Сектор "Д" (CИ)

Подвойская Леонида Ивановна

– Наоборот, - сказал я.

– Что?
– не поняла Лю.

– Ты забираешь себе все, а мне - по мере материнской или теперь - сестринской... заботы.

– Эх, ты... "Заботы" - поняла ма мою заминку.
– Дурашка. Я же очень- очень тебя люблю. Тебя одного, - потрепала она мою причеху.

– Я... тоже... ма... Но если ты воткнешься в какого козла, то тогда вываливаешь мне отступные. М... тридцать три процента.

– А если не в козла?
– улыбнулась Лю. Она у меня чудесно улыбается. С такими симпатичными ямочками.

– Тогда... Тогда только двадцать пять процентов, - улыбнулся

в ответ я.

– Заметано! Почитай на ночь - протянула она мне свой айф.
– Это более-менее полная наша с тобой легенда. Потом - спать. Завтра - новая жизнь, братик, - вновь потягала она меня за волосы.
– Кстати, все это надо вэк. Под машинку. Будешь в новом имидже.

В принципе я не возражал. По сравнению с переменой имени и фамилии причеха - это так, шелуха.

Глава 3

Утром начались назойливые извинения нашего нового знакомого. С обычными для таких случаев извинениями. Он как бы закрывал один крупный проект, не ел, не пил, не спал, вот его вчера и размагнитило. Насчет размагнитило - это он в точку. Дело в том, что мне как бы особо не спалось. Вот и ударило - будет дальше за Лю топтаться. А нам в новый имидж влезать. Это что, у него на глазах? Надо бы этого Николя обезопасить. А как отвадить куроротного волоцугу? Можно было бы накостылять ему в темной аллейке. Под звуки духового оркестра. Но здесь этот номер не пройдет. Надо быть некоторое время сереньким. Значит, надо подкинуть Николя реальных проблем. Личностных.

В общем, я немного потрогал его вещички. Нет, очень плохо обо мне не думайте. Ничего не потянул. Тем более, людишки теперь осторожные, крупняк при себе не держат. Но даже если бы и был он при бабках, на кого бы он с утра подумал при их отсутствии? На тех, кто приволок его из вагона-ресторана в частности и всех обитателей нашего вагона вообще. Так на кой? Но проблемка у него будет.

Поэтому на все его поползновения о дальнейших контактах я только улыбался и согласно кивал головой. Ма сначала взглянула на меня с удивлением, потом что-то просекла, тоже заулыбалась, безропотно набрала его номера и надиктовала свои.

Николя, торжествуя, сунулся, было за такси, но, поскольку там следовало рассчитываться наличными, рванулся к банкомату.

– Я сейчас!

– Спасибо, но нам здесь рядом, - помахала ручкой ему вслед Лю.

– Тем более, что это будет "не сейчас" - шепотом добавил я.

– Я сразу по твоему добренькому фейсику поняла, что ты что-то утворил. Что?

– Потом. Давай, поехали, - потянул я наши вещи в подошедший автобус.

– Но нам, действительно, недалеко!
– уперлась Лю.

– Отъедем отсюда хоть одну остановку!

Ма осталась непреклонна - часть вещей надо оставить в камере хранения. Я понял и больше не упирался. В ячейку она положила только кейс.

– На самый пожарный случай, запомни: Твой настоящий день рождения, - шепотом сказала она. Вот же конспиратор! Дело в том, что во всех документах указан не мой день рождения, а день регистрации. А с регистрацией по некоторым (об этом - не сейчас) причинам подзатянули. Но, кажется, и Лю

не совсем хорошо помнила эту дату. По крайней мере, в ячейке она набрала совсем другой код, как я догадался, день смерти моего деда.

– И эту дату хорошо запомни. Может, когда-нибудь помянем с чистой душой, - загадочно прокомментировала она, захлопывая дверку. Что она имела в виду, я выяснить не успел, - на вокзале раздались возмущенные крики нашего попутчика.

– А теперь - бегом на автобус!
– поторопил я Лю.

Ма с тревогой посмотрела на меня, но в автобус села.

– Он что, сейчас взорвется?
– высказала она догадку, когда автобус тронулся.

– Автобус?

– Да нет! Этот Николь. С какого мы от него так шарахнулись?

– У него... понимаешь... Картка... ммм... размагнитилась. Бывает, если поезд на электротяге. Теперь он без шиша. Кинулся бы к тебе за срочным займом. А теперь и нас как бы нет, и не до чув-с-т-в ему теперь, без бабла. Погодь, он сейчас очухается, будет названивать.

Очухивался он довольно долго, как я понимаю, скандалил в ближайшем отделении банка. Лю он начал тарабанить, когда мы уже устраивались в снятой квартирке. Небольшая двушка, на самом краю городка. Хозяин, этакий кулачек. Вытянул у ма оплату за три месяца вперед, да еще попытался оставить за собой право приходить сюда, когда вздумается, "дабы контролировать порядок пользования". Согласились на компромисс: каждое первое число месяца - добро пожаловать. После его ухода и некоторых пререканий мне достался зал, а Лю - спальня. Кухонька была тесноватой, но при всех причиндалах. Балкончик...

Осмотр прервал звонок мамкиной мобилы.

– Началось!
– констатировал я.

Лю не отзывалась, но Николь был исключительно настойчив. Видимо, других вариантов спасения ему в голову не приходило.

– А ведь достанет, - вздохнула ма.
– Зря ты все это учудил.

– Думал, нормальный мужик, сам выкарабкается. Да выруби ты звон, вот и все проблемы. И вообще, мобилу надо менять. Пойдем прямо сейчас.

– Здесь ты прав. Пойдем. Только... Знаешь, подозрительным это ему покажется... И еще... Я знаю таких. Он теперь ни о чем другом не будет думать, кроме как меня разыскать... Нет!
– Лю решительно нажала на клавишу.

– Да... Устроились, спасибо... Да... Что вы говорите! И что теперь? Даже так? Какой ужас. Конечно... Да о чем речь? Да какие там... перестаньте. Только знаете, сама не могу, мне на прием скоро, передам с Мишелем. Да, там же, где расстались.

Лю кинула смарт, покосилась на меня, полезла в сумочку.

– Все понял? Вот, передашь своей жертве. Будет спрашивать, как вернуть, скажешь - при личной встрече. Как бы я сама его найду. На обратном пути постригись.

На вокзал я не торопился. Во-первых, чтобы Николь не вздумал вычислять район нашего проживания, а во-вторых, просто интересно пройтись по новым местам. Городишко оказался маленьким. Но со всеми атрибутами в центре. Площадь, мэрия, флаг, поликлиника, школа, "Евроопт". Все, кроме флага, довольно миниатюрное. Оно и понятно - для обслуживающего санатории персонала. А вот парк миниатюрным не назовешь. Но туда - попозже. Вон и вокзал. А вон - и нервно курящий Николь. Почему они все, как только житуха кольнет, начинают "нервно курить?".