Сердца, искажённые болью
Шрифт:
– В этом нет твоей вины. Да и изменить мы ничего не сможем. Эта рана всегда будет с нами, а Лив… надеюсь она сейчас в объятиях отца, без боли, переживаний и проблем. Что насчет меня? Не думаю, что ей понравится, если я приду к ним так рано. Ей надо наверстать время с папой. Поэтому… надо приходить в себя, спасибо что переживаешь – проведя по мужскому, теплому плечу, сказала Рина – а вы тут как без меня?
– Ой тяжело, девочка, только ты могла мне помочь усмирить этот хаос. Видишь, что творится, они мне уже все нервы вымотали. Как из трубочки высасывают меня. Сколько я тебе твержу, стар я уже для этого,
– Всему своё время, дядя. – спокойно ответила девушка – Да и не старый ты!
Только мужчина открыл рот чтобы что-то сказать, Рина перебила его
– Да, да, ну всё я пошла к себе в кабинет, – не желая начинать эту тему в сотый раз, махнув рукой, прошла к выходу и выглянув из-за дверей, как пятилетний ребенок, показала ему язык.
– Вот девчонка, – шикнул Марат Арамович, после чего мило усмехнулся.
Выйдя из кабинета шефа, Рина замедлила шаг и остановилась, вглядываясь в толпу спорящих людей. Её присутствие осталось незамеченным, потому что, очевидно, для них беседа оказалась важнее, чем она. Однако один из сотрудников наконец-то обратил на неё внимание и, не отрывая взгляда, прервал бурный спор с коллегами. Жестом он указал на Рину, что заставило всех замереть и заметить заместителя директора.
Рина, сохраняя спокойный тон, произнесла: "Теперь, кажется, я могу начать. Как вы видите, я вернулась к работе. Поэтому наступает время собраться с силами и подготовиться к интенсивной и тщательной работе". Её ладони ехидно потерлись друг о друга, и на лице появилось удовлетворение от медленного и продолжительного "Ну блиииин". "Итак, собрание у меня в кабинете через 10 минут. Это означает, что нужно подстроиться под требования и приступить к работе. Лафа закончилась. Понятно всем? Если кто-то опоздает или вообще не придёт, будут сокращения в зарплате. Всем это ясно?"
"Дааа", едва слышно пробормотали сотрудники, ещё не полностью осознавая серьезность ситуации.
– На этом пока всё, – сказала Рина, сложив руки за спиной. Ее голос звучал спокойно, но в нем звучала и уверенность. Сделав небольшую паузу, она кивнула в знак прощания и направилась к своему кабинету. За ее спиной продолжался шум бумаг, а среди работников послышались торопливые шаги, напоминая о беспокойном ритме рабочего дня.
Во время собрания Рина раздавала поручения по предстоящим проектам, выслушивала что же такого пошло не так и почему статьи не вышли вовремя, отчитывала за прогулы и безалаберное отношение к работе в её отсутствие, а также говорила о дальнейших планах по продвижению журнала и о других важных аспектах.
Вдруг неожиданно, когда она отчитывала свою сотрудницу за невыполненный недельный план, какая-то девушка нагло, хоть и шепотом произнесла: «Кто она такая, чтобы тут командовать?». Хоть она и пробубнила это себе под нос, но всё же она не осталась незамеченной, все прекрасно расслышали то, что она сказала, в том числе и Рина.
– Интересненько… Для начала представьтесь, пожалуйста. Я смею предположить, что вы тут не так давно, так как мы не знакомы. – выпрямившись и скрестив на груди руки, сказала Рина.
– Меня зовут Алиса Сергеевна – подняв нос, сказала
Остальные, явно понимая, что девушка пожалеет о своих словах, прикрыли лицо руками, дабы скрыть вырывающиеся смешки, а те, кто сидели рядом, пытались её одёрнуть, усмирить, но она гордо откидывала их предостерегающие руки.
– К вашему сведению, Алиса Сергеевна, – эти слова выдавила Рина с особой интонацией – я и есть ваш непосредственный начальник. Раз уж у вас столько храбрости и сил, я жду от вас до вечера статью, которая сможет меня удивить. – всё так же деловито, отвечала Рина – и, если вас это не устраивает, вы в праве уйти из этого кабинета, а лучше и вовсе из офиса, но уходя, не забудьте, пожалуйста, зайти к Марату Арамовичу, подписать бумаги на увольнение.
– Да как вы смеете! Вы не можете меня уволить! – взвизгнула хамка, – меня нанимал Марат Арамович, и только он может меня уволить!
– Тогда идите, пожалуйтесь ему на меня. – с каменным лицом и максимально холодным голосом, сказала начальница.
С легким хмыком и небольшой сумочкой в руке, Алиса выскочила из кабинета, захлопнув дверь так, что стены покачнулись, но и это не помешало продолжению собрания. Пока она убегала, обсуждение шло своим чередом.
Когда собрание закончилось, и все торопились покинуть кабинет Рины, в уже открытые двери постучал Марат. Рина, оторвавшись от бумаг, увидела своего начальника и девушку, дрожащую за его спиной.
– Ну, почему молчишь? – прорычал Марат на девушку и отошел в сторону, давая ей шанс высказаться.
– Извините, пожалуйста, – заикаясь от волнения и слез, сказала Алиса. – Не увольняйте меня, пожалуйста. Я… я не знала…
– Так вам нужно было устроить целое представление, чтобы вежливо обратиться к начальству? – усмехнулась Рина. – Ладно, где статья?
– Какая статья? – переспросила девушка, с ошарашенным видом.
– Раз уж вы здесь, значит вы выбрали первый вариант, а именно, доказать мне свои способности. Так, где же она? Статья. Давайте. – Протянув руку, сказала Рина.
– Она ещё не готова, точнее… её вообще нет… – она на мгновение, вновь склонила в стыде голову, но потом быстро взяла себя в руки – можно мне ещё немного времени? – с азартом произнесла Алиса.
– Так. Чтобы к завтрашнему утру, статья была у меня на столе. – сказала, вновь скрестив руки, девушка.
– Конечно! – словно снова оживши выпалила Стажерка.
– Иди уже, горе. – сказал Марат, тихо наблюдавший за их диалогом, опёршись о книжный шкаф.
Девушка тут же выбежала из кабинета и понеслась к рабочему месту. Вдохновленная, собранная и готовая работать.
– Всегда удивлялся, как ты находишь общий язык, даже с такими несносными сотрудниками. – гордо произнес он и едва ли не почесал за ушком, как пса, просто за то, что он «Хороший мальчик».
– Всегда пожалуйста. – продолжив перебирать бумаги, ответила Рина.
Глава 2
Когда Рина, утомленная после долгого дня на работе, наконец-то вернулась домой, ее встретила Марго, воплощение тепла и заботы. В уютной обстановке их дома витал приятный аромат приготовленного ужина, а на столе уже стояла бутылка изысканного вина, словно знак внимания и заботы.