Сердцебиение
Шрифт:
А Данте никогда не замечал этого. Он преследовал ее, разрушал ее и унижал. Он определенно насиловал ее, несмотря на все ее глупые мысли по этому поводу. Он играл с ней, манипулировал ее эмоциями, пока она, как заблудшая овечка не уцепилась за господина, который внушал ей комфорт. Я понял, почему она не желала говорить мне, думая, что я ни за что не поверю, что она потеряла память. И если говорить начистоту, возможно, я бы и не поверил, если бы не видел этот отснятый материал, и как обстояли вещи на самом деле.
Я потерял контроль над собой, и пульт полетел через всю комнату, ударяясь о стену, из-за чего диск начал со стремительной скоростью перематывать
Весь мой гнев обрушился на комнату. Я сбрасывал все, нуждаясь в том, чтобы избавиться от бушующей бури внутри меня, прежде чем она разорвала бы меня на две части, мои крики подпитывали мой гнев, в то время, как комната разрушалась под моими руками. Милые безделушки и дешевые сувениры, которые мы с Фэй собрали за все эти годы, привозя с отдыха, расставленные по порядку на полках в шкафу, полетели на пол; дешевые безделушки рассыпались на осколки под силой моего гнева.
Наконец полностью измученный я сполз вниз по стене, мои слезы исчезли во время всплеска ярости. Мое сердце отчаянно колотилось, в то время как я тяжело дышал, стараясь успокоить его размеренным дыханием.
Мой взгляд упал на крошечный зонтик для коктейлей. Подняв, я повертел его между пальцев не в силах сдержать улыбки, когда воспоминания заполнили мой разум. В тот день ранним утром я сделал Фэй предложение, а затем остаток дня, мы провели в комнате отеля. Я заказал напитки. Наши коктейли украшали зонтики, и я использовал один, чтобы ласково поддразнивать Фэй. Нежно проводя им по ее сверхчувствительной коже и щекоча ее, пока она не могла больше сдерживать слез от смеха и хихиканья.
Слезинка скатилась с моих глаз, когда я увидел, что сейчас зонтик был разорван, маленькая палочка была сломана на две острые половинки. Я перевел взгляд на остальные вещи, отчаяние подкатило к моему горлу, когда я осознал, что я разрушил все наши воспоминания.
Поднимая разбитые части вещей, попытался вновь собрать их, в это мгновение еще один всхлип отчаяния вырвался из меня, когда я обнаружил, что их было невозможно починить вновь.
— Нет, — прошептал я, сглатывая боль.
Все пребывало в беспорядке: моя жизнь, как и эти сувениры, напоминала разбитые и разрушенные мечты. И ко всему прочему, она вынашивала его ребенка. Как я мог смотреть на ребенка и не видеть его отца или того, что он сотворил с Фэй?
В какие игры она играла, прося Кенни о записи? Она что-то задумала, я был в этом уверен.
«Вспоминай и улыбайся».
Какого хрена это могло означать? Я поднял еще один сувенир, вздыхая над разбитой Эйфелевой башней. Я разрушил наши воспоминания. Я нахмурился, поднимая маленький камушек, который мы нашли на пляже. У Фэй был такой же в ее коробке воспоминаний.
В ее коробке воспоминаний! Бл*дь! Ее коробка воспоминаний.
***
Она держала ее на том же самом месте, на верхней полке в ее шкафу. Сняв с полки большую розовую коробку, обклеенную огромным количеством наших фотографий, я поднял крышку. Резкий вздох вырвался из моих легких, когда поверх всего я увидел чистый диск в прозрачном конверте. Но что на самом деле привлекло мое внимание так это крошечный стикер в виде смайла:
«Вспоминай и УЛЫБАЙСЯ».
Зайдя в ее спальню, я уселся на кровать, нажал кнопку в изголовье, благодаря которой поднимался телевизор, встроенный
Она появилась на экране.
— Я надеюсь, ты смотришь это, Кейд. Я нашла жучок у себя в телефоне, да и Данте предупреждал меня, что в кругу наших близких людей у него есть человек, который работает на него. Я не знаю, кому можно доверять. Я надеюсь, ты вспомнишь про коробку, где я хранила самые ценные наши воспоминания, поймешь мою подсказку. Ну, скорее всего, тебе это удалось, потому что, если бы у тебя не получилось, то ты бы не видел меня сейчас.
Она захихикала, этот звук наполнил ощущением легкости мое сердце.
— Люди могут взять и разрушить твою душу. Они могут сломать твой дух. Покалечить твое тело, разбить сердце, но наши воспоминания драгоценны, как и осознание того, кем мы являемся. Я тебе сказала тогда, когда ты спрашивал, насиловал ли меня Данте, что все сложно. Он насиловал меня из-за тебя, из-за нас, из-за моих воспоминаний. Я была так потеряна, не осознавая, кем являюсь. Я просыпалась, видя все в темных и белых тонах, и только садистский лживый хищник заполнял все яркими красками, но он делал это неумело, акварелью, размывая образы реальности.
Ее прекрасные глаза наполнились слезами, которые срывались с ее ресниц, пока она не стерла их злым движением руки и печально улыбнулась.
— И все-таки я тебя чувствовала. Я чувствовала, что тоскую по чему-то глубоко в душе, и мне нужно было быть сильнее для тебя. Я никогда не смогу простить себя за то, что мной можно было так легко манипулировать.
Она вздохнула, опуская глаза от стыда.
— Черт возьми, Фэй, тебе нечего стыдиться! — Я закричал на экран, испытывая злость, что она была не настоящей и не могла на самом деле меня слышать.
— Я люблю тебя, Кейд, так чертовски сильно люблю, но мне нужно вернуться обратно, чтобы найти и удалить те ужасные записи, которые у него есть на меня, также мне нужно уничтожить его, чтобы он не пришел за тобой из-за того, что ты любишь меня. Мне так жаль. За еще большую ложь и уловки о беременности. Я выяснила, что не была беременна. У него есть женщина, Делия, она доктор. Я подозреваю, что она ввела мне гормоны. Господи, как это все ненормально, да, Кейд? Как мы пришли к этому? Это все просто нереально. Я бы отдала все, что угодно, чтобы оказаться на том пляже, когда с помощью нити кольцо скользнуло мне на палец. Я знаю, что целостность той нити нарушена сейчас. Пожалуйста, прости меня.
Она не была беременна, и она была там по своей воле, чтобы попытаться уничтожить его.
Раздался звонок моего телефона, заставляя меня подскочить. Я вытер слезы, что скатывались по моим щекам и поднес телефон к уху.
— Привет, мужик, Алекс пропал.
— Что?
— И это еще не все... Блю пришла в себя.
— Я уже на пути к вам.
***
Все внутри меня сжалось, когда я прошел через двери больничной палаты Блю. Я старался избегать этого, как чумы. Каждую мою клеточку заполнило чувство вины. Причиной того, что она находилась на больничной койке, был я.