Семинарист
Шрифт:
Девушка пожала плечами.
Я пришёл к выводу, что на самом деле ей основательно за тридцать. Просто азиатки… такие азиатки. Восьмая ступень говорит сама за себя.
— Ты знаешь моё отношение к ножикам, — снисходительно улыбнулась карательница с русским именем Дина. — В Пустоши это не поможет. Разве что зубы мегалоному почесать.
— А меня другое интересует, — присоединился к разговору Александр. — Где этот парень научился так управляться с ножами?
Взгляды собравшихся скрестились на мне.
— Брал уроки у мастеров, — пожимаю плечами. — Коммерческие додзё, все дела.
—
— Зарабатывал в Пустоши, — меня начал утомлять этот мужик. — Тратил на саморазвитие.
Похоже, мне никто не поверил.
Бронислав был непререкаемым авторитетом среди карателей, и его навыки ножевого боя… ну, они были запредельными для этого мира. Я же, напротив, был недоволен своим боем. Ничья — это проигрыш. Сразись я с какой-нибудь тварью без доспеха, и меня порвут в клочья. А ведь это — всего лишь человек.
С другой стороны…
Ну, а чего я хотел?
Получил в своё распоряжение неокрепшее юное тело, нетренированное и не закалённое в смертельных схватках. Мне помогло лишь то, что я вселился в Ростислава, когда тот был совсем маленьким. И у меня было впереди целых одиннадцать лет, чтобы частично восстановить утраченную форму. Не идеально, но приемлемо.
Я — потомок богов.
Никогда не считал людей достойными противниками, но в этой реальности с ними приходится считаться. Я ещё слишком слаб, чтобы на равных драться с сильнейшими монстрами Разломов.
— Ладно, — пришёл на выручу Бронислав. — Пристали к парню. Нам попался самородок — вот и радуйтесь. Когда ещё в потоке встретятся подобные неофиты…
— Это да, — нехотя признал Александр.
— Брат Иероним, — представился мужик с бородкой. — А это — Дин Айминь.
Пожимаю протянутые руки.
— Надо познакомить его с остальными, — сказала Дина. — Я уже говорила.
— Устрою, — вздохнул Бронислав.
На том и разошлись.
Мне осталось сдать зачёт на знание Кодекса, пройти инструктаж и взять следующую ступень. На Кодекс мне выделили три дня, так что я успею перечитать его более вдумчиво и вызубрить ключевые моменты. От занятий Бронислав меня освободил, но с оговорками. До обеда мне надлежало сидеть в информаториуме и заниматься самостоятельно по дисциплинам, перечень которых дал Александр. После обеда, когда Бронислав вернётся с оперативного задания, мы приступаем к усиленным тренировкам. Начиная с семи вечера у меня появится свободное время — я поужинаю и отправлюсь штудировать Кодекс.
Начинается, подумал я.
Гранит науки.
Переговорный пункт на одном из почтамтов Турова
Западный округ, улица Демидова
— Цюрих, шестая кабина!
Варвара Фурсова вскочила со стула и понеслась к длинному ряду затемнённых кабин — солидных, лакированных, хорошо приспособленных для общения с дальними родственниками. Перед этим девушка прождала час — именно столько времени потребовалось телефонистке, чтобы установить соединение.
Варя заперлась в кабинке, села на обитый дерматином пуфик и сняла с рычажка телефонную трубку.
— Денис?
—
На том конце провода — холодный мужской голос.
Ощущение такое, что разговариваешь с призраком.
— Кто вы?
Варя не смогла дозвониться по домашнему номеру брата и была вынуждена вызвать офис управляемой им финансовой конторы.
— Вряд ли это имеет значение, госпожа Фурсова.
Маме она тоже не дозвонилась. Как и другим родственникам. Все, кого глава Рода выслал за границу в надежде спасти от надвигающейся угрозы, были недоступны.
— Где мой брат?
— Он мёртв.
Внутри всё похолодело.
Отец должен был предупредить об опасности ВСЕХ. И прежде всего — Дениса, как потенциального преемника. Варя подозревала, что именно с Денисом состоялся первый сеанс телепатической связи. Вот только… Какие-то твари охотились на всех Фурсовых. Во всех частях света. И, вероятно, преуспели в своих начинаниях.
— Слушайте меня внимательно, госпожа Фурсова, — бесстрастно продолжил голос. — Вы обязательно умрёте. Фурсовы перестали существовать, так что бесполезно сопротивляться. Вы — атавизм.
Справившись с первым потрясением, Варя сообразила, что её прощупывают. Задерживают пустой болтовнёй. Либо вычисляют адрес почтамта, либо…
Подключают ясновидящего.
В женской сумочке — один из артефактов, оставленных ей отцом «на чёрный день».
— Знаешь что, говнюк? — яростно выдохнула блондинка. — Я до тебя доберусь. До каждого из вас. Ты ещё пожалеешь, что связался с нашей семьёй, выродок.
На том конце провода сухо рассмеялись.
Варя трясущимися руками достала потемневшую от времени монету, провела пальцем по ребру и активировала устройство. Странный, никогда не существовавший герб, засветился красным. Девушка сжала кругляш в кулаке и почувствовала, как монета наливается силой, впитывая энергию ки через открытые каналы. Артефакт высасывал ки из Вари и выстраивал защиту. Одновременно с этим девушка уловила нить чужого влияния. Словно чей-то хищный разум метнулся в её сторону, попытался установить контакт, но упёрся в невидимую преграду.
Энергия сочилась в пустоту.
Прошла минута, а может быть две, но Варя осознала, что сидит в кабинке с побелевшими от напряжения пальцами, а из трубки доносятся короткие гудки.
Разжав кулак, Варя увидела, что монета рассыпалась в прах.
Серый пепел испачкал ладонь.
Очень дорогой одноразовый артефакт выполнил свою задачу, отразив прорицание, но повторно им не воспользуешься.
И Варя не представляла, что делать дальше.
Глава 17
Пользоваться Тайной Сетью было непривычно.
И в то же время — увлекательно.
Я получил в библиотеке главного корпуса учебники, по которым мне предстояло сдавать зачёты. Да-да, наставничество Бронислава не освобождало меня от экзаменов и всего остального. Никого здесь не волнует, как ты готовишься. Задача — продемонстрировать усвоенные знания.
Кстати, никого не отчисляют.
Насколько я понял, из семинарии могут вынести вперёд ногами, а вот отчислить — никогда. Просто будешь тянуть «хвосты» и пересдавать их до бесконечности.