Сердце на кону
Шрифт:
Когда Бри проснулась, в комнате было уже темно. Она посмотрела на часы. Почти семь.
Время ужина.
Она спала несколько часов.
Чувствуя себя потной и грязной, Бри быстро встала. Где же ее хозяин? Почему он не заметил, что она спит? «Царь Владимир Грозный, должно быть, по уши в работе», — подумала она. Раздумывает, как еще ее унизить, или же планирует новое сражение с родным братом.
Все будет хорошо до тех пор, пока он ее не коснется. До тех пор, пока она не ощутит его губы, горячие и настойчивые, и он не прижмет ее к своему
Услышав хрипловатый голос Владимира, Бри подскочила на месте.
— Ты… ты знал, что я уснула? — запинаясь, произнесла она.
Он подошел ближе:
— Да.
Бри чувствовала себя маленькой, когда Владимир возвышался над ней. Она облизала губы:
— Так почему же ты не разбудил меня?
Потянувшись, он убрал выбившийся локон ей за ухо:
— Потому что ты была похожа на ангела.
Его голос стал низким. Чувственным. Глаза Бри округлились, когда она посмотрела вверх — нет, только не на губы! — ему в глаза!
— Что ж. Спасибо. За то, что разрешил мне воспользоваться твоей кроватью. — Она начала медленно отступать. — Мне, наверное, стоит вернуться к работе…
Его глаза вспыхнули.
— Это наша кровать.
— Что?
— Ты сказала, что это моя кровать, но она наша.
Бри открыла рот от удивления. Затем скрестила руки на груди, готовясь защищаться:
— Послушай. Каким бы ни был наш уговор, не стоит полагать, что я… — Что ты?..
— Буду спать с тобой.
— Ты была абсолютно серьезна, предлагая себя в качестве приза. — Владимир пристально смотрел на нее. — Ты сказала что-то вроде: «Мое умение играть в карты ничто по сравнению с моим мастерством в постели. Всего один час со мной изменит вашу жизнь!» Это твои слова.
Задрожав, Бри отвернулась.
— Я блефовала, — пробормотала она. — Это неправда. — Девушка покраснела и опустила глаза. — Я никогда не спала с мужчиной. Я даже не целовала другого мужчину с тех пор… — Она прикусила губу. — После тебя.
Владимир уставился на нее:
— Ты девственница?
Его голос был буквально пропитан недоверием. У Бри в горле стоял ком, но она все-таки кивнула.
— Ну, конечно же, — с издевкой проговорил он. — Ты девственница.
Она возмутилась:
— Я не вру.
— Врешь. Ты постоянно врешь. И не можешь остановиться. Это у тебя в крови.
До того как ее мама умерла, родители Бри были законопослушными гражданами. Они были знакомы с детства, поженились в восемнадцать, стали учителями в старшей школе. Они жили просто: ухаживали за лужайкой во время короткого, но теплого лета на Аляске и расчищали снег зимой, которая продолжалась восемь месяцев. Мама преподавала английский язык, отец — естествознание. В тридцать лет Лоис Далтон узнала, что больна раком. Она вынашивала второго ребенка, и ей пришлось отказаться от химиотерапии, чтобы не навредить ему. Через два месяца после рождения Джози Лоис умерла. Джек Далтон потерял и жену, и лучшего друга, и, как считал кое-кто, рассудок.
Он бросил работу. Оставил новорожденного
Бри покачала головой, стараясь избавиться от воспоминаний:
— Я не обманываю тебя. Я правда девственница!
— Прекрати. Ты сама согласилась на сделку, — отрезал Владимир. — Теперь ты сдержишь слово.
Бри возмущенно смотрела на него, сжав зубы.
— Я пошла на эту сделку только потому, что была в отчаянии… потому, что мне больше нечего было предложить. Ради Джози…
— Джози уже была спасена. У тебя было достаточно денег.
Внезапно Бри осенило, и у нее перехватило дыхание.
— Ты… дал мне выиграть? — прошептала она. — Поэтому ты продолжал повышать ставки? Чтобы я смогла отыграть долг сестры?
Он стиснул зубы:
— Я не сомневался, что она просто наивная дурочка. Она не такая, как ты. А ты могла уйти, но, когда я предложил тебе сыграть с одной картой, с огласилась. Какое отчаяние? Ты жаждала наживы. И я осознал…
— Что?
— Ты не изменилась. Ты все еще используешь свое тело как наживку.
— Я была абсолютно уверена, что не проиграю. — Внезапно Бри ощутила дикую усталость. К глазам поступили слезы. — И если бы ты был достойным человеком, ты не требовал бы, чтобы я…
— Не требовал чего? Чтобы ты сдержала свое слово? — Владимир громко рассмеялся. — Конечно же я чудовище, если требую такое.
Бри выдохнула:
— О чем я только думала, взывая к твоей совести?
— Я выиграл. Ты проиграла. — Он сложил руки на груди, наблюдая за ней прищуренными глазами. — У тебя масса недостатков, Бри Далтон. Трудно даже сосчитать.
— Хорошо, я все поняла, — пробурчала она. — Я явно тебе не нравлюсь.
— Но я не предполагал, — продолжал Владимир, — что, проиграв, ты будешь такой жалкой.
Бри помолчала. Затем развернулась и быстро направилась к ведру с холодной водой. Схватив губку, она держала ее перед собой, словно меч.
— Отлично, — заявила она. — Что еще я должна отмыть? Салон твоего «ламборджини»? Плитку вокруг бассейна? Грязь в саду? Мне все равно. Но мы оба знаем, что дом и так уже чист!
Уголки его чувственных губ приподнялись. Владимир отобрал у нее губку и бросил в ведро:
— Ты можешь прекратить уборку тогда, когда захочешь.
— Я могу?
Он положил руки на плечи Бри, не отрывая от нее взгляда.
— Просто переспи со мной, — тихо предложил он.
Тепло разошлось по всему ее телу. Его руки казались Бри тяжелыми, их прикосновение было чувственным. Девушка отошла на пару шагов.
— Размечтался, — бросила она, гордо вскинув голову.
Владимир пожал плечами:
— Тогда мне придется найти для тебя другую работу. — Бри потянулась за ведром, но он остановил ее. — Нет, ты права. На сегодня закончим с уборкой. — Он усмехнулся. — Ты будешь для меня готовить.