Сердце Малого Льва
Шрифт:
торговец косметикой, то главный разработчик, то землянин, то аппир, то васк, то он живой,
то мертвый... Всех запутал: и Тирамадида, и Бугурвааля, и Ройвааля, и тебя в том числе!
– С чего ты взяла, что я это узнал от Эдвааля?
– еще мрачнее спросил ее Нур.
Жрица поняла, что проговорилась. Улыбка ее сползла с лица окончательно, поза стала
напряженной, зеленые, длинные пальцы с позолоченными ногтями вцепились в
подлокотники кресла.
–
Аурис. Вот я и подумала...
– Ты поэтому хотела он него избавиться?
– Ничего я не хотела! Прекрати этот допрос, Нур. В конце концов, это унизительно! Если
ты мне не веришь, я ничего не смогу доказать. Впрочем, как и они, - она с вызовом обвела
всех ядовитым взглядом, - только вспомни, что эти белые пришельцы явились, разрушили
твое царство и ушли, а я все эти годы служила тебе преданно и верно! Я люблю тебя! И это я
помогла тебе вернуться сюда, а не они!
– Женись на ней, - усмехнулся Эдгар, - она тебя и Проконсулом сделает с такими
способностями.
– Я мог бы убить тебя, - сказал ей Нур, - но я это помню. И я сам тебя такую создал. Ты
уйдешь отсюда живой и невредимой. Но не вздумай больше попадаться мне на глаза.
Поняла? Даю тебе час на сборы.
Орма посмотрела на него, снова натянула желтые губы в улыбку и встала.
– 447 -
– Ты очень великодушен, дорогой. Я этого тоже не забуду. Прощайте, вэи. Очень рада
была повидать вас. Надеюсь, что не в последний раз.
Он молча смотрели ей вслед, Орма уходила гордо как царица, золотое платье колыхалось
над полом, бедра раскачивались, рыжие волосы струились по узкой спине. Роскошная была
бы супруга для тритайского наместника.
«Что за эпидемия такая?» - подумал Эдгар с горечью, - «все остаются без жен: и я, и дед,
и Ольгерд... и даже Нуру досталось!» Что-то в этом духе он и проговорил, осушив бокал
«Тины».
– Да, печально всё это, - вздохнул Леций, - хоть бы Руэрто что ли женился...
– От него ты не дождешься, - сказал Герц, деловито размазывая лягушачью икру по
лепешке, - он сто лет еще будет искать... а вот я уже нашел.
– Что?!
– поперхнулся отец.
– Ты?!
– обалдел Эдгар.
Даже жрец забыл, зачем нагнулся.
– Да я уже женат в общем-то, - пожал плечом этот чертенок, - надо только ей свой пояс
подарить. Обычай у них такой идиотский.
– Ты в своем уме?
– возмущенно спросил Леций, - или это шутки у тебя такие
неуместные?
– Я думал, ты обрадуешься, папочка, - ответил Герц и откусил от своего
бутерброда огромный кусок.
– Если ты хотел меня порадовать, то это не лучший способ.
– Почему?
– Ты прекрасно знаешь, почему.
– Что тут происходит?
– вмешался Эдгар, он догадался, что многое пропустил в этой
истории.
– Кажется, наш герой собрался жениться на дикарке с Шеора, - пояснил отец
раздраженно, - на той самой, что чуть не убила вашу мать.
– Ну не убила же!
– фыркнул брат.
– Ты и правда свихнулся?
– недоуменно уставился на него Эдгар.
– Весь в тебя!
Крыть было нечем. После Кантины он уже не мог давать никаких советов по этому
поводу.
– Ты хоть ее любишь?
– Еще не понял, - усмехнулся Герц, - но, как честный воин-охотник, просто обязан
вручить ей свой пояс и вплести ей в косу. Понятно?
– Понятно... Что ж ты сразу-то не вручил ей свой пояс как честный воин-охотник?
– А мы еще не помирились!
– Ах, вот так даже?
– Да. И момент неподходящий. Мы же враги пока с дуплогами.
– Детский сад какой-то, - вздохнул отец, качая головой, - ну кто же женится в двадцать
лет на первой встречной девице? Только потому, что у них на Шеоре такие дикие обычаи! Ты
аппирский принц, а не кто-нибудь.
– Да поздно, па, - поморщился Герц, - я уже всё решил. Давай лучше выпьем.
Управы на парня не было никакой! Леций нехотя наполнил фужеры.
– Смотри. Тебе с ней жить. Я, честно говоря, этого не представляю.
– Я тоже, - пожал плечами Герц.
Эдгар вздохнул, присоединяясь к ним.
– Она хоть красивая?
– Конечно, красивая!
– ответили оба хором.
– Тогда за красоту!
– усмехнулся он и поднял фужер.
Возвращаться на Пьеллу еще не было сил. Вечером он слонялся по храму, обжигаемый
воспоминаниями. Виалийцы как ни пытались, не смогли уничтожить колорит этого мощного
сооружения. Так же холодны были каменные коридоры, так же загадочны темные залы. Даже
запах остался прежний, землисто-травный.
– 448 -
Кантина мерещилась за каждым углом. Казалось, вот-вот она выйдет в своем алом
платье старшей жрицы, прежняя, молодая, пышнотелая, самоуверенная, пахнущая русалкой.
Сколько лет его преследовал этот образ! Неужели он обрел ее, чтобы тут же потерять?
Эдгар зашел в зал для омовений. Он был цел, только вода в бассейне была обычная, не
рубиновая, и курильницы не дымились. Вместо факелов на колоннах были электрические