Сердце Волка
Шрифт:
«Ладно, — нетерпеливо прервал он себя, — хватит!»
Он еще немного продвинулся вдоль трещины, вытянулся изо всех сил, но дотянуться до зацепившегося ремня Асрифа так и не смог.
Он попробовал подойти еще ближе, но теперь его не пускала собственная страховка. Он подергал за нее — в ответ Бейл должен был немного отпустить веревку, но ничего не изменилось.
— Он больше ничего не может выпустить, — сказал Асриф. — Веревки не хватает.
Торак глянул вниз, пролетев взглядом с головокружительной высоты к повернутым вверх лицам, и увидел, что Бейл качает головой.
Минутку
— Что ты сделал? — в ужасе прошипел Асриф.
— Ты лучше попробуй отогнать от меня этих птичек, — велел ему Торак, подбираясь все ближе.
Он снова потянулся к зацепившемуся ремню и на этот раз нащупал его!
Темная тень накрыла его. Торак втянул голову в плечи, а серебристая чайка, гневно и требовательно крича «кьоу!», спикировала на него, но Асриф закричал и даже умудрился бросить в нее камнем, но промахнулся. Чайка, выпустив в обоих нарушителей птичьего спокойствия заряд помета, улетела. Омерзительная белая слизь покрыла волосы Торака и потекла по лицу, чуть не попав в глаза. Кое-как отплевавшись, он снова предпринял попытку освободить ремень.
На этот раз Тораку удалось за него ухватиться, но выпачканные птичьим дерьмом пальцы скользили, и он никак не мог стащить ремень со щербатого камня.
— Подвинься чуточку, — задыхаясь, попросил он Асрифа, — пусть провиснет немного.
Асриф послушно подвинулся.
Резким рывком, который чуть не унес его в пропасть, Торак сорвал ремень с камня и освободил Асрифа.
По-прежнему стоя на четвереньках и открыв от изумления рот, Асриф повернулся, посмотрел Тораку прямо в глаза и пробормотал:
— Спасибо.
Торак коротко кивнул и спросил:
— А корень? Ты корень достал?
Асриф покачал головой.
— ЧТО?
— Я не смог дотянуться. — На лице Асрифа был написан жестокий стыд. — Я выбрал не те колышки и угодил в тупик. Мне надо было подниматься по тому ряду, который выбрал ты.
Торак еще раз осторожно посмотрел вверх и увидел — совсем недалеко и чуть правее — глубокую трещину, зигзагом уходившую под основание орлиного гнезда. У самого верхнего конца трещины, в тени гнезда, торчал кустик растения с темно-пурпурными листьями. Вот оно!
Торак понимал, что надо бы вернуться на тот выступ, который он только что покинул, и надеть страховочное снаряжение. Но веревка и так уже натянута до предела, она все равно не позволит ему добраться до орлиного гнезда… Значит, придется обойтись без страховки.
— Я все-таки попробую до него добраться, — сказал он, хотя совсем не был в этом уверен.
Руки и ноги у него дрожали от напряжения, он ощупью искал любую трещинку, любой выступ, но все же упрямо полз наверх, к орлиному гнезду. Жара донимала его, он безумно устал, от запаха птичьего помета в горле стоял тошнотворный комок…
Вдруг прямо у Торака под ногой край трещины дрогнул и опасно подался; он вовремя успел переместить ногу
Торак не успел даже крикнуть, предупредить их. Впрочем, его крик вряд ли понравился бы грозной скале, которая, похоже, уже начинала уставать от суеты, которую устроили непрошеные гости прямо у нее на щеке.
Торак еще немного подтянулся, пытаясь достать заветный корень.
— Осторожней! — крикнул ему Асриф.
Раздался угрожающий клекот, и к Тораку метнулась огромная тень. Оглянувшись и подняв глаза, он увидел, что с небес прямо на него падает орел, вытянув свои страшные когти и целясь ему в лицо. Торак обеими руками цеплялся за утес, он даже голову защитить не мог; оставалось распластаться на камне, прижавшись к нему всем телом. Мелькнули свирепые золотистые глаза орла, его острый черный язык трепетал в разинутом клюве. Громко прошелестели крылья, в размахе превосходившие длину их челноков…
Камень угодил орлу прямо в грудь, и хищник, пронзительно вскрикнув, полетел прочь.
Торак скосил глаза и увидел, что Асриф уже прилаживает в свою пращу второй камень.
Вот только далеко ли улетел орел? Возможно, он настолько испугался, что больше нападать не станет, только вряд ли. Скорее всего, он кружит в вышине, готовясь к новому нападению.
Склон стал чуть более пологим, и Тораку наконец удалось взобраться на тот выступ, где было устроено гнездо. К своему великому облегчению, он обнаружил, что там хватает места даже для того, чтобы, опустившись на правое колено и прижавшись плечом к раскаленной скале, вытянуть левую ногу и вытащить из ножен нож.
Небо у него над головой потемнело. Снова послышался свист могучих крыльев, снова молоточком зазвенело встревоженное «клек, клек!» — на этот раз уже два орла кружили над Тораком — родители, готовые во что бы то ни стало защитить свое потомство.
— Да не нужны мне ваши птенцы! — крикнул им Торак, взмахнув ножом и совсем позабыв, что говорить нужно тихо и резких движений не делать.
Ничего удивительного, что орлов его вопль только еще больше встревожил. Когда он дотянулся наконец до вожделенного кустика и принялся ножом выковыривать его из твердой земли, ему все время казалось, что его вот-вот сбросят с утеса.
Асриф, отлично владея пращой, сумел несколькими камнями отогнать орлов, но далеко они не улетели. Скалы так и звенели от их криков.
— Поторопись! — крикнул Тораку Асриф.
Торак даже не счел нужным ответить: он и сам это прекрасно понимал.
Корень зелика накрепко сросся с прокаленным солнцем «питательным слоем» — гнилыми ветками и старым орлиным пометом — и совершенно не желал с ним расставаться. Пот ручьями стекал по спине и лицу Торака, но он упрямо, кусок за куском, отковыривал отцовским ножом окаменевшую землю. Край выступа, на который он опирался коленом, оказался непрочным и крошился; пока он работал, несколько кусков уже отвалилось и разлетелось вдребезги. Торак в отчаянии схватил проклятый кустик рукой и принялся раскачивать, надеясь поскорее вытащить его из земли.