Сердце Сокола
Шрифт:
— Лучше спроси, ложилась ли она. Я за ночь несколько раз просыпался — на кухне горели свечи.
— Лада? — голос Финиста стал вкрадчивый и такой пугающий, что я опрометью бросилась прочь, бормоча про оставленный самовар. Но далеко убежать не получилось. Муж перехватил меня в дверях кухни, прижал к косяку. Я бросила панический взгляд в сторону гостиной, но Финист успел прикрыть туда дверь, и нас не было видно.
— Ты, правда, не ложилась? — обеспокоено спросил он.
Я кивнула, чувствуя, как горят щёки. Конечно, я хотела спать. Но мне было беспокойно. После нападения на Кощея
Кажется, Финист прочитал страх в моих глазах. Потому что вместо ругани обнял меня, целуя в висок.
— Никто не войдет в дом без моего ведома, не волнуйся. Мы с отцом тут такую защиту поставили, что за полгода не взломаешь. Так что ничего не бойся и спи спокойно.
— Точно? — я посмотрела на него с неуверенностью. Магия магией, а я предпочла бы сторожевого пса во дворе. Может, уговорить мужа завести собаку? Да и Ал будет счастлив…
— Точно, — кивнул Финист, а затем подхватил меня на руки и без видимых усилий понёс в спальню. Уложил на кровать, заботливо поправив подушки. А когда снял с меня туфельки, в которых я бродила по дому, я испуганно посмотрела на него — но, к счастью, на том моё разоблачение было закончено.
— Спи, — муж укрыл меня одеялом. — И не вздумай вставать раньше полудня. Иначе в другой раз привяжу к кровати, — пригрозил он и вышел из комнаты, оставив меня с пылающими щеками и быстро колотящимся сердцем.
«Какой тут сон!» — подумала я, понимая, что влюбилась в Финиста как дурочка, но так устала, что сама не заметила, как заснула.
То ли Финист наколдовал, что бы сон был крепче, то ли я действительно вымоталась, перенервничала и наработалась, но проспала до позднего вечера. Вышла из комнаты, позевывая, на ходу заплетая косу, и встретилась в коридоре с мужем и Алом. Увидев меня, малыш радостно заулыбался и, подбежав, схватил за руку.
— Он целый день про тебя спрашивал, — объяснил Финист, который как раз поднялся вместе с ним, собираясь укладывать ребенка спать.
— Ты почитаешь мне сказку? — с ожиданием посмотрел на меня Ал, так крепко вцепившись в ладонь, что на руке могли остаться синяки.
— Прекрати, ты прекрасно читаешь сам, — одернул его Финист.
— Но Лада обещала, — ребенок сморщил лицо, готовясь захныкать, а я сердито посмотрела на мужа. Вот к чему такая строгость?
— Конечно, почитаю, — я потрепала Ала по макушке. — Иди и ложись, я сейчас приду.
Малыш радостно убежал в свою комнату, а мы с мужем остались в коридоре.
— Ты его балуешь, — недовольно заметил Финист.
— Его дедушку вчера чуть не убили. Он сам учится целыми днями. Дай ему хоть немного побыть ребенком! — вспылила я, резко разворачиваясь и возвращаясь в свою комнату. Томик с легендами, который я привезла из дома, лежал на столике у кровати.
Когда я вернулась, Финиста в коридоре уже не было. Бежать искать его я не собиралась. Перебесится и успокоится. А то удумал устраивать дома казарму! Нет уж, я такого допускать не собиралась. О том, какими капризными бывают маленькие дети, я прекрасно знала на
Без труда найдя дверь в детскую — она единственная была декорирована резным узором в виде кленовых листьев — я постучала и зашла. Мальчик сидел на кровати, обняв тряпичного воина с деревянным мечом, и выжидающе посмотрел на меня. Улыбнувшись, я подтащила поближе стул и, открыв книгу, негромко начала читать.
Уснул Ал, только дослушав первую историю до конца. Я видела, что местами ему было откровенно скучно, и, что бы как-то разнообразить, на ходу добавляла приключения из прочитанных ранее книг. В такие моменты он просыпался, воодушевлённо смотрел на меня, а после снова начинал клевать носом. Когда малыш, наконец, уснул, я подоткнула одеяло и, задув свечу, вышла из комнаты.
А в гостиной меня ждал сюрприз. В кресле, бесцеремонно поджав под себя ноги в мягких брючках из кожи и оставив сапоги валяться на полу, сидела светловолосая красавица и что-то чиркала на листе бумаги. Длинная челка то и дело падала ей на глаза, мешая, и она сдувала её или пыталась заправить за уши, но упрямые пряди лезли в лицо. Рукава белоснежной блузы были безнадежно перепачканы в чернилах, и черное пятно краски застыло на щеке, демонстрируя, насколько девушка увлеклась письмом.
— Василиса! — негромко позвала я, всё ещё не веря, что вижу сестру. Она же вскинула голову, посмотрела на меня — и кинулась обниматься.
— Ну, хватит, хватит! Ты бы хоть руки помыла сначала! — рассмеялась я, понимая, что всё равно поздно. Василиса успела заляпать моё платье грязными от чернил руками. Хорошо, что оно было довольно пестрое, сразу пятен и не разглядишь.
— Ладушка, как же я рада тебя видеть! — сестра закружила меня по комнате, вовлекая в безумный танец. Со стороны мы, небось, напоминали зайца и медведя — рядом с тонкой, как тростинка, сестрой я чувствовала себя особо неуклюжей.
— Ты же на учебе должна быть. Что тут делаешь? — опомнилась я, когда первая радость от встречи прошла.
— Какая учеба, когда весь город гудит о нападении на Кощея? Я как узнала, что ты теперь его сноха, так сюда и примчалась. Испугалась, вдруг с тобой что-то случилось!
— Да кому я нужна? — отмахнулась я, а сестра нахмурилась.
— Много кому, — неожиданно серьезно ответила она и прижала руки к груди. — Ты ведь знаешь, кто ты?
— А ты давно ли знаешь? — вопросом на вопрос ответила я, и Василиса потупила синие глазки.
— С прошлого года. Ты не думай, я никому не рассказывала. И от тебя скрывать не собиралась. Просто хотела убедиться.
— Ох, Василиса, кто бы меня убедил, — тут я рассказала сестричке о своих опасениях. О том, что силы колдовской я не чувствовала, и оттого казалось мне, будто вожу всех вокруг за нос. Василиса выслушала меня внимательно, а затем задумалась, по привычке пожевывая нижнюю губу.
— Скажу честно — магия в тебе есть, это любому колдуну невооруженным взглядом видно. Помнишь, как ты Мурку с того света вытащила? Три года назад, когда её собаки чуть не сгрызли, а ты полночи выхаживала? Мне тогда странным показалось, что на ней раны как по колдовству зажили…