Сердце красавицы
Шрифт:
— Что ты ищешь? — поинтересовалась миссис Грейди.
— Заказчица вечеринки отвергла игры, а невеста неожиданно потребовала. Белые пакеты не будут смотреться на белом подносе, а подходящего черного у нас нет. Наверное, серебряный. Или стеклянный. Пожалуй, стеклянный.
— Попробуй оба.
— Отличная идея. Вы не могли бы помочь мне с выбором?
Миссис Грейди вошла в буфетную вслед за Паркер.
— Между прочим, твоя машина вернулась.
— Куда вернулась?
— Сюда.
Паркер замерла, нахмурилась.
— Моя
— Прикатила минут двадцать назад. Надраена до блеска. Я положила счет на твой письменный стол.
— Хорошо. Но я не просила его пригонять машину. Я собиралась…
— Тебе сэкономили время, не так ли? — Что, по мнению миссис Грейди, свидетельствовало об исключительной расчетливости Малкома Каванафа.
Продолжая хмуриться, Паркер выставила пакеты на серебряный поднос.
— Серебряный слишком претенциозный. Я думаю, стеклянный лучше. Эмма украсит его розовыми лепестками и маленькими черными вазочками… Кто доставил машину?
Миссис Грейди подавила улыбку.
— Не разобрала его имя. Или их имена, поскольку за первым парнем приехал еще один на эвакуаторе.
— Хм… Стеклянный?
— Да. Классика, но и не так вызывающе, как серебряный, — согласилась миссис Грейди.
— То, что нужно. Я пока оставлю его здесь, узнаю, не нужна ли помощь Эмме.
У дверей кухни Паркер обернулась.
— На самом деле я могла сама забрать машину.
— Несомненно. Что нужно сказать, когда кто-то оказал тебе услугу?
Паркер вздохнула, распознав сарказм.
— Нужно сказать «спасибо». Я скажу. Когда представится шанс.
Шанс не представился, во всяком случае, так Паркер себя убедила. Девичник требовал всего ее внимания и из-за непредусмотренных игр закончился на полчаса позже. Что сократило время, отведенное на подготовку вечерней репетиции.
— Игры прошли на ура, — заметила Мак.
— Как обычно.
— Отличные призы. Мне очень понравился дорожный несессер из зеленой кожи для драгоценностей. Он не помешал бы счастливой новобрачной, которая собирается в Тоскану на медовый месяц.
— Возможно, этой новобрачной повезет. — Паркер глотнула воды из бутылочки. — Мы действительно молодцы. А клиентка, увидев дополнительный счет за призы, даже не попробовала возражать, тем более что я предоставила ей лишние полчаса за счет заведения.
Паркер бросила последний взгляд на веранду. Столы убрали, но перголу и большие вазы с цветами не тронули. Поставить стол для напитков, и можно принимать новых гостей.
Сейчас нашлось бы минут пять, чтобы позвонить Малкому и поблагодарить, но ведь сначала нужно проверить присланный им счет. Мэл вполне мог запросить слишком много за доставку.
— Я только должна… — Затрезвонил ее телефон. — Боже, чокнутая невеста.
— Слава богу, не мне с ней общаться. Здесь все в порядке. Я убегаю.
В конце концов Паркер выбрала вполне уместный и безобидный, по ее мнению, вариант: вместе с чеком за работу и новые
— За пять минут до начала, — объявила она собравшимся, — брат жениха, он же шафер, провожает на место маму, за ними следует ее муж. Идеально. Затем шафер подходит к жениху и становится слева от него. За три минуты до начала брат невесты сопровождает на место их маму и становится слева от шафера. Сэм, чуть подвиньтесь. Вот так. Начинается мелодия свиты невесты. Венди, Ники, Эдди, завтра я буду рядом и подскажу интервалы. Не забывайте об улыбках, дамы. Затем идет Джейси, лучшая подруга невесты.
— Хорошо. Когда Джейси пройдет полпути, выходит мальчик с кольцами. Сюда, Кевин!
Под смех и аплодисменты пятилетка важно зашагал по проходу.
— Теперь девочка-цветочница. Отлично, Дженни, а завтра в твоей корзинке будут настоящие цветы. Кевин сворачивает к мальчикам, Дженни — к девочкам. Кевин, ты встаешь рядом с папочкой.
Затем…
Паркер обернулась и осеклась, правда, ей удалось сохранить невозмутимость… кажется. Прислонившись к одной из больших ваз, с букетом в руках стоял Малком. Темные очки отражали солнечные лучи, скрывая выражение его глаз, но усмешку за очками не спрячешь.
— И что затем? — со смехом подсказал жених. — Я наконец смогу жениться?
— Почти. Мелодия снова меняется, все встают. В сопровождении отца выходит невеста, — Паркер повернулась к жениху, — самая прекрасная женщина в мире. Она — воплощение всего, о чем вы мечтали. Еще пара минут, и она станет вашей.
Паркер выдержала паузу и обратилась к невесте и ее отцу:
— Остановитесь здесь. Как вы пожелали, к вам подойдет мама невесты. Священник спросит, кто отдает эту женщину. Ваша реплика, мистер Фолкони.
— Ее мать и я.
Они поцеловали дочь и вместе вложили ее ладонь в ладонь жениха.
— Очаровательно. Теперь…
Паркер репетировала церемонию, подчеркивая основные моменты, отмечая хронометраж и перемещения.
— Священник скажет: «Можете поцеловать невесту».
— Это я запомнил. — Жених закружил невесту.
Когда она рассмеялась, он запрокинул ее, как в танго, и наклонился, чтобы поцеловать.
— Сесили, если ты завтра сбежишь, я с удовольствием тебя заменю! — воскликнула Паркер.
Невеста снова рассмеялась, подмигнула Паркер.
— Спасибо, но я не собираюсь бежать.
— Кто бы сомневался. В этом месте вы поворачиваетесь лицом к друзьям и родным, священник впервые представляет вас как мужа и жену, а те из нас, кто не впал в ступор от поцелуя, аплодируют. Звучит мелодия, знаменующая конец службы, и вы идете по проходу. Мак фотографирует вас отсюда. Свадебная процессия возвращается в обратном порядке. Цветочница и хранитель колец — первые.
«Хорошо, — думала Паркер, — очень хорошо. Если и на свадьбе все будут так же ослепительно улыбаться, солнце не понадобится».