Сэндитон
Шрифт:
– Ну, хорошо, эта прекрасная новость в какой-то мере возмещает утрату нашей дорогой гостьи, – сказала она в понедельник вечером, когда узнала о помолвке. Утром того же дня Шарлотта узнала от своего отца о его предложении выслать семейный экипаж, чтобы встретить ее в Хейлсхеме в следующий четверг. – И возможно, моя милая, поскольку вы и Адела стали такими верными друзьями, мы будем снова видеть Вас в Сэндитоне. Двери Трафальгар-Хауза для Вас всегда открыты. Но думаю, что Артур и Адела, захотят вас принять, как своего первого гостя, как только построят свой новый дом.
Шарлотта довольно грустно улыбнулась, думая о будущих визитах и еще больше расстроилась от того, что
И она с некоторым облегчением услышала в тот вечер удар грома, и подумала, что в солнечном Сэндитоне тоже бывают грозы. Но эта летняя буря была столь неистовой, что за вечернем чаем хозяин только и говорил, что о черепичной крыше, о тенте и о его новой плантации деревьев. Затем хлынул такой по-осеннему холодный дождь, сопровождаемый мощными порывами ветра, что, казалось, за стенами этого дома рушится весь мир. Яростная буря бушевала всю ночь, и Шарлотта, которая до рассвета не могла заснуть, слышала, как волны бились о берег и страшно скрипели деревья в саду. Время от времени рев бури заглушали раскаты грома.
Порывы ветра, казалось, набрасывались на Трафальгар-Хауз, который стоял на их пути на вершине холма, старались снести трубы, разметать черепицу и сорвать яркий тент мистера Паркера со стоек, выражая свой протест, и разрывая его в клочья, яростно проявляли свое возмущение.
Глава 27
Яркий солнечный луч разбудил Шарлотту. Лето снова вернулось на побережье: море успокоилось, ветер разогнал последние облака и при свете дня стал отчетливо виден размашистый росчерк ночной бури.
Впрочем, разрушения, оставленные небывалым ураганом, казалось, не изменили привычный распорядок дня в именье Паркеров. Позавтракав в положенный час, они всем семейством отправились на прогулку в любимый сад, на этот раз, чтобы лицезреть урон, нанесенный ветром и дождем в дорогих сердцу уголках поместья. Мистер Паркер был расстроен и только качал головой, печально глядя на три вырванных с корнем дерева на своей плантации и на разорванный тент, который теперь непременно придется заменить новым. Миссис Паркер, наоборот, радовалась, что ее буря обошла стороной – треснувшая рама в оранжерее – такая мелочь. Она заботливо помогала Мэри освободить качели от сломанных веток, которые запутались в прочных веревках, утешала своих мальчишек, клятвенно обещая, что разрушенную беседку обязательно починят на днях, и тут же громко бранила их, увидев в грязной луже две насквозь промокшие книжки и забытую куртку.
Шарлотта не могла оставаться в стороне от этих трогательных семейных забот и, поддавшись общему взволнованному настроению, обошла всю парковую аллею, обсаженную кустарником. Ураган не коснулся нежных гортензий и рододендронов, она нашла среди цветов лишь две черепицы, сорванные с крыши и согнутый флюгер. В задумчивости Шарлотта остановилась на краю лужайки, решая, куда пойти дальше, как вдруг ее взгляд остановился на пронзительно голубой линии залива.
Она завороженно смотрела, как на волны лениво и монотонно покачивают свои бесполезные трофеи, накануне с азартом захваченные на берегу. Убаюканная ритмом прибоя, она не сразу заметила нежданных гостей. Реджинальд Каттон и Генри Бруденалл уже прошли въездные ворота и, увидев Шарлотту, сразу направились к ней. Оба были чем-то озадачены, и Шарлотта с интересом ждала, что же сегодня последует за учтивым «здравствуйте», судя по всему, нечто важное. Но вопреки ее ожиданиям разговор зашел о погоде, о пронесшейся
Шарлотта тоже не решалась начать разговор первой. Она пыталась интуитивно угадать, о чем думают ее собеседники. Но с каждой минутой в ее душе росло тревожное подозрение, неужели они что-то узнали о них с Сиднеем? Она уже не сомневалась, что гости пришли с плохими вестями, и взволнованно посмотрела на Реджинальда, из двух друзей неприятную новость, наверняка, сообщит именно он. Но Шарлотта снова ошиблась, первым заговорил другой – Генри Бруденалл, откашлявшись, он произнес:
– Мисс Хейвуд, если Вы располагаете временем, то мы хотели бы сообщить Вам нечто очень важное.
Она уже не сомневалась, что речь пойдет именно о Сиднее. Страшные картины, одна за другой, пронеслись у нее перед глазами: трагическая дуэль, перевернутая карета, необузданная стихия, сметающая всё на своем пути. Ее сердце сжалось от страха, она безуспешно пыталась справиться со своими чувствами, чтобы достойно выслушать самое страшное известие. Но чувства взяли верх над разумом, и Шарлотта, как ни старалась, не слышала ничего и лишь вздрагивала при одном упоминании имени Сиднея. Реджинальд сразу почувствовал ее всепоглощающую тревогу и поспешно прервал своего друга.
– Нет, нет, дело касается не Сиднея, – воскликнул он, стараясь успокоить девушку, он, забыв о манерах, подхватил ее дрожащую руку. – Как ты безнадежен, Генри. Это не имеет никакого отношения к Сиднею, клянусь, мисс Хейвуд.
Удивленная его искренним порывом и смущенная собственной слабостью, Шарлотта, наконец, взяла себя в руки и прямо спросила, что случилось. Однако друзья снова стали кивать друг на друга. Реджинальд, минуту назад так трепетно успокаивающий Шарлотту, опустил глаза и снова предоставил возможность рассказать о сути дела своему некрасноречивому другу. Мистер Бруденалл, еще гуще краснея и чаще теряя мысль, снова начал говорить, постоянно сбиваясь и путаясь.
– Мисс Хейвуд, дело в том, что мы… что я… пришли, чтобы обратиться к вам за помощью. Поверьте мне, что если бы в Сэндитоне был другой человек, к которому в данный момент я мог бы обратиться, то предпочел бы просить его. Я знаю, что вы не захотите давать советы. Я знаю, что вы не одобрите то, о чем я вас прошу…
Мистер Бруденалл снова умолк, исчерпав свой скромный словарный запас, изумленная Шарлотта не могла произнести в ответ ни слова, и только смотрела на молодых людей широко открытыми ясными глазами, в это момент эмоциональный Реджинальд Каттон не выдержал, всплеснул руками и резко выпалил:
– Он хочет сказать, что, как и Вы, знает о готовящемся побеге. Об этом ему рассказала сама мисс Бриртон. Она также добавила, что Вы не поддерживаете ее решения бежать.
– Но при чем тут мистер Бруденалл? Разве Клара намерена бежать с ним?
У Шарлотты отлегло от сердца. Ей, на самом деле, было не так важно решиться или нет на побег доверчивая Клара Бриртон. И кто увезет беглянку в новую жизнь в крытом экипаже, пусть даже назойливый сэр Эдвард, лишь бы это был не Сидней. В глубине души Шарлотта всегда боялась, что у Клары и Сиднея может быть тайный роман, но не позволяла этой тревожной догадке надолго поселяться в своем сердце. Судя по всему, между ними ничего не было. Клара всё-таки предпочла мистера Генри.