Сердце Тигра
Шрифт:
Чанг взял колоду у Блейра и снова начал раздавать карты. Хотя он все еще улыбался, в его глазах был тревожный огонек.
— Это задание… знаете, ходят слухи о каком-то супероружии. И именно поэтому мы занимаемся разведкой.
— Вы знаете, лейтенант, что если информация не получена из официальных источников, я не могу ее комментировать, — тихо сказал Блейр. — Слухи и есть слухи. Если бы я даже и знал чего-нибудь, я бы не стал об этом говорить.
— Да, я знаю. — Скиталец глянул на свою руку, затем опустил ее на стол. — Послушайте, полковник, я знаю, что вы не можете выдавать
— Как? — спросил Блейр. Он отложил свои карты и встретился глазами с Чангом.
— По слухам, это оружие, чем бы оно ни было, сожжет целую чертову планету. Думаю, большие начальники назовут его стратегическим оружием. И я не уверен, что хочу участвовать в чем-то подобном.
— Вас мучает совесть, лейтенант?
— Да, именно так, полковник. Я не присоединялся к чему-то, что убивает мирных жителей, неважно — людей, кошек или каких-нибудь слизняков, живущих под камнями Альфы Центавра. — Скиталец посмотрел на стол. — Некоторые люди воспринимают войну очень лично, например, Кобра и Флинт. Но не я. Когда я убиваю кого-то в перестрелке, я предпочитаю думать, что это честный бой. Что у него есть такой же шанс прикончить меня. Может быть, это глупо, но так оно и есть.
Блейр понимающе кивнул. Он разделял сомнения Скитальца.
— Дело в том, что я понимаю вас лучше, чем когда-нибудь пойму Кобру или Флинт. Ненависть в кокпите вам нужна в последнюю очередь. И мне кажется, что нужно действительно очень ненавидеть кого-то, чтобы зайти так далеко — уничтожить целую планету с мирным населением и всем прочим. — Он поколебался. — Послушайте, если отбросить секретность… если вы правильно поняли слухи, то мы проводим разведку для этого нового оружия, правильно?
Скиталец кивнул.
— Хорошо. Мы разведываем планету, на которой, как нам известно, нет ничего, кроме военной базы. Там нет колонии. Там нет гражданских, по крайней мере нет таких, которые никак не связаны с работой базы. Мне кажется, что если у нас и есть супероружие, Главный штаб собирается стрелять по военной цели.
— Может быть, — кивнув, сказал Чанг, но он по-прежнему выглядел необычно серьезным. — Может быть. — Он немного помолчал. — Но это все равно меня немного беспокоит. Я имею в виду, может быть, они начнут с базы вроде этой. Но где это все закончится? У Главного штаба есть одна нехорошая привычка — называть любую цель военным объектом, даже когда она таковой не является. Так что будет, если мы потом пересечем эту линию?
Блейр отвернулся, чувствуя себя неловко. Он подумал о замечании Кевина Толвина по поводу Килраха и о плане отдела секретных операций, который можно было использовать только против вражеской родной планеты. Если килрати не испугаются угрозы, представленной «Бегемотом», где же Главный штаб проведет линию?
И, что более важно, на чьей стороне будет он, если на следующей планете-цели будет много мирных жителей? Насколько сильно он хотел, чтобы эта война закончилась?
Он снова посмотрел на Скитальца.
— Эй, мы же хорошие парни, помнишь? — сказал он, вымучивая улыбку. — Мы не убиваем невинных. В этом как раз и есть разница
Пилот-китаец прикоснулся тонким пальцем к колоде.
— Что ж, полковник, мне кажется, что это очень напоминает карты. Множество людей даже не думают о том, чтобы подснять колоду, до того, как увидят, что им раздали.
Личное помещение командира крыла, носитель «Виктори», система Ариэль.
— Полковнику Блейру явиться в Центр управления полетами! Полковнику Блейру явиться в Центру управления полетами! Срочно!
Блейр отбросил переносной компьютер, который рассматривал, и резко поднялся с койки. Это не была общая тревога, но голос в устройстве связи — голос Флинт — казался обеспокоенным. У него похолодело в животе — сегодня Вакеро и Флэш выполняли разведывательную миссию.
Из-за того, что в эскадрилье и так не хватало людей, а Флинт все еще была отстранена от полетов, Блейру приходилось постоянно переназначать ведомых с тех пор, как началась операция в системе Ариэль. Это значило, что он уже не мог постоянно держать Флэша под наблюдением Хоббса или своим. А Вакеро, несмотря на свой какой-никакой опыт, был тем, кого пилоты называли «РН», или «Разведчик-новичок» — человеком, который никогда не выполнял разведывательные миссии за линией фронта. Это сочетание было взрывоопасным, но у Блейра просто не оставалось выбора.
Он забыл свое обычное правило — не бегать — и пронесся по коридору к лифту, надеясь, что оказался неправ. Если Флэш и Вакеро нарвались на неприятности, назначение их в одно звено будет его ошибкой…
Центр управления полетами был заполнен, и напряженная атмосфера, встретившая Блейра, когда открылись двери, никак не помогла ему успокоить свои страхи. Флинт сегодня была вахтенным офицером — отстранение от полетов давало ей много времени, чтобы проводить подобные дежурства.
— Что тут у вас? — резко спросил он, присоединяясь к ней у консоли вахтенного офицера.
— Проблемы, сэр, — ответила Флинт. — Флэш и Вакеро уже возвращались, когда заметили неопознанный объект на сканерах ближнего действия, и майор Диллон решил, что они должны посмотреть, в чем дело. Он приказал Вакеро прикрыть его до того, как мы смогли отменить его приказы отсюда, и после этого они напали на килрати…
— Вы знаете, с кем они сражаются?
— По крайней мере шесть «Дралти», полковник, — сказала Флинт. — Но Вакеро доложил, что он видел на сканерах что-то большее, во много раз большее.
— Боже правый, — пробормотал Блейр. — Может быть, это транспортник… но, может быть, и большой корабль с эскортом из истребителей. Как у них дела?
— Держатся, но не могут отступить. «Дралти» окружили их. — Флинт словно извинялась. — Мы не хотели поднимать тревогу без вашего подтверждения, полковник. Было приказано избегать боев.
— Да, я знаю. Я помогал писать эти приказы, если помните. — Блейр обнаружил, что его тон был резче, чем он хотел. — Вы все сделали правильно, лейтенант. Хорошо, кто готовится к вылету?