Сен. С матом.
Шрифт:
Десять минут бойни, и враг лишился своего ударного кулака. Выжившие рыцари и легкие конные копейщики, сохранившие своих коней, поскакали назад, расталкивая свою пехоту.
— У вражеской пехоты, наверно, не самое лучше настроение для боя, — усмехнулся рядом Расс.
В этот момент вражеская пехота побежала на мои ряды.
— Давайте, ближе, ближе — забормотал я себе под нос, — ближе, еще чуток.
Арбалетчики били, не останавливаясь, лучники от них не отставали. Когда до столкновения оставалось
За пять метров до столкновения вражеская пехота попала в мою следующую ловушку. Перед самой линией пехоты была организована огромная ловчая яма, длинной через все поле боя и шириной в четыре метра. Не очень глубокая, меньше двух метров, но вызывающая затруднения для быстрого форсирования.
Первые ряды упали в ловушку, кто-то, конечно, успел затормозить, но задние ряды столкнули неудачников в яму. Удар вражеской пехоты логичным образом застопорился.
Вражеская пехота оказалась настойчива и упорно лезла из ямы на ряды моей пехоты.
Завязался бой с неизвестным пока исходом.
Кременор начал откровенно нервничать.
— Кременор, успокойся! — рявкнул я, — еще успеешь.
Прошло пять минут боя. Вражеская пехота не продвинулась ни на йоту, копейщики и тяжелая пехота сбрасывали их обратно.
— Мой лорд, в скором времени яма будет наполнена трупами и наши солдаты окажутся без преимущества.
— Не спеши, Расс. Видишь, арбалетчики уже выходят на позиции, — ответил я.
И действительно, в это время арбалетчики уже вышли из рядов пехоты и начали заходить в топь.
Земля из ловчей ямы была использована для того, чтобы насыпать тропинку в топи. Тропинка заходила на пятьдесят метров вглубь болота и потом резко изгибалась и на полторы сотни метров шла параллельно полю.
Арбалетчики медленно и аккуратно продвигались по этой тропинке.
Долгие пять минут мы наблюдали, как арбалетчики встают на тропинке. Наконец они встали и начали заряжаться.
— Черт! — рявкнул я, — им там неудобно заряжаться. Надо было подумать об этом.
И действительно тропинка была шириной сантиметров сорок и весьма скользкой, а при зарядке тяжелого арбалета легко по инерции сделать шаг назад и оказаться уже в топи. Но пока арбалетчики друг другу успешно помогали выбираться на сушу.
Первый залп арбалетчиков в бок вражеской пехоты превзошел все наши ожидания. Четыре сотни болтов и почти столько же трупов. Красота.
— Хорошо вдарили! — сказал Расс.
— Готовьтесь, — сказал я, забираясь на коня. Гвардейцы и рыцари начали залезать на своих коней, — скоро наш выход. Кременор, расслабься. Десяток, другой голов будут у тебя.
Время текло. Моральный дух вражеской армии падал так же стремительно, как тает лёд в пустыне.
После пятого залпа вражеский
Я вместе с рыцарями и гвардией неспешно направился к пехоте.
Наконец, побежала пехота, которая стояла со стороны горы.
— А теперь и наш выход, — плотоядно сказал я, — Дорен, Акос, вы живые?
— Да, мой лорд, — откликнулся Дорен.
— Перебрасывайте мостки, а после того, как конница переправится, можете приступить к сбору воинской добычи. И освободите раненых от их грешных жизней.
— Пленных не брать? — поинтересовался военачальник.
— На хуй они нам? — сказал я.
Пехота уже достала из под своих ног сколоченные из грубых досок мостки, которые перебросили через яму. Конница аккуратно перешла яму и с трудом протиснулась через трупы вражеских конников.
Оглянулся на своих рыцарей и крикнул:
— А теперь самое приятное! Резня бегущих! Пленных не берем!
Четыреста машин смерти ударили в спину бегущих солдат.
Ударил с оттягом по бегущему справа пехотинцу. Кровь и мозги брызнули на моего коня. Слева просвистела стрела. Близко просвистела. Вгляделся вперед.
Оказывается, вражеские лучники, видно из-за ограниченности интеллекта, не побежали. Пришпорил коня и бросился к ним, игнорируя такие заманчивые спины убегающих.
Ну, суки, недолго осталось. Вот сейчас повеселюсь. Надо будет парочку оставить в живых, чтобы пятки прижечь. Все какое-никакое развлечение.
Не удержался и снес башку еще одному бегущему солдату. Глянул налево, Расс скачет метрах в пяти, глаза тоже горят. Глянул вправо, как и следовало ожидать, Кременор не отстает.
Убью…
Еще немного осталось… метров сорок…
Тяжелая бронебойная стрела попала в бармицу и пробила горло. От удара меня отбросило на круп коня. Левой рукой схватился за древко, пытаясь вытащить стрелу. Конь, оставшийся без понуканий, сбросил скорость.
Глупо так сдохнуть… в конце выигранной битвы…
Последнее, что я увидел — развернувшийся Расс, скачущий ко мне.
Очнулся с криком…
Я на кровати…
Это просто сон…
Руки безостановочно щупают горло…
Боль от раны во сне была слишком реалистичной, до сих пор отголоски ходят…
„Пиздец сон“.И не говори, до сих пор трясёт.
Пару раз глубоко вздохнул, чтобы успокоить нервы.
Ладно, успокоились.
Интересно, а какие потери в бою?
„Ты совсем долбоеб? Спятил? Тебе надо думать, почему тебе кошмары снятся, а не результаты битвы во сне подсчитывать“.
Да, тут ты прав…
Идеи есть?
„Мне кажется, это как-то связано с твоим настроением, которое в последние дни нетипично для тебя“.