Сердце Малого Льва
Шрифт:
хотел мне отомстить.
– Я... я убью его когда-нибудь!
Кантина сама открыла бутылку и разлила вино по фужерам.
– 292 -
– Держи себя в руках, королева, - посоветовала она, - если мы сейчас раскиснем, то кто
будет спасать наших детей?
– Герца уже никак не спасешь, - прослезилась Ингерда.
– С этим попугаем разбирайтесь сами, - не разделила ее чувств жрица, - а меня волнуют
Эдгар и Фальг. Что будем делать?
Делать было
заняться поисками Эдгара. Примерно это Ингерда и сказала, допив свое вино.
– А есть Прыгун, которому плевать на вашу Директорию?
– резко спросила Кантина.
– Есть, - усмехнулась она, - Герц.
– Нет уж, спасибо!
– Ему на всех плевать.
– Оно и видно.
– Азол Кера может иногда взбунтоваться... но что ему Эдгар, если даже отец не намерен
его искать?
– Значит, надо просить того, кто ему ближе отца, - серьезно взглянула на нее Кантина, -
тем более, что он вообще не член этой вашей дурацкой Директории!
– Ричард?
– Ингерда обречено покачала головой, - это совершенно бесполезно.
– Почему? Ривааль его родной дед, не так ли? И отлично знает обе наши планеты.
– Те не понимаешь! Он так зол на Эдгара, что слышать о нем не желает. И, между
прочим, из-за тебя.
Жрица усмехнулась.
– Мне бы тоже сто лет его не видеть, этого монстра! Но если ты откажешься, я сама к
нему пойду.
– С ума сошла?
– Я люблю твоего сына. Когда ты это поймешь?
Они допили бутылку, доели шоколадку, выкурили по сигарете...
– Может, переберешься во дворец?
– спросила Ингерда, - здесь все-таки удобнее? И детям
больше места.
– А ты отходчивая, - усмехнулась жрица.
– Да чего уж теперь...
– Ладно, переберусь. Я тоже незлопамятная. Будем трястись вместе.
************************************************************
Ричард плохо понимал, что происходит в Совете по Контактам. Почему вдруг
посыпались комиссия за комиссией и снова пошли разговоры о сокращении помощи
аппирам. Что-то там происходило, какая-то закулисная борьба, но точной информации у него
не было.
Планету надо было представлять очень умело, чтобы сложилось впечатление об успехах,
но не показалось, что аппиры теперь все могут сами. Они с Консом и Лецием хорошо
продумали, какие объекты землянам показать, а какие обойти стороной. Если удастся,
конечно.
Первым делом все нагрянули в Центр Связи. Там инициативу взяла на себя Риция, и он
смог на часок заглянуть домой поесть и переодеться. Есть оказалось
рубашек в шкафу было полно.
– Папа, ты дома?
– позвонила ему Ингерда, - можно я сейчас к тебе загляну?
– Можно, - сказал он, - только поесть чего-нибудь прихвати.
– Хорошо, - немного удивилась она.
Хотя, чему тут было удивляться? Все всё знали, все всё видели. Если Зела и приносила
продукты, то не домой, а в больницу к этому мальчишке. Она проводила там всё свободное
время и была с ним вполне счастлива. Ричард давно собирался с ней поговорить об этом, но
не хватало решимости, ведь этот разговор стал бы последним между ними. Он всё еще
любил ее, и он боялся услышать от нее то, что давно уже знал.
– 293 -
Правда, жена и так почти не разговаривала с ним, вся в мыслях о своем театре и о своем
юном любовнике, но она хотя бы приходила домой, он видел ее, он слышал ее шаги, он
вдыхал ее запах, ни с чем не сравнимый аромат прекраснейшей из женщин.
Ричард взглянул на себя в зеркало, застегивая рубашку. Он не видел своей красоты и
силы, он видел старого, потрепанного, преданного пса с седой головой и морщинами на
лице, он был себе жалок. Что ж, преданный пес износился раньше своей вечно молодой
хозяйки...
– Папа!
Ингерда поднялась по лестнице, он взял у нее сумку с продуктами. Она торопливо сняла
куртку и бросила ее прямо на диван в гостиной.
– Ты что, сбежал от своей комиссии?
– Вырвался на время.
– Сейчас я разогрею тебе котлеты. А это к чаю.
– Я пью кофе.
– Па, тебе пора переходить на чай.
– В связи с чем?
– усмехнулся он.
– Просто, - смутилась она, - это я всем советую. От кофе сердце болит.
– Сердце болит совсем от другого, - сказал он, - грей свои котлеты.
Она что-то спросила про комиссию, что их так интересует в Центре Связи. Он ответил с
усмешкой, что интересует их в общем-то одно: где связь? Почему до сих пор их исследования
не дали никаких ощутимых результатов. Вообще-то результаты были, но всё упиралось в
эксперимент с круговой установкой для проверки основной гипотезы, и все давно это знали
и торопились, как могли...
– Вообще-то у меня к тебе серьезный разговор, па, - наконец призналась Ингерда.
Всё остальное было, конечно, несерьезно!
– О чем?
– спросил он, не сомневаясь даже, что когда у дочери такой виноватый вид, речь
пойдет о внуке.
– Об Эдгаре.
– Ну-ну. Я думал о Герце.