Семь сыновей
Шрифт:
— Ты в порядке?
Я медленно киваю головой, хватаясь за барную стойку двумя руками.
— Ты уверена? — Он поднимает секцию барной стойки и возвращается ко мне, стакан с ледяной водой появляется в его руке как по волшебству.
— Ты выглядишь так, будто вот-вот вырубишься, — произносит он, ставя воду на картонный подстаканник передо мной. Он приносит барный табурет и ставит позади меня.
Я принимаю воду и стул с благодарностью, всё моё тело внезапно болит и устало.
Ты знала, что
— Должно быть, это солнце, — говорю я, и невинно улыбаюсь. — Я не привыкла к такой высокой температуре.
Надеюсь, что он не спросит меня, откуда я. Штат Небраска даже ещё более жарок, чем Калифорния. Я чувствую, как моя история уже начинает трещать под тяжестью хитрости.
— Ладно, не делай резких движений, — говорит он, возвращаясь на свою сторону барной стойки.
— Спасибо, — кротко говорю я, слова на моём языке ощущаются как горькая ложь.
Дорнан появляется через некоторое время наверху лестницы, громко свистя.
— Давай наверх — говорит он, зазывая меня в офис. Я оглядываюсь вокруг, неуверенная, что он даже говорит со мной.
— Да, ты. Торопись, я не намерен тратить весь день. — Он исчезает за дверью, а я соскальзываю с табурета. Глубоко вздыхаю. Мой момент правды. Мой единственный шанс сыграть, по-моему, в игру с Дорнаном, чтобы поставить эту ублюдочную семью на раздробленные коленные чашечки.
Он менее пугающий, чем я его запомнила, и должна я напомнить себе, что стала выше и сильнее, чем была в пятнадцать лет. Когда я была так юна. Плюс на мне нелепые каблуки, которые делают меня ещё более высокой. Дорнан сидит за столом (старым столом моего отца) и перебирает документы, по-видимому, не обращая внимания на тот факт, что я здесь стою. Я использую время, чтобы приспособиться к окружению. Ничего особенного — типовой стол из ДСП, искусственный цветок в горшке, пара высоких металлических картотечных шкафов позади стола. Единственный вещь, которая выглядит дорогой — картина на стене: похоже на пляж Гавайев или чего-то такого же красивого. Она вообще не подходит комнате, и я задаюсь вопросом, принадлежала ли она когда-то моему отцу.
— Ищешь сейф, милая?
Я возвращаю своё внимание обратно к Дорнану, который ухмыляется, пока набирает цифры на калькуляторе своими длинными, толстыми пальцами.
— Ищу сцену, — отвечаю я, пытаясь разрядить обстановку. Весь мой план зависит от того, наймет ли он меня в качестве танцовщицы клуба. Если он этого не сделает, я должна буду перейти к плану «Б». А его пока у меня нет.
Он откидывается назад на своём стуле и впервые рассматривает меня должным образом. Я терпеливо жду, зная, что соответствую всем его требованиям: брюнетка, загорелая, большие сиськи и достаточно молодая, чтобы трахаться и быть принятой
— Как тебя зовут, дорогуша? — наконец спрашивает он, очевидно удовлетворенный моей внешностью. Он всё ещё точно так же откровенно привлекателен, как и шесть лет назад. Чёрные волосы. Пухлые чувственные губы. Трёхдневная щетина на лице, которая придает ему жёсткий и суровый вид, но не слишком непривлекательный. Мой живот сжимается, когда я понимаю, что была неправа — он и Джей вообще-то поразительно похожи.
— Астрид, — отвечаю я, чувствуя, как моё сердце грохочет в груди.
— Не сценическое имя, — произносит он, выглядя раздраженным. — Твоё настоящее имя.
— Саманта. Самми.
Он не впечатлён.
— Тебе есть двадцать один?
Я киваю.
— В действительности даже двадцать два.
— Есть удостоверение личности, чтобы доказать это?
Я киваю, вытаскивая поддельные документы из заднего кармана, и вручаю их ему. Я борюсь с желанием сбежать, когда мои пальцы соприкасаются с его. Он отклоняется в кресле и изучает маленькую прямоугольную карту. Я знаю, что он ищет признаки, что это фальшивка. Он подносит его к свету, крутит в ладони, скребёт ногтем большого пальца вдоль края.
— Оно настоящее, — говорю я. Он не отвечает.
— Как ты сказала, тебя зовут?
— Сэмми. Саманта Пейтон.
— Как будто вместо фамилии у тебя тоже имя. Сразу два имени? — с сомнением говорит он. — У кого два имени?
Я улыбаюсь.
— Я не знаю, мистер Росс. Это немного странно.
Он ухмыляется, самая близкая вещь к улыбке вырывается у него с тех пор, как он позвал меня сюда наверх.
— Хорошо, Самми-два-имени-Пейтон, какую работу ты ищешь?
Я не могу поверить, что говорю это.
— А какую работу вы хотите, чтобы я делала?
Он перестаёт улыбаться.
— Я занятой человек. Давай перейдём к сути. Ты танцуешь?
Я киваю.
— Приватные танцы?
Я киваю.
— Делаешь что-то ещё, что выделит тебя из другой сотни девочек, которые приходят сюда каждую неделю в поисках работы?
Я порочно улыбаюсь.
— Я могу смещать челюсть так, что мой рот открывается реально широко.
Он смеётся и хлопает по столу перед ним, из-за чего документы рассыпаются в разные стороны.
— Ты мне нравишься, — выдаёт он. — Так почему сюда? Я имею в виду, уверен, что ты в курсе нашей… репутации.
Я пытаюсь выглядеть юной и беспомощной.
— Я только что выбралась из плохих отношений, — говорю я. — Дома в штате Техас. Я смогла бы воспользоваться защитой, которую вы предлагаете вашим служащим.
Он всасывает свою нижнюю губу, раздумывая над этим.
— Твой бывший, — говорит он. — Он член какого-то конкурирующего МК? Полицейский? Связан с кем-то, о ком мне следует знать?