Семизвездное небо
Шрифт:
– Но как ты мог об этом догадаться? Ведь ты совершенно не знаешь Рамзи!
– Я вас не понимаю, Шахназ-ханум...
– Я хочу, чтобы ты пояснил мне все, что ты понял в тот день на собрании.
– Внезапно в ее темных глазах будто сверкнула и погасла молния. Ты можешь мне ответить, Айхан, почему ты его ненавидишь?
Айхан остолбенел...
– Я с тобой, Айхан...
– В чем я провинился, Шахназ-ханум? Что я такого сделал, что вы считаете меня достойным столь суровой кары?
– Этим он как бы подтвердил косвенным образом
– Это не кара, а, наоборот, награда, - сказала она.
– Еще никто не получал наград за то, что оказывается судьей между двумя друзьями.
– Потому что ни один из этих судей не был так справедлив, как ты. Я, кажется, первая женщина, которой в этом смысле повезло.
– А я - первый несчастный судья, который не получил от этого удовлетворения.
– Ты жалеешь о том, что сказал мне правду?
– Шахназ-ханум, правда иногда ведь тоже походит на глубокую пропасть. Нередко опасаешься к ней приблизиться.
Оба помолчали, будто устали от разговора.
– А я думала, что тебе не страшна никакая бездна, - вздохнула Шахназ.
– Ведь человек может и ошибаться. Как сказал Насиб, "порой не знаешь, какого ангела следует оставить в живых".
Шахназ посмотрела на него долгим испытующим взглядом.
– А вот этому я не верю. Ты не боишься, ты просто прячешься.
– От кого?
– От меня, от Рамзи, от себя самого.
Заметив, как мастерски, шаг за шагом приближается Шахназ к своей цели, Айхан забеспокоился. Ему больше ничего не оставалось, как промолчать.
– Говори! Почему ты молчишь?..
– Я не молчу. Я слушаю... свое сердце...
– Что же говорит твое сердце? Говори... Я больше верю твоему сердцу, чем тебе.
– Оно не говорит, Шахназ-ханум, оно поет песню счастья...
– Песню счастья?.. Интересно, о чем поется в этой песне счастья в сердце несчастливого судьи? Если и это не тайна...
– А это действительно тайна. Моя единственная тайна. Шахназ почувствовала, как по телу ее пробежали мурашки.
Айхан никогда еще не разговаривал с ней так спокойно и так охотно. Да он и не был никогда так разговорчив и так сердечен, так близок ей, как сегодня. Может быть, именно поэтому она поверила в этого человека и с первого же дня называла его "гардаш", что значило - брат. Теперь она в упор спросила:
– А раз так, скажи мне, кто ты?
Айхан вздохнул. Хорошо, что Шахназ этого не заметила. Потому что не успела Шахназ закончить фразу, как с быстротой молнии в мозгу пронеслось: нельзя забываться, надо взять себя в руки и постараться вернуться к своей обычной манере разговора.
– Айхан Мамедов.
– Посмотри мне в глаза!
– С удовольствием! Мне нечего стыдиться.
– Нет, смотри мне прямо в глаза. Я хочу заглянуть в твою душу...
– Там, кроме страданий и мук... и еще... счастья, вы больше ничего не увидите.
– Я хочу увидеть это счастье.
– Как мне его показать? Жизнь порой
Айхан действительно был счастлив. Шахназ была с ним рядом, она сделала его своим судьей. Но счастье его заключалось не только в этом. Сбылось одно из его детских мечтаний - он умер и воскрес и увидел, что Шахназ соблюдает траур. Он все еще слышал ее голос: "А раз так, скажи мне, кто ты?" И, только теперь поняв смысл сказанного, содрогнулся. Кому уподобила его Шахназ? Несомненно - Эльдару! "Нет, нет и нет!.. Я безумец, глупец, я все еще дружу с ангелом честолюбия на своем плече. Я эгоист, себялюбец, негодяй!"
Его охватило смятение. Этот дьявол засел у него в груди и всю жизнь терзал его; однажды раненный пощечиной Шахназ, он все еще не может вырваться наружу. Видимо, ему снова захотелось стать прежним Эльдаром... Когда это произошло? Где он допустил ошибку? Кроме следа на железной решетке окна Гюльназ, где еще он оставил след? Может быть, в тот день на совете аксакалов что-то незаметно для него самого сорвалось с его уст? Не на этом ли основано подозрение Шахназ? Зачем ему понадобился этот разговор о счастье? Шахназ права - он должен прятаться от всех, даже от себя самого.
– Говори, говори!..
– взволнованно продолжала она.
– Я хочу слышать твой голос.
– Шахназ оторвала его от его мыслей.
Айхан на этот раз, вместо того чтобы скрыться, решил идти напролом. Он знал, что иногда в решающих случаях так поступают.
– Мой голос? Неужели он вам так нравится?
– Да, очень нравится. Твой голос напоминает мне голос человека, который в свое время был мне очень дорог.
– Не имеете ли вы в виду погибшего Эльдара Абасова?
– Откуда ты это знаешь?
– Разве трудно догадаться?
– Айхан улыбнулся.
– Говорят, в свое время он был единственным дорогим человеком для вас? Видимо, мой голос чем-то напоминает...
– Да, похож... очень похож...
– Мне бы вообще хотелось походить на него...
– Да ты и так...
– Пожалейте меня, Шахназ-ханум...
Шахназ поняла, какую жестокую ошибку она совершает, уподобляя его погибшему человеку, и закрыла лицо обеими руками.
– Прости меня, Айхан-гардаш!
– взмолилась она.
– Прости... Ты сам меня запутал... Не знаю, что и говорю.
Когда они подошли к калитке, увидели, как к ним навстречу спешит запыхавшийся Насиб.
– Айхан амиоглу, где ты пропадаешь? Я уже все село поднял на ноги.
Почувствовав в его голосе торжествующую радость, Шахназ вышла вперед.
– Что случилось, наше местное правительство?
– нетерпеливо спросила она.
– У тебя, видно, какая-то новость? Глаза так и пляшут.
– Верно, Шахназ-ханум, и не только глаза.
– Гордо воздев руку к небу, он обратился к Айхану: - Магарыч! Айхан амиоглу!.. Да нет, какой там амиоглу! Айхан - герой!..