Сердце Изнанки
Шрифт:
Егор создавал разлом.
Глава 12
Они вывалились в грязный сугроб между двумя мусорными контейнерами и замерли, настороженно глядя друг на друга. Где-то в вышине, под самыми крышами ярился ветер. Дёргал плохо прикрепленные металлические листы, бросал в окна пригоршни колючих крупных снежинок, свистел, проносясь по узкой подворотне и раздраженно рычал, утыкаясь в глухую стену. А в ушах Влада не желал затихать вой гиганта, второй раз за день упустившего добычу.
Пролезть в разлом тварь не сумела — слишком солидные
В отличие от некого одарённого, разорвавшего ткань реальности буквально голыми руками.
— Как? — тихо спросил Влад.
Мизансцена была пикантной. Подворотня между двух высоток, в одной из которых судя по запахам и грохоту музыки, располагалась забегаловка, сугробы сваленного, казалось, со всей округи грязного-серого снега, протоптанная к бакам дорожка, мусорные пакеты, не долетевшие до конечной точки, разворошенные бродячими собаками. И двое молодых людей, грязных, в изорванной одежде, помятых, органично вписывающихся в окружение.
— Это пробочка от дара, — Егор не стал отпираться. Не после того, как открыл разлом прямо на глазах Влада. — Побочные способности в той или иной мере есть практически у всех. Кто-то меняет внешность, кто-то читает мысли, кто-то видит сквозь стены. Этот дар в отличие от магии, не требует силы от Изнанки. Он черпает её прямиком из человека.
— Ты поэтому выглядишь так, словно скоро отбросишь коньки? — поднял бровь Влад. На самом деле, в реальности одарённый посвежел. На щеках появился румянец, а провалы глаз перестали казаться такими бездонными. Но образ отключающегося прямо на бегу напарника, оседающего на землю безвольной грудой мяса и костей будто отпечатался на внутренней поверхности век и уходить из головы не желал.
— Нет, — отрезал Егор, поднимаясь на ноги. Он всё ещё слегка покачивался, но выглядел вполне себе жизнеспособным. — Разломы почти не отнимают у меня сил. Я могу превратить реальность в мелкое сито и даже не вспотею.
Последнюю фразу Егор практически прокричал, кривя губы в истерически-весёлой гримасе и внезапно замолчал, захлебнувшись собственными словами. Словно только что понял смысл произнесённой фразы.
— Ты находка для Чистой крови, — криво усмехнулся Влад. Он тоже поднялся и теперь стоял, скрестя руки на груди и набычившись, готовый обороняться и нападать. — Идеальный террорист.
— Я один из тех, кого они жаждут перевешать на ближайших берёзах, — Егор отзеркалил ухмылку и позу.
Напряжённые, сжавшиеся, как перед прыжком, с раздувающимися ноздрями, они походили на двух помойных котов, не поделивших рыбью голову.
— Разлом в депо твоих рук дело? — Влад практически утверждал. Ему даже не нужен был неуверенный кивок, подтверждающий догадку. Говорящий, что их первая встреча у метро была продуманным, пусть и вышедшим из-под контроля, фарсом. — Почему Двоедушник?
— Тебя это не касается, — процедил Егор, отворачиваясь. Влад рассеянно отметил, что куда-то попал. Ранил в этом странном словесном морском бое, но не понимает пока, в какую сторону продолжать нападение.
—
— Мозгами пошевели, — Егор разозлился. Глаза его сузились, крылья носа заострились. Он понимал, что Влад прав, но от этого беленился лишь сильнее. — Никто не знает, где там безопасные места. Если бы я создал разлом на площади, угодил бы в ту лужу, из которой выбрался гигант. Мне нужно было, чтобы кто-то проверил дорогу прежде чем самому туда идти.
— И ты позволил Хромому угробить уйму моих предшественников, чтобы найти безопасный путь, — удовлетворённо кивнул Влад. Егор дёрнулся, словно от пощёчины, сжал губы, но промолчал. — А меня зачем проверять полез? Стало интересно, чей труп станет новой плиточкой в твоей дороге?
— Увидел ник Щепкина, — буркнул Егор, так же не поворачивая головы. — Этот сыч обычно интересуется только тем, что может пощупать. Значит ошейник Морены, про который он спрашивал, попал ему в руки. Вернее, я подумал, что на шею. Хотел подкараулить и расспросить. В реальности он не стал бы откровенничать, у нас сложные взаимоотношения. А заявился ты.
— Прости, что нарушил твои планы, — насмешливо повинился Влад. Мысль о том, что Егор знаком со Стасом он решил обдумать позже. Возможно, привлекая к процессу Щепкина. — Скажи тогда последнее. Почему ты не открыл разлом, когда мы болтались на нижнем слое Изнанки, когда бегали от умрунов, когда торчали, совершенно беззащитные, в полуразрушенном здании?
— Потому что ты вертелся рядом, — ответ был до предельного честным и совершенно рациональным, но Влад всё равно ощутил досаду. Это он дурак, который тащил малознакомого попутчика на горбу по нижнему слою Изнанки, это он понёсся вытаскивать из пастей умрунов чужую девчонку, пусть и перепутав её поначалу с собственной сестрой, это он не стал бросать сомлевшего напарника под ногами гиганта. Хотя, в последнем случае нельзя сказать, что поисковик сыграл Егору на руку. Последуй Влад за Надеждой, одарённый мог спокойно, без свидетелей, открыть разлом и сбежать, а Влад не стал бы обладателем чужого секрета и нового иррационального разочарования в людях.
Одарённый ничего ему не должен. Но менее паскудно от этого, почему-то, не становилось.
Вопросов было ещё много. Где Егор умудрился познакомиться с Щепкиным, зачем связался с Хромым и чем тот его держит, как одарённый до сих пор не попался на глаза ОМП с таким сомнительным талантом. Но задавать их не хотелось.
— Пошли вон, а то патруль вызову! — вдруг раздалось откуда-то сверху, словно ставя точку во всём этом дурацком разговоре. Влад задрал голову и увидел, как через раму на третьем этаже перевешивается немолодая и очень сердитая женщина с замысловатой конструкцией из полотенец на макушке.