Сердце Волка
Шрифт:
– Да, – согласилась она. – Мне пора возвращаться.
– Мне тоже, – Пашка собрал остатки веревки. – Увидимся завтра?
– Определенно. Я не буду бросать это дело.
Они распрощались и ушли каждый по своим домам.
Когда Лера в очередной раз без сил рухнула на кровать, она почувствовала себя так, словно ею протирали циферблат на Курантах. Мысли вертелись в голове и уже спутывались, а мышцы не слушались. Разбитая, она наконец уснула.
Как же она была права на счет захода солнца…
***
Придя домой, Лера пожалела о том, что не притронулась к заказу. Голод грыз ее всю
Самое ужасное в ее сне было то, что он был почти логичен. Почти. Один сон, битком набитый странностями.
Это был домик Пашки. Тусклое освещение, былой аккуратности уже нет, стол просто завален хламом, словно тот перерыл все свои вещи, пытаясь найти что-то. У него мешки под глазами, как будто он не спал неделю, безумный взгляд, но серьезное лицо. Волосы беспорядочно растрепаны, плечо замотано окровавленными бинтами, губы разбиты, появилось какое-то странное… впечатление жути. Пашка строчил в черном кожаном блокноте угольным карандашом. Рядом валялась стружка от него же. Лера не смогла разглядеть то, что там написано. Она видела все со стороны, словно это был фильм. Такое уже случалось с ней пару раз, но тогда она хотя бы могла осознавать, что это просто бред ее уставшего мозга. Но сейчас это было… так похоже на реальность. Вдруг Пашка дернулся, захлопнул блокнот, спрятал его в какой-то деревянный сундучок и сунул за стол. Все это произошло очень быстро, словно он готовился к этому. Внезапно дверь открылась, в комнату вошел незнакомый ей человек. На нем был черный строгий костюм. Пашка молниеносно повернулся, глаза страшно заблестели, а алые от крови губы растянула коварная улыбка, словно он что-то замышлял.
Лера видела много кошмаров.
Но этого она испугалась больше всего.
Она проснулась с криком, недоумевая как оказалась дома. Затем в памяти начал проясняться вчерашний день. Мысли пронеслись настолько быстро, что Лера даже не успела их воспринять.
«Вот я влипла», – подумала она и бросилась собираться на работу.
Вчера она без особого трепета восприняла факт существования оборотней, но сейчас наконец освободила голову от перегрузки. Теперь можно мыслить ясно. Пророчества, волки, кошмар… в двух словах, неприятная история.
***
На работе кто-то наконец обратил на нее внимание. Это был Леон. Он сказал, что ему жаль и он надеется, что с Кристиной все будет в порядке и в таком духе. Обычное утешение. В действительности же он был единственным человеком в этом месте, которому не все равно. Это-то и давало надежду Лере. Что не целая толпа оболтусов, желая славы, отправится на поиски, а только те, кто успели стать настоящими ее друзьями. Она вяло поблагодарила Леона и принялась за работу.
Кран приветливо загудел. Лера пробормотала: «Привет, дружок. Как поживаешь? Я тоже хорошо. Босс не скучал там без меня? Отлично, я так и думала, что ему наплевать».
Нет, ее уже посещали мысли насчет собственной… крыши. Но раз она поехала, почему бы и не жить дальше? В любом случае, до настоящего сумасшествия ей еще далеко.
До такого сумасшествия, которое притаилось в Пашке из ее сна.
Да в любом случае – ты не шизофреник, пока тебе не ответят.
От
***
– Куда собралась, Белова? – окликнул ее начальник, когда рабочий день закончился. – Для тебя у меня специальное задание.
– Подавись своим заданием, – проворчала Лера, но на счастье, начальник ничего не услышал.
– Ты будешь разгружать вот эту груду материала, – он ткнул пухлым пальцем в башню из кирпичей, возвышающуюся над их головами. – За то, что отсутствовала вчера.
Он гадко улыбнулся. Особенно мерзко это выглядело в сочетании с его внешностью: мелкие крысиные глазки, жидкие и редкие волосы, невысокий рост для человека такого возраста. Лишь в последнем он превосходил Леру.
Ей сейчас хотелось сбросить на него всю эту груду кирпичей, чтобы придавило хорошенько, а не убило, но она с трудом сдержалась. Вместо этого Лера прошипела:
– Будет сделано.
Она, конечно, любила одиночество, но никогда даже не подозревала, насколько сильно к нему привязалась. Все уже ушли, только Леон остался, да и тот шел в направлении выхода. Он заметил Леру и спросил, куда она направляется.
– Меня оставили дорабатывать, – ответила она, не останавливаясь.
– Это несправедливо.
– Вчера меня не было, пока все вы работали, – вздохнула Лера. Может, она действительно заслуживала это.
– Но ты искала сестру, – возразил Леон. – Этот… мерзавец меня уже достал, честно говоря.
– Не тебя одного, – мрачно кивнула Лера.
– Хочешь, помогу?
– Нет.
– Почему?
– Тебя уволят. А здесь хорошую работу найти сложно. Устроиться – еще сложнее. Если кто-то узнает, что ты мне помогал…
– Никто.
– Меня тоже уволят.
– Я хочу помочь.
– Я знаю, но не нужно.
– Но…
– Я же сказала – нет! – выкрикнула Лера. Она отшатнулась, сделала неуверенный шаг и ушла, не оборачиваясь, поскольку знала, что начальнику обязательно захочется посмотреть, как она мучается и он сейчас стоит где-то в тени. Лера подошла к башне и вытащила кирпич.
***
Вода стучала по крышам зданий и хлестала по старым, развороченным водосточным трубам. Большинство людей старались укрыться под козырьками магазинов, аптек, банков и подъездов, чтобы переждать дождь, поскольку не имели при себе зонта. Другие же оказались более осмотрительными или просто появились на улице уже во время дождя. К более осмотрительным относился и человек, стоявший с зонтом у ателье.
Он внимательно наблюдал. Со стороны могло показаться, что тот всего лишь ждет автобус, поскольку неподалеку была остановка, но на самом деле его целью был человек, даже не подозревавший о его присутствии здесь.
Он накинул на голову капюшон и надел темные очки и маску, якобы для защиты. На самом же деле он всего лишь скрывал свою внешность так, как мог. Главное – не дать никому увидеть глаза.
Сейчас, смотря на цель, человек начинал сомневаться в своем решении. Стоит ли оно того? Ведь если она даст положительный ответ, то обратного пути уже не будет. Но чем больше он наблюдал за ней, тем больше убеждался в своей правоте, вопреки сомнениям. В случае необходимости она без труда сможет повести за собой целые полчища воинов, но…