Сердцеедка Иванова

Владимирова-Бойко Марина

Зачем я наблюдала за ним в бинокль? Ну во-первых, когда на лавке тусит какой-то бомж – это подозрений почему-то не вызывает. А когда к обычной панельной пятиэтажке подкатывает машина стоимостью, как вся эта панельная пятиэтажка, а мужчина одетый, круче чем Джонни Деп, сидит, глядит на озеро, так самозабвенно – это вызывает очень большие подозрения.

Тут начинает набирать обороты бурная фантазия. Вход идут и детективные линии: убил, любил, закопал возле озера и теперь горько об этом жалеет. Но моя сконцентрированная на

попе энергия подсказывает мне, что все намного проще. Он здесь жил. Давно, в раннем детстве. В этом дворе, ловил рыбу в этом небольшом озерце, кормил уток.

Ладно, на месте разберемся. Что говорить, как говорить. В общем, да здравствует импровизация!

Это было просто огромное здание, где нанотехнологии разыгрались на полную катушку. Большой просторный холл, металлические колонны, ресепшн, мраморные стены, бесшумный лифт с неоновой подсветкой. Много солнечного света и вечнозеленые драцены в высоких стильных горшках.

Перед тем, как попасть в кабинет к Романовскому, мой паспорт проверяли дважды. В миграционной службе я так не проходила такого тщательного паспортного контроля. В итоге меня пропустили, сопровождая до самой приемной этого мистера богатея.

Его миловидная секретарша сказала мне подождать. Предложила чай, кофе, карамельки. Любезно отказала девушке с внешностью фотомодели и села на стул.

Сложив руки на коленях смотрела, как в большом аквариуме умиротворенно плавают золотые рыбки.

А потом секретарша вежливо улыбнулась, показал свои белоснежные, ровные зубы и вышла, оставив меня совершенно одну. Точнее наедине с рыбками.

За дверью кабинета Германа Алексеевича послышался грохот. Будто кто-то сиганул со стола и упал. Я заерзала на стуле. Может, нужна помощь? Нужна! Подрываюсь, подхожу к двери, дергаю ручку и врываюсь в кабинет.

– Вот она моя невеста! – говорит тот самый за кем я наблюдала, так сказать в четыре глаза. Указывает на меня пальцем.

Его собеседник начинает прищуриваться, смотрит на меня, протирает платком очки, а затем пытается быстрее их нацепить.

Я опешила.

Мне казалось, когда я открыла двери и услышала, как меня называют невестой, на меня тут вылили ведро холодной воды прямо при входе.

– А, о-и – произнесла, что-то не связное. Так же заикой можно сделать.

– Моя дорогая, – называет меня он в бежевой рубашке. – Еще минуту и я освобожусь.

Закрываю двери, словно хочу отмотать этот момент назад, как кинопленку и продолжаю стоять в ступоре.

Может, они тут кино снимают?

В моей голове произошло короткое замыкание. Попробовать зайти еще раз? Так сказать со второго дубля? Вдруг он передумает и на этот раз скажет, что я уже его жена. Ну это я так шучу. Подготавливаю себя к худшему.

Да что он себе позволяет! Возмущаюсь, хочу зайти, но двери его кабинета открываются прямо перед кончиком моего носа. Еще немного и мне бы досталось по полной программе.

Передо

мной стоит один упитанный и перекошенный, словно его только что уронили со стула, второй высокий, накаченный в бежевой рубашке.

– Дорогая, – продолжает говорить Г. А. – Прости, что заставил тебя ждать.

Перекошенный смотрит на меня оценивающим взглядом. Приспускает очки.

Я решила просто улыбаться. Стрелять глазами и улыбаться.

– Так вы пригласите меня на семейный ужин? – спрашивает мужчина в очках.

– Конечно, – подтверждает другой.

Похоже, ответ его удовлетворяет и он уходит, придерживаясь за поясницу.

Теперь я смотрю на Г.А., будто у меня два запасных глаза, где-то там на затылке.

Часть 5

Смотрит на меня своими холодными, синими глазищами, словно перед ним доставщик пиццы, а не блондинка в обтягивающих джинсах и открытом декольте. Такое ощущение, что он заказывал пиццу неаполитано с лососем, а я тут ему доставила из ближайшего киоска гороховые пирожки.

– Должен объясниться перед вами? – звучит из его уст, никак утверждение, а как вопрос.

– Ну уж постарайтесь! – пожимаю плечами.

Проходим в его огромный, презентабельный кабинет.

Он уверенным шагом, шагом повелителя подходит к столу эпохи ренессанс, садится в удобное кожаное кресло и начинает крутить паркер в руках.

Я стою, как солдат на первом призыве и жду объяснений.

– Вы не волнуйтесь так.., – раздается его баритон.

– Я хотела уточнить, вы так выразились, когда я зашла. Вы назвали меня своей невестой.

– Ах да! Вы так влетели в кабинет, как перепуганная фурия, – отвечает и не дает мне договорить.

Ставлю руки в боки. А вот обзываться не надо. Тоже нашел мне фурию.

– Услышала грохот, – подтверждаю. – Подумала, может, нужна помощь, – заявляю серьезным тоном.

– Да, теперь ваша помощь мне понадобиться.

– Говорите прямо! – говорю прямо.

Он встает со своего трона, делает шаг навстречу мне. С серьезным выражением лица продолжает разговор:

– Раз так сложились обстоятельства… Я хочу предложить вам сделку. – Гордо заявляет и приподнимает свой волевой подбородок.

– Н-е-ет! – развожу руками. – Я против всяких странных сделок. Так что извините.

– Хочу, чтобы вы стали моей женой. Не настоящей, – отчеканил он.

– Понарошку? – вопросительно приподнимаю дуги бровей.

– Можно сказать и так. Предлагаю вам фиктивный брак.

– Зачем мне это нужно? – ставлю руки в боки и задумчиво смотрю на мужчину в дорогом костюме.

– Как зачем? Я заплачу. Хорошо заплачу.

Вспоминаю свой съемный уголок, начальника миграционной службы, который сел на хвост и думаю, сколько он мне может заплатить.