Семь месяцев
Шрифт:
Майлз
— Папочка, смотри! — Брук тянет мне за рукав свитера, чтобы привлечь внимание, и, естественно, я бросаю разговор с Колином чтобы посмотреть на свою дочь.
Брук держит свой крекер в виде животного, пытаясь имитировать звуки, которые издают лягушки.
— Это лягушка!
— Так и есть, говорю я, притворяясь потрясенным.
Затем я наклоняюсь поближе к ней, как будто стараюсь рассказать ей секрет, и шепчу:
— Ты знаешь кто любит лягушек? — по словам Аарона и Колина
— Кто?
— Лили, — я указываю через стол прямо на неё.
Я знаю, что не должен показывать пальцем на людей, но да ладно. Брук определенно спросила бы, о какой Лили я говорю, несмотря на то, что она знает только одну.
— Даа? — она поднимает взгляд, её лицо сияет от любопытства. — Ты любишь лягушек, Милли?
Когда мое сердце, кажется, перестаёт биться, все головы моих друзей поворачиваются ко мне, их глаза устремляются на мое лицо, как будто они боятся, что я умру прямо сейчас на этом самом месте. И, честно говоря, я мог бы.
Брук хотела сказать Лили, я знаю. И все же, когда я слышу, как она называет имя её матери, это оказывает на меня воздействие. Ни одно из них не является хорошим.
Если бы Эмори была здесь, я уверен, что на неё тоже посмотрели бы, или она посмотрела на меня. В любом случае, прямо сейчас, я действительно хочу, чтобы Эмори была здесь со мной, потому что тогда я был бы не единственным, на кого смотрят. Но сейчас она дома, все ещё болеет.
— Да, — наконец подтверждает Лили, у которой было больше сил, чтобы оправиться от шока, к которому никто не был готов.
Хотя, возможно, один я пребываю в шоке.
Брук протягивает руку через стол, ну, или, по крайней мере, пытается.
— Держи, это тебе.
— О, нет, Бруклин. Это твой крекер.
— Но я больше люблю слоников.
— Ты в порядке? — спрашивает Колин, наклонившись ко мне ближе, чтобы не вызывать сплетников из столовой.
То, что я привел Брук в Сент-Тревери, до сих пор шокирует людей. Прошло больше месяца с тех пор, как они узнали об этом, и я думал, что они уже забыли об этом. Но нет.
— Ага, — слова выходят мягче, чем я планировал, и звучат лишь наполовину убедительно.
— Она говорила не о…
— Я знаю.
Я провожу рукой по волосам дочери. На данный момент этот жест является моим способом успокоить нервы. Волосы Брук мягкие и, что удивительно, совсем не запутаны.
— Все равно странно слышать это.
— Ладно, ребята, о завтрашнем дне, — Аарон садится рядом с Софией и тут же протягивает ей круассан.
Не знаю, откуда он это взял, но этот круассан не из столовой.
— Red Huts, завтра. Все смотрели записи?
— Чувак, мы живем в одной комнате. Мы смотрели их вместе, — напоминает ему Колин.
Аарон высовывает язык издеваясь над Колином, как будто нам снова по пять лет.
—
— Как и Паркер, — Грей кивает в сторону столовой двери, прямо туда, где стоит Паркер Гриффин, который в настоящее время разговаривает с пятью девушками одновременно.
— Да, неважно. Никому больше не кажется странным то, что тренировку сегодня отменили. Я имею ввиду, за день до игры?
Аарон определенно слишком зациклен на мелочах, которые вообще не имеют значения. Мы готовы к этой игре.
— Тренер занят, — говорит Колин. — Не знаю, что он делает, но он сказал мне, что занят.
Я фыркаю. Если кто-то и должен знать о планах тренера, то это Колин, знаете ли, сын тренера. Однако, мне кажется, что на этот раз я знаю побольше Колина.
— Он ищет места в детском саду для Риса.
Колин таращится на меня.
— Откуда ты это знаешь?
— Потому что он сказал мне, — отвечаю я. — На самом деле он спросил меня, рассматривал ли я какие-нибудь школы для Брук, и когда я сказал «нет», он пригласил меня присоединиться к нему. Но это показалось мне странным, и поэтому я с уважением отклонил его предложение.
— О Боже мой. Брук и Рис должны ходить в одну и ту же школу! По крайней мере, тогда они оба будут кого-нибудь знать.
Я имею ввиду, я думаю, это кажется правдоподобным. Брук застенчива, по крайней мере, поначалу, так что я думаю, иметь рядом кого-то, кого она знает, имеет смысл.
— Папочка? — Брук встаёт на скамейку.
Я немедленно тяну руку, чтобы убедиться, что она не упадет. Она пробирается ко мне на колени и снова садится лицом ко мне.
— Когда мы вернёмся домой, Мэмори будет снова в порядке, верно? — её глаза полны надежды и даже начинают слезиться.
Я знал, что Брук любила Эмори задолго до того, как мы поженились, и задолго до того, как она переехала к нам. Но последние несколько недель показали мне совершенно новую сторону их отношений. Брук подходит к Эмори и просит её о помощи. Она не делает этого ни с кем, кроме меня. Я знаю, что Брук никогда даже не просила Мейв о помощи, и она жила с ней.
— Она будет в порядке.
Надеюсь.
— Если нет, папочка, ты просто поцелуй её, и Мэмори снова будет в порядке, ладно?
Я не думаю, что это так работает.
— Конечно, детка.
Грей открывает дверь в тот момент, когда я спускаю Брук на пол. Она сразу же вбегает в дом, но тут же останавливается.
— МЭМОРИ!
Я смотрю на Эмори и слова просто вылетают из моей головы, когда я смотрю на её волосы.
— Ты подстриглась?
Глупый вопрос, учитывая то, что теперь её волосы длиною по плечи, хотя раньше достигали талии.
— Да, выглядит безобразно.
— Мне нравится! — аплодирует Брук, чуть ли не подпрыгивая на ногах Эмори.