Сердце ангела
Шрифт:
– Так почему же они не обеспечили твою безопасность?
– Глаза Рисконти метали молнии.
– Гигантская держава! Экономический и политический монстр!
– Не стоит волноваться, обо мне позаботились.
– Кто?!
– Крис Флавин специально прилетел в Москву, чтобы вызволить меня, а теперь задумал последний ход, чтобы замести следы и заманить преследователей в ловушку.
– Ну почему он, Виталия?!
– Вскочив, Элоиз схватил Виту за плечи. Разве не понятно, что ты должна была в подобной ситуации обратиться ко мне, только ко мне.
– Так получилось. Не горячись, Эл. У
– И он, к тому же, втянул в свои грязные дела женщину! Позволь мне теперь самому разобраться во всем этом. Где находится мистер Флавин? Рисконти взялся за телефон.
– Если ты не хочешь понять меня, я сейчас же уйду.
– Вита поднялась.
– Садись... Изложи внятно, что же ты тогда хочешь?
– Усевшись против Виты, Рисконти изобразил терпеливое внимание.
– Хочу, чтобы между нами не было лжи... В эти дни я приняла решение изменить свою жизнь... Связать её с тобой, Эл... Но, постой.
– Вита жестом приостановила порыв Рисконти броситься к ней.
– Дай мне досказать все.
– Еще какие-то тайны?
– У Рисконти мелькнуло нехорошее предчувствие. Странное поведение Виты, этот фокусник, вертящийся возле нее...
Он сильно разозлился после её звонка, отменившего свидание в охотничьем домике. Вита пренебрегла им, и в рождественские и в новогодние праздники, затаившись где-то с Флавином. Элоиз пригласил во дворец самых очаровательных из своих поклонниц и демонстративно танцевал на балу с Джасмин Арни. Красотка не отказалась провести с ним и два дня в лесном уединении, два совсем неплохих дня. Она устроила Элоизу поистине царское любовное свидание и не упустила возможности опорочить соперницу. "Всем известно, что мисс Джордан - ледышка. Единственный, перед кем она не может устоять, это Крис Флавин. Кстати, его пассия Абра Гарам недавно заявила, что Виталия Джордан - совсем не та, за кого выдает себя", - выпалила Джасмин все сразу и пожалела - только что игривый и пылкий король погрузился в размышления...
– Хорошо, Виталия, я тебя выслушаю, но только запомни - это весьма ответственный разговор. Любое твое заявление будет иметь самые серьезные последствия.
– Элоиз в мгновение превратился в чопорного монарха, контролирующего каждое свое движение, и требующего того же от собеседника.
– Постараюсь объяснить как можно проще, чтобы не вызвать разнотолков у Вашего Величества.
– Вита приняла полную достоинства позу. В малиновом одеянии с широкими горностаевыми обшлагами она и впрямь выглядела как королева, дающая аудиенцию.
– Крис Флавин по просьбе Хью Бранта помог мне незаметно покинуть Москву. Он спрятал меня в собственном доме в Дании. Там мы обнаружили, что неизвестные следят за нами. Они даже пытались сбить мою машину, когда я хотела прилететь к тебе... Ах... я не могу рассказывать, так официально, словно для судебного протокола.
– Ты хотела прилететь ко мне, но злоумышленники сбили твою машину. Дальше.
– Спокойно констатировал Рисконти.
– Я попала в госпиталь, потом Флавин увез меня в другую страну, надеясь запутать следы. Но и там нас выследили.
– Что за страна?
– Греция.
– Странная прихоть скитаться по задворкам Европы гражданину Америки. Тем более, я не могу понять тебя. Что
– Ты же просил без излишних подробностей, и я не стала вдаваться в психологию. Флавин попросил меня по-дружески помочь ему в личном вопросе. Это касается его родственников. Кстати, в Греции меня крестили по православному обряду.
– Вита достала и показала висящий на шее крестик.
– А я-то решил, что эта дешевая бутафория относится к маскараду твоему костюму, валяющемуся в ванной... Да... Ведь ты знала, Вита, что я католик. И моя супруга может быть только католичкой.
– Не имеет значения, какой церкви принадлежать... Я не подумала о столь далеко идущих последствиях.
– Должна была подумать. Женщина, стоящая так близко к Элоизу Рисконти, должна контролировать каждый свой шаг... Вероисповедание, конечно, всегда можно изменить. Но ты удивила меня, Виталия.
– Возможно, удивлю ещё больше, изложив свои дальнейшие планы - на ближайшую неделю... Завтра произойдет катастрофа, в которой погибнут Крис Флавин и Виталия Джордан. Об этом узнают все. Мы с Крисом скроемся и подождем, пока наши враги не выдадут себя. После этого все вернется на свои места.
– Да ведь это грандиозный скандал!
– Схватившись за голову, Элоиз зашагал по комнате.
– Боже мой! Мисс Джордан с фокусником Флавином, вдвоем... Устраивают пошлый спектакль... Да неужели ты не понимаешь, что он таким образом заманивает тебя в свои сети?! Господин Флавин смекнул, что девушка с такой скандальной репутацией не может мечтать о троне! А ты - не понимаешь!
Вита виновато опустила голову. В чем-то, конечно, Элоиз был прав. Она не имела права бросать тень на его репутацию и устраивать шумиху вокруг его имени.
– Как же тебе не ясно, что та, которую называют моей невестой, должна быть предельно осторожна... Это честь, но это и ответственность, дорогая моя!
Вита заплакала, чувствуя себя бестолковой девчонкой, не сумевшей стать достойной любви такого человека. Она не сумела стать дочерью Голди Джордан, не выдержала экзамен на титул спутницы Элоиза Рисконти.
– Ах, перестань... Словно маленькая девчонка! Тебе уже двадцать четыре, могла быть матерью нескольких детей.
"Двадцать два", - мысленно поправила Вита.
– "Но и в тридцать я, кажется, не стану умнее".
– Придется мне решать за тебя.
– Элоиз взял телефонную трубку.
– Обед на две персоны в Павильон Грез, горничную и официанта туда же. И еще, Ральф, я жду вас здесь через час с пресс-секретарем. Мы подготовим срочное заявление для радио и телевидения.
– Рисконти обернулся к Вите.
– Все, ты моя пленница, дорогая!
– Господи, Эл, ты же дал королевское слово!
– Ужаснулась Вита.
Конечно, ей было бы спокойнее спрятаться здесь, в игрушечной шкатулке, украшенной парчой и зеркалами, и предоставить королю возможность уладить конфликт. Но Крис?! Что ждет его в этом случае? Вряд ли он уже когда-нибудь назовет её другом.
"Зачем ты морочишь себе голову, Вита, - ты же знаешь, Крис любит тебя. Любит так, как могла бы мечтать любая женщина.
– Возразил внутренний голос.
– Да и ты следуешь за ним далеко не из дружеских чувств. Человек, создающий сказки, дорог тебе."