Сердце Изнанки

Еленец Ксения

— Чего пялишься? — лишённым малейшего намёка на благодарность голосом поинтересовался поисковик, с трудом выпрямляясь. Адреналин схлынул окончательно и теперь всё тело нещадно ломило.

— Егор Артёмович, — жалобно проблеяла одна из студенток, растерянно хлопая глазами, — это ведь бездарь.

— И? — Егор перевёл тяжёлый взгляд на девушку и слегка наклонил голову набок, предлагая продолжить.

— Он находился на нашей территории, — студентка стушевались окончательно и забегала глазами, ища поддержки у товарищей. Но те, почуяв, что

серьёзно перегнули палку, старательно прятали взгляды и, постанывая, поднимались на ноги.

— Это не запрещено, — Егор приподнял бровь, а у студентки явственно затряслись губы, — в отличие от магического нападения на неодарённого гражданина.

— Такое больше не повторится, — заводила студентов пришёл на помощь окончательно расклеившейся сокурснице — задвинул всхлипывающую девушку за спину и улыбнулся, широко и намекающе.

— Разумеется, — кивнул Егор и, прежде чем улыбка вожака стала триумфальной, продолжил, — потому что вы больше не учитесь в этом заведении. Я буду ходатайствовать об исключении всех, кого здесь застал.

Лёгкий ропот к концу фразы перерос в настоящую какофонию. Одарённые кричали, пытались качать права, взывали к жалости, угрожали. У Влада заломило виски и вклинившийся в гомон толпы голос сестры мигрень только усугубил. Янка всегда умела появляться в самые неподходящие для этого моменты. Заявись она десятью минутами раньше, Владу пришлось бы объяснять только дыры на куртке и собственное продолжительное отсутствие. Теперь к списку грехов добавится потасовка с половиной Академии и заступничество хмурого, как туча, Егора.

— Советую всем присутствующим незамедлительно покинуть территорию, — звучала Яна так непривычно-холодно, что Влад и сам дёрнулся незамедлительно покидать территорию. Остановила его лишь резко нахлынувшая волна слабости. — В противном случае я буду вынуждена вызвать охрану магического правопорядка. Всех присутствующих жду в понедельник перед первой парой в приёмной ректора.

Студенты разом растеряли боевой настрой. Переглядываясь и переминаясь с ноги на ногу, они неуверенно потянулись к выходу, поминутно оглядываясь. Словно надеялись, что преподаватели передумают и отменят нависшую над головами угрозу выволочки. А может, чем Морена не шутит, сами допинают недобитого бездаря. Проводив последнюю мелькнувшую в воротах спину, Яна повернулась к Егору и обманчиво-спокойно поинтересовалась:

— Смольный, что всё это значит?

По спине Влада пополз холодок. В ушах зазвенело совсем уж оглушительно, перекрывая ответ Егора, реплики сестры, гул тянущихся к воротам Академии студентов.

Мир накренился, грозя завалиться набок и треснуть. Потому что Влад знал фамилию Егора. Вернее, его отца. Артём Смольный — глава местного отдела охраны общественного правопорядка. Важная шишка в городе, старый друг Ульяны и частый гость её деревни.

В голове словно перевернули коробку с пазлами и те начали послушно, с тихими щелчками вставать на уготованные им места.

Ульяна. Конечно же, она заметила

ошейник Морены на шее бывшего воспитанника и решила, что он погряз в дерьме достаточно глубоко, чтобы она могла начинать его вытаскивать. Ликвидаторы у разлома точно были её подарочком. Очень походил почерк — если уж Ульяна влезает, то делает это максимально осторожно и ненавязчиво. Ставит пугало, чтобы отогнать беспутную молодёжь от опасного места. Всякие некрасивые грязные ходы вроде ареста под надуманным предлогом в её арсенале тоже имеются, но их Ульяна будет использовать в самом крайнем случае.

Интересно, как сильно во всё это вмазан её "племяш" Егор? Или его она тоже спасает? Не зря же заикнулась про дурную компанию для поиска неприятностей.

В любом случае, это значит, что за Владом пристально наблюдал Смольный-старший. А учитывая, что посланные по их душу ликвидаторы не вернулись, в скорейшем времени стоит ждать людей в форме. Они запрут Влада в безопасной клетке, снимут ошейник и до конца жизни заставят носить какой-нибудь маячок, сигнализирующий о попытках выйти на Изнанку.

Влада затопила паника. Как в тумане он следил за беззвучно шевелящимися губами Яны, бросающей в его сторону обеспокоенные взгляды, смотрел, как она подходит, трясет его за рукав, тревожно заглядывает в глаза. Но ответить не мог. Потому что его мир только что развалился на мелкие осколки и оставил его, беспомощного и ничего не умеющего, болтаться на шее хрупкой и беззащитной сестрёнки.

— Хватит прикидываться деревом, — не особо сильный, но обидный подзатыльник от виновника всех Владовых бед заставил поисковика раздражённо вскинуться.

— Он не прикидывается, — едко процедила Яна, замечая, что братец вынырнул из оцепенения. — Дуб дубом и есть.

Выпад сестры поисковик проигнорировал. С Яной они поговорят дома, без лишних ушей и глаз, а вот с Егором стоило разобраться не отходя от кассы.

— Какого рожна ты за мной таскаешься? Тебе я вроде денег не задолжал, — прорычал Влад, бросая на Егора оценивающий взгляд. Тот сменил потрёпанный походный шмот и теперь был тем, кем, собственно, и являлся всё это время — одетым с иголочки кабинетным щёголем.

— Егор Артёмович преподаёт у нас артефакторику, — насмешливо подняла бровь Яна.

— Надо же, — Влад отзеркалил кривую улыбочка сестрёнки и Егор явственно вздрогнул. Временами сходство между двойняшками, несмотря на всю их разнополость, становилось настолько сильным, что казалось почти жутким. — Ты как-то забыл это упомянуть, Смольный.

Фамилия царапнула язык, но цель было достигнута. Егор поморщился и отвёл глаза. Врать, что не обратил внимания на сходство неожиданного попутчика с коллегой, с которой, судя по Янкиным рассказам, он делит лабораторию и всё свободное время, Егор не стал. Как не стал врать, что не узнал Влада по деревне общины Судного дня, в которую он — теперь-то и Влад вспомнил — наведывался в студенческие времена практически каждые выходные.