Семь месяцев
Шрифт:
Поэтому я не сильно удивлен, когда она говорит:
— Они все ещё злятся на нас.
Конечно, она подумала, что я не собираюсь просить её мать позаботиться о моей дочери пару часов.
Я ещё никому не говорил, что мы поженимся…
— На нас?
Я забираю у него Брук, ведь до начала занятий осталось всего пару минут.
— Да, я объясню чуть позже. Это как бы… будет долго. И я должен буду рассказать это вам всем.
Аарон кивает, затем переводит взгляд с меня на Эмори и назад.
— Ах,
Я закрываю его рот рукой, не желая, чтобы кто-нибудь вокруг нас услышал, что он говорит это вслух.
— Заткнись, — шиплю я. — Я расскажу об этом вечером, хорошо? Ты же сегодня дома, не так ли?
— Да, я сегодня дома, — он скрещивает руки на груди. — Но у Колина свидание с Лили, а София приедет к тому времени.
— Колин может перенести указанную дату. Это важнее.
— Грей знает?
Я киваю. Я ему не говорил, он сам догадался, потому что, если и есть человек, который знает и понимает все без слов, так это Грей. Я почти уверен, что он догадался, как только я сказал ему что Эмори переедет к нам.
— Ничего не говори Колину.
— А что насчёт Софии? Я не лгу ей.
— Это не будет ложью, если она не спросит.
Аарон протестует.
— Это ложь. Я рассказываю всю свою жизнь этой девушке. Мои мысли — её мысли. Что знаю я, знает и она.
Эмори фыркает. По крайней мере, я не единственный, кто отказался от любви. Она тоже больше не верит в это.
— Это мило.
Аарон прищуривается, зная, что она говорит это не серьёзно.
— Ты мне не нравишься.
Брук в моих руках громко охает, и затем прижимает ладонь ко рту.
— Папа сказал, что нам так нельзя говорить, — шепчет она.
Она права. Я сказал ей, что мы не любим и не ненавидим людей, тем более открыто. Мне пришлось, ясно? Потому что был один раз, когда пытался отдать её в детский сад. Я забрал ее после школы, а потом мне сказали, что моя трехлетняя дочь все время говорила, что ненавидит там всех. Она говорила это все время, пока находилась там. Я едва поверил своим ушам, когда мне об этом сообщили. Брук не из тех, кто случайно ненавидит людей. По крайней мере я так думал до этого момента.
— Мне жаль.
— Все в порядке, дядя Рон, но больше так не говори!
— Скаутская честь, — он поднимает три пальца вверх.
ГЛАВА 13
«Никаких игр, никакой лжи» — Do It Better by Felix Jaehn, Zoe Wees
Майлз
Мои нервы начинают зашкаливать, когда мы заходим в класс. Эмори и я, опоздали на целых пять минут благодаря Аарону. Это означает, что, когда мы заходим в комнату, все начинают проверять, кто же опоздал.
Однако не все, потому что многие больше заинтересованы в том, чтобы сдать этику и остальные экзамены, а не в том, чтобы поглазеть, как какой-то идиот опоздал.
И все же, если вы войдёте в комнату и четырехлетний ребенок будет громко говорить, это привлечет намного больше внимания,
— А потом мы поехали кататься на чайной чашке — Брук в воодушевлении вскакивает и начинает кружиться, чтобы продемонстрировать Эмори, сколько вращений сделала чашка. Между прочим, она говорит об аттракционе с чашкой чая в Диснейленде.
Все поворачивают голову и смотрят на маленькую Брук рядом со мной, а затем, я полагаю, их взгляды скользят по всему моему телу. Мне ничего не остаётся, кроме как стоять там, застыв на месте, глядя на Брук, которая не обращает внимание на то, что происходит вокруг неё. Она просто продолжает болтать о Диснейленде, и обо всех чудесных персонажах, которых ей довелось там встретить, особенно в восторге она была от принцесс.
— Мистер Кинг, — говорит мой профессор этики, чуть более строгим голосом, чем обычно. Должен сказать, что мистер Руни, как правило, отличный спортсмен, забавный, и он не воспринимает вещи слишком серьёзно, поэтому, услышав его строгий голос, мне хочется развернуться и уйти.
— Извините, — извиняюсь я, — я надеюсь, что это нормально, что я привел её…
Я надеюсь, что он мне не услышал. Между нами довольно много лестничных рядов, и я говорил не слишком громко. Кроме того, он ведь не вышвырнет меня из-за моей дочери, верно? Я имею ввиду, он сможет, если она будет мешать его уроку. Но сейчас я прерываю его урок, а не Брук.
— Все в порядке, главное, чтобы твоя сестра не сильно шумела.
Вот он, выход всех моих страхов. Я могу просто кивнуть, приняв это таким образом, и пусть все в этой комнате распространят слухи о том, что я привел сестру на занятия. Это было бы менее напряжено, чем иметь дело со всеми этими слухами, которые в противном случае разлетятся по всему колледжу очень скоро.
Однако, мне кажется это неправильным. Я не хочу, чтобы моя собственная дочь, была моей якобы сестрой. Этот ребенок — половина моей ДНК, и те, у кого будут какие-то проблемы, могут отсосать мой член. Не буквально.
И теперь, когда даже Брук заметила внимание, которое мы получаем, она чуть ли не цепляется за мою ногу, фактически умоляя меня взять её на руки и утешить. И я делаю это. Я поднимаю её на руки, и держу.
— Она моя дочь, — говорю я, слыша тонны потрясенный вздохов моих одногруппников, — но можете быть уверены, она очень спокойная и тихая.
Мы идём садиться на последний ряд, подальше от всех остальных.
???
За тридцать минут урока, Брук привыкла находиться здесь. Она больше не сидит у меня на коленях, пряча голову в мою грудь, прячась от остального мира. Сейчас она просто сидит у меня на коленях, используя мою ручку, чтобы рисовать на бумаге, которую я должен использовать для заметок
Но ничего страшного, сегодня вечером я просто украду их у Эмори. Даже если она будет протестовать, у неё нет другого выхода.