Сэндитон

Остин Джейн

Оказавшись один на один с Кларой, Шарлотта призадумалась, о чем она будет беседовать с немногословной попутчицей всю дорогу. «Видимо, придется обмениваться любезностями и стандартными фразами о погоде», – думала она и честно признавалась себе, что и этого будет более, чем достаточно. Сдержанное поведение Клары, и постоянное безмолвное напряжение, которое исходило от нее во время их визита в коттедж сэра Эдварда, заставляли Шарлотту воздерживаться от дальнейших попыток найти путь к сближению. Ее отталкивала завеса таинственности, которая, как она чувствовала, всегда окружала мисс Бриртон.

Шарлотте иногда казалось, что она вот-вот поймет истинную суть этой молчаливой красотки, но близкая

разгадка вскоре оборачивалась иллюзией и Шарлотта снова могла предугадать, что можно ожидать от этой молодой женщины, которая была рядом, но почти не обращала на нее внимания, всё время беседуя с Сиднеем или его другом Генри. Каково же было ее удивление, когда после короткого глубокомысленного молчания, мисс Бриртон начала разговор первой:

– Мне очень жаль, что у нас не было возможности повторить нашу прогулку на пляж, мисс Хейвуд. Я с большим удовольствием вспоминаю о ней. По-моему, она была восхитительной?

– Мне она доставила большое удовольствие, – сказала Шарлотта совершенно искренне.

– Море так икрилось, солнце – такое ласковое, а погода – просто великолепная. Такой счастливый был день! Я была так благодарна Вам, что Вы оказались рядом и, кажется, чувствовали тоже самое, что и я, – говорила мисс Бриртон так, как будто пытаясь напомнить Шарлотте о некой дружеской и тайной связи, которая была между ними. – С этого дня я всегда думала о вас, как о подруге, которой можно доверять.

Шарлотта сдержанно улыбнулась, ожидая, что она скажет дальше.

– И вот я очень рада, что мы неожиданно оказались вместе, – продолжала мисс Бриртон. В других обстоятельствах я бы не решилась советоваться с вами. Но мне так нужен совет – совет такого человека, как вы, совет другой женщины, почти моей ровесницы, – она колебалась несколько мгновений. – У меня так мало друзей среди женщин.

Шарлотта едва сдержалась, чтобы не возразить: дружбу с женщинами следует также поощрять и поддерживать, как и дружбу с мужчинами, – и холодно ответила:

– А как же мисс Денхэм, ведь Вы давно знакомы, не так ли?

– Мисс Денхэм! О, нет! Ее брат… о, нет. Нет! Она бы никогда не поняла меня.

У Шарлотты проснулась некоторая симпатия к Кларе после этой оценки способностей мисс Денхэм к состраданию, и она более уступчиво сказала.

– Возможно, вскоре сюда с визитом приедет ваша кузина, мисс Элизабет мисс Бриртон. И у Вас появится родственная душа. Во всяком случае, на днях Паркеры говорили между собой, что леди Денхэм, кажется, уже готова направить ей приглашение, – сказала Шарлотта и запнулась на полуслове.

В действительности, миссис Паркер сказала мужу: «Ты знаешь, госпожа Денхэм пожаловалась мне, что мисс Бриртон перестала заниматься ведением домашнего хозяйства. Она подумывает пригласить другую племянницу, мисс Элизабет. Они будут жить втроем. По ее словам, мисс Элизабет разумная и трудолюбивая женщина и может показать мисс Кларе, как следует вести дом. Если, конечно, семья Бриртон найдет возможность отпустить ее Сэндитон».

Шарлотта не сомневалась, что это решение леди Денхэм приняла под влиянием Сиднея, но с какой целью он добивался приезда в Сэндитон очередной племянницы, она никак не могла понять. Возможно, сейчас, когда Клара пытается вызвать ее на откровенный разговор, станут ясны тайные мотивы Сиднея.

– Да, леди Денхэм, кажется, стала более благосклонно относиться к визиту Элизабет, – согласилась мисс Бриртон. – Но я, как никто другой, знаю, как долго она еще будет думать, прежде чем пригласит ее. Леди не выносит малейшего нарушения, установленного ею в доме порядка. И, хотя она и говорит о возможности приезда Элизабет, но пройдут месяцы, прежде чем она примет это решение. И если, в конце концов, Элизабет сюда приедет,

то будет уже слишком поздно что-либо советовать мне.

– Слишком поздно? – отозвалась Шарлотта с некоторым удивлением. Ей показалось, что мисс Бриртон излишне драматизирует ситуацию. Но было достаточно одного взгляда на ее прекрасное и грустное лицо, чтобы убедиться, что она действительно чем-то очень сильно обеспокоена. И Шарлотта постаралась прогнать от себя подозрения, что всё происходящее перед ней сейчас всего лишь очередной спектакль.

– О, мисс Хейвуд, я так боюсь принимать слишком поспешные решения! А всё происходит слишком быстро! И мне особенно необходим разумный совет от человека со стороны, который, не вовлечен в эту ужасную сумятицу и неразбериху, как я.

Поспешные решения и ужасная неразбериха еще не встречались ни разу в жизни Шарлотты, и ей было интересно узнать, что за мелодраму переживает мисс Бриртон. Осторожная Шарлотта еще не готова была откровенничать, но всё больше проникалась состраданием к Кларе.

– Не знаю, насколько я могу быть советчицей в такой ситуации, я во многих вопросах достаточно неопытна, – сказала она.

– Ах, неопытность – это не порок, – говорила в полголоса Клара и уже не могла скрывать своего волнения. – В этом деле, пожалуй, никто не может быть достаточно опытным. Понимаете, я сейчас почти готова совершить нечто ужасное, пугающее меня. Вы же знаете о некоторых сложностях моего положения у леди Денхэм. А сэр Эдвард и его сестра… о, дорогая мисс Хейвуд, даже поделиться с кем-то моими тревогами было бы облегчением для меня.

Внезапный переход мисс Бриртон от скрытности к откровенности поверг Шарлотту в неловкое молчание, она совсем запуталась и молча размышляла, что полезного она может сказать о деле, которое ей совершенно неизвестно.

– Видите ли, я понимаю, что надеясь на вашу помощь, должна прямо сказать… дело в том, что, – прошептала Клара несколько бессвязно, – я замышляю тайный побег.

Это неуверенное признание было весьма далеко от того, что рассчитывала услышать Шарлотта, и она была настолько изумлена, что не могла произнести ни слова. Перед ее глазами пронеслись белые ленты Клары в саду, их первая встреча в доме леди Денхэм, сэр Эдвард. «Неужели всё-таки интрижка с сэром Эдвардом? – подумала Шарлотта. – Нет, не может быть. – Она всегда считала Клару достаточно практичной, чтобы удержаться от этого! – Но если не сэр Эдвард, тогда кто? Неужели мисс Бриртон бежит с Сиднеем Паркером?» – подумала Шарлотта и тут же перечеркнула эту абсурдную мысль. Она не сомневалась, что Сиднею нравится Клара. Но если он действительно хочет жениться на ней, то почему бы ему не следовать обычным путем? У него независимое положение, прекрасные связи и нет никакой причины пренебрегать обычаями. Их семьи тоже не будут против этого брака. Тогда с какой стати им обоим устраивать этот побег? Он казался ей романтической бессмыслицей совершенно невозможной в жизни. Конечно, она не могла не припомнить авантюризма Сиднея Паркера, но его легкомыслие всегда заканчивалось там, где начинались интересы других людей. Отделаться от мысли о Сиднее было непросто, но она вернулась к сэру Эдварду, тем более сама Клара только что упомянула его в разговоре и сослалась на какие-то затруднения в ее отношениях с пожилой леди. Такой брак, безусловно, не встретил бы ее одобрения, которое было необходимо обоим влюбленным, если они надеялись унаследовать ее состояние? Но леди Денхэм была столь непредсказуема и капризна, что, возможно, Клара и сэр Эдвард решили, что больше не могут ждать, пока один из них станет ее наследником? Заключив брак и впоследствии, вымолив ее прощение, они могли надеяться, что пожилая леди простит беглецов и поделит наследство между ними?