Сен. С матом.
Шрифт:
— Да, — вмешался Тор, — а какое это имеет отношение?
— Самое прямое. Когда город отдается на разграбление солдатам, то преследуется цель не только дать, так сказать, отдохнуть солдатам, но и показать свою власть, через изнасилование женщин и убийство самых несогласных местных. Это первый пункт во втором способе, но далеко не последний…
— Но есть же правила войны? — вскинулся Родигес.
— Война это тебе не игрушки, на войне нет правил. Сказали вырезать город, значит вырезать город. Стратегические интересы и все такое.
— Но ведь это несправедливо, — прошептала Джула, — там же пострадают мирные люди.
— Джула, красавица… жизнь вообще несправедлива… уж кто, кто, но ты должна была это знать. Вы весьма яркий пример несправедливости. А насчет мирных людей… на войне не может быть мирного населения: женщины — матери новых солдат, дети — будущие солдаты, вражеские ремесленники снабжают армию. Так что вырезание мирного населения в принципе может быть оправдано в стратегическом смысле…
— Но, — вскинулся Родигес.
— Стоп, стоп, — ответил я, выставив ладонь, — мы отошли от изначальной темы. Я просто описал прелести наступательной войны. Продолжим. Никто не против?
Так как никто со мной спорить не стал, то я продолжил:
— Можно осесть стражником в каком-нибудь городе, то есть стать защитником. Тут, конечно, никаких особых мерзостей нет, но мне кажется, что это скучно. Через некоторое время вы заплывете жирком.
— Можно тренироваться, — сказал Фериш.
— Не стоит понимать слова буквально. Даже если вы будете постоянно тренироваться, то мозги могут и подзаплыть. Да и воинами без практики вы быстро перестанете быть. Не лучшая перспектива, как вы считаете?
— Пусть так, — ответил Родигес, — но можно стать наемником, охотником на нежить, странствующим воином.
— Охотники на нежить? У вас и такие есть, — я задумался на мгновение, но продолжил — Ну… у наемником тоже несказочно. Я, конечно, не специалист, но у наемников не может быть дома, да и задания им попасться могут еще более мерзкие, чем регулярной армии. А дисциплина у наемников не хуже, чем в армии. Не выполнил приказ — свои же и прирезали. Хотя могут быть и нормальные отряды. А странствующий воин и охотник на нежить мне ни о чем не говорят, так что говорить о них не буду. Так как не представляю, что это такое. Но тоже все не сладко там.
Мне почему-то резко расхотелось говорить и я собрался уходить на крыльцо, но вопрос Фериша меня немного приостановил.
— То есть ты категорично против того, чтобы мы становились воинами?
— Почему? Я такого не говорил. Просто пытался заставить вас подумать о том, чего вы хотите и точно ли вы хотите именно этого, взвесить плюсы и минусы. А работа убивать не хуже многих других, — я встал из-за стола и, не дожидаясь ответа, ушел на веранду курить.
Из-за туч почти не пробивался свет, и на террасе было темновато, но это было даже хорошо. Хотелось побыть одному.
„Что с тобой? Не
Хуй его знает. Что-то меня на лекции потянуло.
„Почувствовал себя первым учеником?“
Отвали.
Прикурил папиросу. Все-таки есть что-то мистически-приятное в курении.
— Сен, — окликнул меня сзади голос Тора, — с тобой все в порядке?
— И ты туда же, — пробормотал я себе под нос и уже громче ответил, — да, все нормально.
— Просто странно себя ведешь, на тебе такие откровения не похожи…
— Да черт его знает. Настроение какое-то странное. Не обращай внимания — пройдет.
— Тебе виднее, — ответил Тор и ушел в дом.
Хорошо, что ушел. Хотелось побыть одному. Хотя как тут побудешь один, когда есть шиза?
Ладно, настроение настроением, но надо бы к личу сходить, карты попросить. Чтобы прикинуть хоть, где я нахожусь.
Прошел в дом и спустился в подвал. Оказался я в уже знакомом захламленном зале. Куда идти и где искать лича, я представлял плохо. Поэтому не нашел ничего лучше, чем крикнуть:
— Учитель! Куда мне идти?
„Тупой! Тут такие катакомбы, что можешь закричаться.“
— Ученик? — поинтересовался голос лича от двери за спиной, — что ты хочешь?
И кто теперь из нас тупой?
— Учитель, я хотел бы взять у вас карты. Чтобы определиться, где мы находимся. Да и для общего представления мира будет полезно.
Учитель задумался, но потом сказал:
— Хорошо, пошли со мной. Покажу все что есть, можешь даже к себе в комнату утащить для изучения. Но учти, что им уже больше, чем пятьдесят лет. Поэтому они могут не соответствовать действительности.
— Логично, но хоть что-то.
Минуту мы шли в молчании.
— Учитель, а когда вы приступите к нашему обучению? Уже два дня прошло, а вы только протестировали наши способности. Я, конечно, ни в коей мере вас не обвиняю, но интересно, чего ждать.
Учитель немного помолчал, но через пару мгновений произнес:
— Все не так просто. Надо вспомнить учебные планы, а так как вы мои личные ученики, то каждому надо разработать индивидуальную программу обучения. Для этого надо будет с каждым из вас поговорить, понять, чего вы хотите от магии, посмотреть на ваш склад ума. Или ты думаешь все так просто? Взял, научил бросаться огненными шарами и всё? Я все-таки настоящий учитель и считаю, что при обучении должна быть программа.
— Ясно, а сколько времени примерно это всё займет? Я имею в виду, сколько времени вы будете составлять программы и исследовать рынок?
— Исследовать что? — заинтересовался лич, — рынок?
— Эээ… простите, — прокляв свой язык и универсальный переводчик в придачу, я продолжил, — я имел в виду, сколько времени вы будете общаться с нами?
Лич покивал каким-то своим мыслям и рассеянно сказал:
— Пару дней еще, может меньше. Сложно сказать, — лич остановился у двери, — а мы собственно пришли.