Сердце воина
Шрифт:
И вот перед ней предстал Макфейн — вонючий, хмельной, согбенный, — не мужчина, а жалкое подобие человека. Она едва не зарыдала от негодования.
— Ты бы поела, Ариэлла, — предложил Дункан, прерывая ее мысли. Сев рядом на землю, он протянул ей кусок жареной крольчатины.
Девушка запустила пальцы в спутанные волосы и рассеянно покачала головой:
— Я не голодна.
Эндрю, меланхолично перебиравший струны лютни, прервал свое занятие и встревоженно посмотрел на нее:
— Нам предстоит
— Его недовольство возрастет, если мы возвратимся без могучего Черного Волка, — с горечью возразила Ариэлла.
— Человек, которого мы видели сегодня, совсем не тот, кто явился к Элпину в видении, — возразил Дункан. — Либо его видениям уже нельзя верить, как прежде, либо мы встретили не того, кого искали. Вдруг Черным Волком назвался кто-то другой? — В его голосе прозвучала надежда.
— Элпин сказал, что он известен и как Макфейн, — напомнила Ариэлла. — Его мы сегодня и повстречали. Пускай родной клан отверг его и этот человек больше не носит имени Макфейн, все равно это он.
— Значит, всему виной видение Элпина, — заключил Эндрю, снова коснувшись струн. — Этот несчастный спился, ему не защитить и себя, а уж тем более не по силам возглавить целый клан.
— Знаю. — Ариэлла вздохнула. — Но Элпин настаивал, чтобы мы привезли его, поэтому я не могла не попытать счастья, даже видя, какое он жалкое создание. Впрочем, его отказ только к лучшему. — Она поковыряла в костре прутиком. — Когда мы вернемся, я объясню Элпину и совету клана, почему Макфейн не тот, кто нам нужен. Может, после этого Элпина посетит новое видение. Однако до этого мы будем усиленно тренироваться, чтобы лучше подготовиться к следующему нападению.
— Поскольку Родерик уверен, что ты погибла, он не вернется, — заметил Эндрю. — Нет тебя — значит, нет и меча, о котором он мечтает.
— Не Родерик, так кто-нибудь другой… — мрачно возразила Ариэлла. — Его сообщники разнесут весть о наших богатствах и о том, как легко с нами сладить. Они, конечно, расскажут, что я погибла, но, вполне возможно, исказят легенду о мече. Вдруг кто-то вообразит, что можно заставить клан вручить меч чужаку?
— Не терзай себя такими мыслями, — сказал Дункан. — Ты найдешь для клана нового лэрда, прежде чем это произойдет, и он позаботится о нашей безопасности.
— Несколько дней — и мы дома. Ты умоешься, наденешь платье… — приободрил девушку Эндрю. — Признаться, я уже забыл, как ты выглядишь в женском обличье.
— Я тоже. — Ариэлла потерла грязную щеку. — Маскарад удался на славу, но как же давно я не мылась и не надевала платье!
— Надеюсь, после этого путешествия тебе не скоро опять придется выдавать себя за неряху Роба, — утешил ее Дункан. — Роб появится лишь тогда, когда в клан пожалует чужой. Пока мы не найдем нового лэрда, никто не должен знать, что ты не погибла в огне, иначе весть об этом обязательно долетит до Родерика.
Эндрю снова
Девица стройная, светловолосая,
В грубой накидке, грязная, босая…
Дункан подхватил:
Пепел на щечках, под глазками тени,
И синяками покрыты колени.
— Дункан! — Ариэлла рассердилась, решив, что ее спутники и впрямь любуются ее ногами, едва прикрытыми клетчатой шотландской накидкой. Она уже подняла руку, желая ударить шутника по плечу, когда мимо ее уха просвистела стрела. Кто-то целился ей в голову.
— Не двигайтесь! — раздался голос из темноты. — Кто пошевелится — тот покойник.
Из-за деревьев выступили четыре фигуры. Трое держали наготове тяжелые мечи, четвертый уже вложил в тугой лук новую стрелу. При свете костра Ариэлла увидела растрепанных, бородатых бродяг в рваных рубахах и накидках, однако на каждом сверкали драгоценности. У одного на бычьей шее висело женское ожерелье с кулоном, клетчатые накидки других были увешаны серебряными брошами. Ариэлла оцепенела от ужаса, поняв, что перед ней грабители, и украдкой огляделась, вспоминая, где оставила свой лук. Оружие лежало на одеяле по другую сторону от костра.
— Вставайте! — рявкнул здоровенный разбойник, размахивая мечом. — Давайте оружие и все, что есть ценного!
Ошеломленные Дункан и Эндрю покорно отстегнули броши, бросили их на землю, потом так же беспрекословно сняли кинжалы. Ариэлла дрожащими пальцами отстегивала брошь, напряженно думая, как скрыть кинжал.
— Скорее, парень! — поторопил ее главный грабитель. — И про кинжал на поясе не забудь.
Поняв, что припрятать оружие не удастся, девушка в сердцах бросила кинжал на землю.
— Заберите их коней, — приказал главарь спутникам.
Ариэлла похолодела, грабители взялись за поводья их коней, а ведь до замка три дня пути верхом. Сколько же им придется добираться туда пешком, и дойдут ли они вообще без оружия и припасов?
— Уж очень хороши у вас сапожки! — пробасил главарь с бычьей шеей. — Прихватим-ка мы и их.
Эндрю и Дункан нагнулись и начали расшнуровывать обувь.
— Вы же забираете у нас лошадей! — разгневалась Ариэлла. Ко всему прочему она останется еще и босой! — Без лошадей и без обуви нам не попасть домой.
Главарь с деланным удивлением приподнял кустистые брови. Ему было не впервой слышать жалобы и мольбы ограбленных им людей.
— А ведь верно, парень! — Он в раздумье покачал головой и почесал бороду. — Босиком вам до дому все равно не добраться, к тому же мы забираем вашу еду и оружие. Ладно, милосердные Дафф, Калум и Гиллс, прежде чем уйти, охотно перережут вам глотки. — Он захохотал как одержимый, всполошив спящий лес.
— Вот мои башмаки, — торопливо пробормотал Дункан. — Я и без них обойдусь.