Семинарист

Бадевский Ян

— И как оно?

— Не сахар, — честно признался я. — Хочет, чтобы я за неделю сдал на вторую ступень.

— Психопат.

— Я ж говорю.

Вжуха я оставил в комнате, строго-настрого запретив есть Вейцера, гадить на полу и устраивать прочие непотребства в жилом корпусе. Котоморф жалобно мяукнул и попросился на улицу. Я сдвинул секцию, отделяющую комнату от террасы.

— Сразу закрывай, — предупредил Вейцер. — Комары налетят.

Вжух растворился в ночной тиши.

Бросив тоскливый взгляд на незаправленную постель и непрочитанный Кодекс, я устремился

в неизвестность.

Я смутно припоминаю Фурсову. В детстве пересекался с детьми своего партнёра и, кажется, там была светловолосая девчушка по имени Варя. Если «В» означает «Варвара», то всё совпадает. Интересно, что за срочность? Глава Рода не мог прислать свою дочь по пустяку. Наверняка имелась веская причина для столь позднего рандеву.

Тьма сгустилась по-осеннему быстро.

Днём царила жара, но вечером ощущалась прохлада, а над головой в просветах между соснами сияли яркие звёзды. Ряса действительно могла регулировать теплообмен или что-то в этом роде. Я чувствовал себя комфортно.

Вечером в лесопарке, прилегающем к озеру, включились фонари.

Широкая асфальтовая дорожка, петляя меж сосен, вывела меня к южным воротам, у которых тоже стояла будка охранника. Боковую калитку я открыл прикосновением — замок среагировал на мой психотип.

За ажурной решёткой раскинулась улица Договора.

Без понятия, кто там и с кем договаривался, но улица была оживлённой. По ту сторону виднелись здания, построенные, возможно, ещё в позапрошлом столетии. Человеческий ручеёк втягивался в пасть станции метро.

Вейцер не обманул.

Мне потребовалось пять минут, чтобы дойти до крохотного павильона с вывеской «Чайковский» над дверью. Стены украшали изображения седобородого мужика с чашкой в руке. Из чашки разлетались ноты.

К заведению примыкала дощатая терраса с круглыми столиками и плетёными стульями. Несколько столиков были заняты влюблёнными парочками, за ещё одним я увидел девушку, которая приветливо помахала мне рукой.

Девушка выглядела роскошно.

Блондинка с небрежно заплетённой косой. Элегантное летнее платье — длинное, но идеально очерчивающее фигуру. Чёрное и очень дорогое.

Я поднялся на террасу.

— Привет, — сказала Варя, обворожительно улыбаясь. — Ты сильно изменился с тех пор, как мы виделись в последний раз.

— Да и ты уже не та весёлая хохотушка, — я присел напротив и обнаружил, что на столике два чая. — Выглядишь изумительно.

— Спасибо, — Варя явно привыкла получать комплименты в свой адрес. — Никогда не думала, что увижу на тебе рясу послушника.

— Ты разбираешься в нашей иерархии?

— Немножко, — Варя сделала первый глоток. — Рекомендую попробовать чай. Он с жасмином.

Напиток распространял чарующий аромат.

— Я недавно гостил в вашей усадьбе, — продолжаю улыбаться, отслеживая реакцию девушки. — Но тебя там не видел. Путешествуешь по Европе?

В глазах Фурсовой что-то промелькнуло.

Тёмное, недоброе.

— Сейчас многие путешествуют, — ответ был уклончивым. — Но порой приходится вспоминать о корнях.

— Правильно, — одобрил я. — Корни — наше

всё.

Воцарилось молчание.

Не то, которое можно было бы назвать неловким. Просто два хищника присматривались друг к другу, оценивали, примеривались, искали слабые и сильные стороны.

— Варя, — я так и не притронулся к своему чаю. — Предлагаю закончить этот маскарад.

Брови девушки поползли вверх.

На протяжении всей нашей беседы фоном играло что-то тихое и романтическое. Умиротворяющее, я бы сказал. Предполагаю, что место встречи выбрано не случайно.

— Во время последней встречи с твоим отцом, — продолжил я, — погибло много людей. Он заперся в своём кабинете, а я убил командира вашей родовой гвардии. А знаешь, почему? Незадолго до этого господин Фурсов изволил прислать в мою усадьбу шиноби, чтобы уничтожить последнего Володкевича и единолично завладеть ВСЕМ. И ты не можешь не знать эту предысторию.

Варвара даже не пыталась изобразить вину на лице.

Она внимательно слушала.

— Я это к тому, что вряд ли мы здесь… собрались мило поболтать об ушедшем детстве. Вспомнить, как твои племянники пробовали меня избить, а попали к целителю с переломами рёбер. Или как твоя старшая сестра избавилась от меня, чтобы её дети возглавили МОЙ Род.

Пауза.

— И ты знаешь, — я продолжил вбивать гвозди в крышку гроба этого томного вечера, — что текущие условия сделки я навязал твоему отцу силой. Буду ли я их пересматривать? Нет.

— Благодарю за откровенность, — холодно произнесла девушка, — но я здесь по другим причинам.

— Правда? — настала моя очередь удивляться.

— Правда. У наших Родов назрела очевидная проблема — твоё поступление в духовную семинарию.

— И что здесь плохого?

— Уверена, ты и сам понимаешь. Святоши требуют от послушников жить на территории кампуса и всецело отдаваться занятиям. В таком режиме ты не сможешь эффективно управлять усадьбой. Отгрузка товара, снабжение добытчиков, любые непредвиденные вопросы. Твоим людям нужны припасы, медикаменты, оружие. Нам потребуется беспрепятственный доступ к… хм… системе катакомб. И как ты намерен всё это обеспечивать?

Я и сам размышлял над этой головоломкой.

— В чём суть предложения?

— Ты можешь найти управляющего в моём лице, — блондинка одарила меня обворожительной улыбкой.

Ох уж эти женщины!

Даже в ситуациях, когда всё очевидно, стараются применять отработанные схемы. Я должен поплыть, влюбиться в эту красотку без памяти и выбросить из уравнения простой факт. Передо мной — дочь потенциального врага.

— Правильно ли я понимаю, — вкрадчиво произнёс я, — что ты хочешь получить доступ к моему дому? Ты сможешь отдавать распоряжения моему голему, устанавливать жучки и хитрые артефакты, прослушивать мои телефонные разговоры… Ах, да! Подвал. Туда попасть не удастся, ведь дверь откликается только на мою кровь… Дай, угадаю. Её можно перенастроить? И тогда у Фурсовых появится возможность бесконтрольно договариваться с моими наёмниками, перекупить их более высокими зарплатами… И вот, я однажды спускаюсь…