юношу, с волосами тёплого пшеничного цвета, в которых мелькали белоснежные пряди, словно ранняя седина, Тиэн невольно подумал, что не таким представлял себе Тень Ринэлли, как его прозвали. Однако все его размышления были прерваны самым ужасным образом, ибо он должен был сражаться именно с ним, с Сэниэром Линдэро. Вот это уже были не шутки. Всё же его обучала Ринэлли, а здесь победитель сам судил – убить или миловать противника.

Встав напротив него, Тиэн на мгновение перестал воспринимать окружающее, потерявшись в удивительных серебряных глазах с узкими вертикальными зрачками, и из-за этого пропустил первый удар. Однако вновь нападать его соперник не спешил, дав ему время подняться.

Заклятия закружились в весьма опасном танце, где нужно было выверять каждый шаг.

Тиэну стало немного страшно, когда вокруг Сэниэра вспыхнула серебристая дымка, защищая его. Он прекрасно понял, что магия подчинялась каждой мысли своего хозяина. Единственную надежду победить, Тиэн видел в том, чтобы разрушить шит соперника, вложив в заклятие всю силу. И ему это удалось. Сэниэр упал на землю и свернулся в клубок, хватая ртом воздух. Тиэн же едва стоял, чувствуя безумную усталость. Он считал, что победа за ним, но неожиданно маг поднялся на ноги. Заметив улыбку, больше напоминающую предостерегающий звериный оскал, промелькнувшую на лице Сэниэра, когда на его ладонях вновь засветилось серебро, Тиэн понял, что очень глубоко ошибся. У него не было сил, чтобы закрыться от удара, поэтому тот попал ему прямо в грудь, роняя на землю. Однако боли от столь сильного заклятия он не почувствовал, невольно удивившись этому.

Все поединки уже закончились, и теперь каждый – и ученики, и наставник, следящий за всеми и каждым в отдельности, чтобы позже донести Ринэлли – смотрели на них, ожидая, что же сделает Сэниэр. Тиэн со страхом и некоторой долей обречённости поднял взгляд на подошедшего к нему ученика Ринэлли. Он знал, что своим заклятием, разбившим шит, причинил ему очень сильную боль, поэтому пощады не ждал – просто не знал иного. К его удивлению Сэниэр протянул ему руку, и тот с недоверием и непониманием принял, поднимаясь на ноги. Учитель распустил всех, но Тиэн с трудом стоял, понимая, что, сделав хоть один шаг, упадёт. Изящная рука с длинными тонкими пальцами коснулась его груди. Даже сквозь ткань мантии он почувствовал холод от прикосновения, а потом приятное тепло, пробежавшее по груди. Когда же Тиэн обернулся, то Сэниэр уже уходил прочь.

Весь день Тиэну не давал покоя образ юноши, скорчившегося от боли, которую он причинил ему своим заклятием. Забытые среди этого царства Тьмы чувства человечности, робко вспыхнули, разгораясь. Вечером, увидев, что Сэниэр пошёл в лес, он последовал за ним на некотором расстоянии. Он очень хотел извиниться, залечить нанесённую рану, но сомнения терзали. Что если он ошибся, и этот маг такой же, как и все, следующие за Ринэлли и уже давно забывшие о жалости и справедливости? Но Тиэн снова вспомнил мимолётное прикосновение, подарившее силы.

Замерев на границе поляны, Тиэн смотрел на сидящего под деревом юношу, полностью теряя свой страх, ибо сейчас, расслаблено прикрыв глаза, ученик Ринэлли казался ему простым мальчишкой, таким же, как и он. Пока тот рассуждал, Сэниэр открыл глаза, безошибочно устремив взгляд на почти незаметного в тени Тиэна, и тихо обратился к нему, вынудив того вздрогнуть:

– Ты что-то хотел? Я не кусаюсь.

– Я просто хотел поблагодарить тебя за то, что ты сегодня… сохранил мне жизнь. И извиниться.

– Извиниться? – он вопросительно выгнул бровь.

– За то, что применил столь болезненное заклятие, – пояснил Тиэн, подходя и опускаясь на траву рядом.

– Тебе не за что извиняться. Это ведь был поединок.

– Но я не должен был позволять страху затмить человеческие чувства!

– Это верно.

Тиэн заметил, как Сэниэр невольно поморщился.

– Тебе больно. Можно? – он протянул руку, желая забрать часть чужой боли.