Сердце Светоча
Шрифт:
Подруга пожала плечами.
– Шлепнулась в лужу и… кажется, подвернула. – Вытянув ногу, она поморщилась. – Или сломала…
– Где болит? – Бесцеремонно отодвинув меня, с ней рядом уселся Ван. Со сноровкой врача он ощупал все суставы и косточки.
– Внизу. – Светка закусила губу, когда его пальцы добрались до щиколотки. – Я бы сама себя вылечила, ну… как умею, вот только совершенно нет для этого сил. Что теперь делать, даже не представляю!
– Прирежем, чтоб не мучилась! – буркнул, поглядывая на этот медосмотр,
– Чего?! – Ее глаза тут же возмущенно распахнулись.
– Да зачем? – отряхнув руки, в тон ему возразил Ван. – Отрежем ногу, да и все! Зато будет чем поужинать.
– Че-го?! – Светку, похоже, заклинило.
– А что тебе не нравится? – Он смерил ее холодным взглядом. – Если вам совершенно наплевать на конечную цель и на спутников, имеющих несчастье идти вместе с вами, то, значит, и нам наплевать на вас!
– Да ты… да ты… Как ты смеешь?! Ты… – Светка на мгновение задумалась и вдруг выпалила: – Я расскажу Владыке!
– Да хоть царю царей!
– Быстро говори, кто ты?
– Твоя неупокоенная совесть! – Стянув с нее сапог, Ван чуть надорвал штанину и так дернул двумя руками распухшую ногу, что Светка вскрикнула и застонала.
Несколько минут ничего не происходило, затем опухоль под его руками стала заметно уменьшаться, и вскоре на ее месте багровел лишь уродливый синяк.
Подув на руки, парень поднялся, шагнул к Федору и произнес лишь одно слово:
– Дай.
Тот без вопросов выудил откуда-то из-за пазухи початый четок спирта и протянул Вану. Плеснув на донышко пластмассовой кружки, он разбавил спирт лимонадом и протянул заинтересованно наблюдающей за ним Светке.
– Пей!
Не отводя от него глаз, она без возражений выпила предложенное питье и словно очнулась.
– Фу, какая гадость! Сегодня самый плохой день в моей жизни… Мало того что… так еще и… – Она старательно посопела, пошевелила ногой. – А где мой насморк и вывих?
– Ха, надеялась, что Крендин будет тебя всю дорогу нести? – Ван наконец-то улыбнулся, снова налил в кружку спирт, лимонад и сунул под нос мне. – Пей!
– Где ты научился делать такие дешевые коктейли? Кстати, имей в виду: я пьяная – буйная. Еще приставать начну!
– Переживу.
Пожав плечами, я залпом выпила предложенное питье. Горячая волна толкнулась куда-то в сердце, заставляя кровь быстрее бежать по венам. Исчезли усталость и холод, подчинивший себе, казалось, все уголки моего тела.
– Ну как, Тайна?
Я обернулась. Сзади, разглядывая меня, стоял Крендин.
– Жить буду! – улыбнулась я.
– К несчастью для окружающих! – буркнул Ван, одним глотком осушив до дна очередной коктейль, и поставил кружку на камни пола.
– Дед, а ты чего такой хмурый? – поинтересовался гном у угрюмо разглядывающего огонь проводника.
Тот взглянул на него и махнул рукой.
– Да… спать надо. Раз все обошлось. Вы ложитесь, а я еще
Светка осторожно поднялась, постояла, восторженно разглядывая совершенно невредимую ногу, и огляделась.
– Крен, я не поняла, а где мой рюкзак?
Гном озадаченно почесал в затылке и виновато развел руками.
– Там же, где и мой… – Он кивнул на заглядывающую в пещеру шуршащую дождем темноту. – Но я уже собирался пойти поискать!
– Никто никуда не пойдет! Сядь! – рявкнул проводник, заставляя подчиниться, и уже более спокойно заворчал: – Молодо-зелено! Кто ж ночью, да в такой ливень по горам шастает? Где ты их сейчас искать-то будешь? Поди, течением знаешь куда отнесло?!
– Да какое там течение, в ручейке-то? – возразил гном.
– Был ручеек! – отрезал старик и замолчал.
– Ладно, два спальника есть – переночуем! – вздохнул Крендин, оглядев лежавшие на полу рюкзаки.
– Три. – Федор указал на рюкзак рядом с собой. – Берите мой. А я посижу у костра.
– А чего так? – поинтересовался Ван, украдкой поглядывая на него.
– Спать не хочется. Заодно и за огнем пригляжу. Кстати, стелите здесь. – Федор махнул рукой на ближайшую к костру стену.
– Зачем?
– Затем! – снова загрохотал его бас. – Молодой еще со мной спорить!
– Слышь, старик, а с тобой никто и не спорит! – подошел ближе Крендин. – Просто интересуемся!
– Ложитесь, где велено, и спите! Завтра будете интересоваться! – затихая, буркнул Федор и снова уставился на костер.
Решив подчиниться, мы со Светкой стянули один рюкзак и направились к указанной стене. К тому же все тепло от костра действительно шло сюда, делая наш ночлег довольно сносным. Разжившись припасенной копченой колбасой, сыром и сваренной Федором горячей кашей, мы наелись, развернули спальник и улеглись.
Светка уснула быстро, свернувшись калачиком у меня под боком, а я еще долго лежала, прислушиваясь к треску веток и наблюдая за спутниками. Наконец Крендин вытащил два оставшихся спальника, расстелил их неподалеку от нас и, что-то буркнув Вану, улегся. Вскоре у прогоревшего костра остался сидеть только Федор. Не забывая время от времени прихлебывать спирт, он внимательно разглядывал одному ему ведомое в тлеющих углях.
Я не заметила, как уснула.
– Выведи меня.
Тихий, но в то же время четко прозвучавший голос заставил меня открыть глаза и сесть. Рядом со мной безмятежно посапывала Светка, а неподалеку видели десятый сон мужчины. Даже Федор, несмотря на уверения, пугал тени богатырским храпом.
Костер почти погас, лишь красноватая дымка беспокойно ласкала едва теплящиеся угольки. От дальней стены приблизились темнота и холод.
– Выведи меня.
Я огляделась.
– Кто здесь?
– Я.
Детский голосок встревоженно звучал в голове.