Сэндитон
Шрифт:
Однажды утром, когда Шарлотта заглянула в угловой дом, чтобы навестить ее, она увидела, что Адела в молчании собирала свои рисовальные принадлежности в непривычной задумчивости. Она едва произнесла приветствие со слабой улыбкой и, вновь быстро отвернувшись, чтобы отобрать нужные кисти, неожиданно сказала.
– Прежде чем мы пойдем к морю, я хотела бы кое-что сказать вам. – При этом она некоторое время помолчала в смущении. – Артур просил меня выйти за него замуж, и я дала согласие. – Она повернулась к Шарлотте и в ее взгляде была мольба. – Я надеюсь, вы не подумаете, что я совершила большую ошибку.
Шарлотта слышала, как дрожал ее голос. Она представила слезы в глазах Аделы, и, чувствуя, что в этот момент слова излишни, быстро подошла к ней и обняла ее. Но даже в эту минуту крайнего волнения, Адела не могла полностью выразить свои чувства.
– Вы, надеюсь, можете понять, как все это могло случиться. Однако подумайте, можете ли вы помочь нам… объяснить все это его братьям и сестрам? Можете ли вы убедить их, чтобы они поверили, что Артур никогда не будет сожалеть, сделав такой шаг? Я уверена…, в общем… Я знаю, что он будет счастлив. Ведь мы оба так любим морские водоросли.
После этих слов Шарлотта едва не рассмеялась. Но для нее было очевидно, что они оба испытывали столь глубокое взаимное чувство, что просто не могли его открывать или обсуждать с другими. Она еще сильнее полюбила их обоих и была уверена в том, что они абсолютно идеальная пара. Однако у них недоставало уверенности признаться даже ей в их взаимной привязанности. Даже при ней они говорили не о своей любви, а о своих опасениях. Артур думал, что его сестры считали бы для него очень даже странным желание жениться. Адела же была уверена, что они не одобрят его выбор.
Они, в самом деле, проявили такую застенчивость, излагая свои планы, с таким волнением переживали отклик каждого на их помолвку, что Шарлотте пришлось использовать все свое красноречие, чтобы они поведали об этом хотя бы миссис Гриффитс. Запинающееся признание Артура и извиняющиеся объяснения Аделы были встречены с таким спокойным и добрым чувством, что они оба начали понимать, что их планы были не столь нелепыми, и даже надеяться, что их знакомство и даже брак между ними можно считать вполне обычными событиями.
Однако Шарлотта и миссис Гриффитс были, может быть, единственными в Сэндитоне, кто не удивился этой помолвке. Для остальных это стало сенсацией сезона. Никому и в голову не могло прийти, что Артур и Адела могут стать супругами. Обе незамужние мисс Паркер неоднократно громко восклицали друг перед другом: «Нет! Это невозможно!», но потом примирились с этим обстоятельством и смягчили свое негодование на более деликатное: «Просто невероятно!», когда общались в Артуром, и на простое: «Весьма удивительно!», когда говорили с Аделой. Это так странно! Артур собирается жениться! Артур в роли мужа!
Мистер Паркер потратил несколько часов, убеждая их обеих, что это самая подходящая пара. Он был уверен, что Артур со временем станет самостоятельным. Запросы самого младшего Паркера были весьма скромны,
В течение двадцати четырех часов их категоричное «невозможно!» трансформировалось в «осуществимое», «очень даже желаемое» и «просто восхитительное и самое разумное, что когда-либо совершал Артур!»
Паркеры не относились к числу меркантильных семей, но богатство, хотя они особенно и не стремились к нему, всё же считали очень неплохим подспорьем любой семьи. И все же это богатство, мысль о котором с таким опозданием осенила их, почти безотносительно к Артуру и Аделе, немедленно была признана всем Сэндитоном главной причиной их брака.
Леди Денхэм, сетуя и заботясь о сэре Эдварде, всегда была уверена в том, что он не упустит такую невесту и сделает хоть что-нибудь до конца сезона.
– Видит Бог, такие шансы выпадают не часто! Я тысячу раз твердила ему, чтобы он расшевелился и поухаживал за ней. Но я видела, как жалки были его старания. Несколько глупых улыбок, которыми он одарил мисс Лэмб, и всё. Я так и сказала ему. Но, между нами говоря, он думал, что и этого хватит, не в его натуре бегать за девушками, это ниже его достоинства. Ведь он так хорош собой. Хотя я всё время говорила ему, что любой из трех молодых людей из гостиницы может увести нашу наследницу из-под самого его носа. А теперь вот даже мистер Артур Паркер, и тот сумел охмурить ее! Ну что ж, если мисс Эстер удастся заарканить мистера Сиднея Паркера, я не буду считать, что этот сезон окончился полным провалом.
И хотя мисс Бофорт и мисс Летиция никогда не рассматривали Артура Паркера как потенциального кавалера, им было жаль потерять его, как приемлемого холостяка и их первого поклонника в Сэндитоне. Однако они философски отнеслись к помолвке: богатство, конечно, оправдывает все. И было лучше пожертвовать Артура, чем любого из четырех других потенциальных женихов, поэтому, довольные скромным выбором мисс Лэмб, они превзошли себя, наперебой говоря расточительные и лишенные малейшей искренности комплименты «милой Аделе» в связи ее «победой». В то же время, убеждая себя, что Артур все еще обожает их больше, чем свою невесту; и будь у них по пятьдесят тысяч фунтов, они никогда бы не стали попусту тратить время на этот румяный пудинг.
Для мистера Паркера, решимость мисс Лэмб обосноваться в Сэндитоне, стала главнее даже ее солидного состояния. Она не любила говорить о своих чувствах к Артуру, но охотно выражала свое восхищение Сэндитоном. Этого было вполне достаточно для того, чтобы она стала первой любимицей мистера Паркера. И он был поражен тем, что Артур был способен выбрать такую умную супругу.
Миссис Паркер, как и должно быть, спокойно приняла ее новую невестку. Она часто общалась с ней, старалась во всем помочь и была также как и ее муж счастлива от того, что скоро у них появятся новые близкие родственники и такие же близкие соседи.