Секретарь чудовища

Сурмина Ольга

В коридоре толпились клерки, недовольно переглядываясь меж собой. Шелестели бумагами, скрипели зубами, закатывали глаза. Одри сгорбилась над списком позади спины своего шефа, и почти не видела из-за неё знакомых лиц. Жизнь, вроде бы, шла своим чередом, а, вроде бы, и не менялась. Хотя какая-то необъяснимая аура сгущалась, усиливалась. Словно однажды Нэд почему-то стал все сильнее вызывать осадок. Ровные зубы, почему-то, теперь стали казаться острыми, как бритвы. Взгляд жутким, хотя мужчина хлопал по спине, приобнимал.

Говорил,

что она прекрасна в этом пиджаке. С этим кулоном. Говорил, что все замечательно. Должно быть, глупо что-то чувствовать, когда тебе говорят, что все нормально. И причин нервничать нет. Должно быть, глупо, да.

— Все услышали? — Спокойно повторил Ротман и поправил очки.

Они стали разрозненно кивать, хотя и раздраженно. Где-то в толпе мелькнул долговязый силуэт с крупными передними зубами, который заискивающе смотрел на шефа, но тут же скрылся. Синее небо затянуло рваными белыми облаками, и смазанный свет скользил по полу и дверным ручкам.

— Тогда все свободны. — Он прикрыл глаза. — Работаем. Время на обед истекает через две минуты.

Люди понуро расходились, словно им только что сказали, мол, работы теперь будет в три раза больше, а ночевать придется в архивах, штабелями. За время работы Элс здесь генеральный ни разу не появлялся. Все знали, что он есть, что он в возрасте, но как выглядит? Что за человек? Сложно было сказать. Какой-то мужчина с детьми.

— Зайдешь ко мне, Одри? — С елейной улыбкой, почти на ухо спросил начальник, и она вновь вздрогнула. Медленно пошла в сторону темной двери и скрылась за ней.

Знакомый кабинет. Панорамные окна, огромный стеклянный стол, на нем ноутбук и несколько бумаг.

— Я чертовски рад тебя видеть. — Он оперся на дверь и прикрыл глаза. — А ты? Со времени регистрации фирмы мы виделись только на работе. Это… упущение.

— Я всегда вас рада видеть. — Элс по-доброму улыбнулась. — Тебя.

Действительно. Несмотря на свое странное состояние, она была счастлива его видеть. Ей нравилось смотреть на его профиль, видеть улыбку, вздрагивать от его прикосновений. Все же, таких мужчин у нее никогда в жизни не было. Таких, от которых после прикосновения закипает кровь, а все внутри опускается вниз. Волосы вставали дыбом, то ли от волнения, то ли от удовольствия.

Его прикосновения. Случайные, рваные, жесткие. Никогда не аккуратные, но все равно выверенные, словно пальцы могли замереть в сантиметре от руки, прежде чем её схватить. Острые, тяжелые. Этот человек подминал под себя весь окружающий мир, стягивал его, словно черная дыра, но именно такими были карьеристы. Желчными, внимательными, ироничными и… сильными. А еще слишком тяжелыми для окружающего пространства. Их не жаловала общественность, но за то они были иконами успеха в своих отраслях. Их не жаловали, но за то на них ровнялись.

— Раз уж мы остались наедине, я хочу, чтобы ты сделала мне минет. — Он раскрыл глаза и чуть склонил голову. —

Хорошо?

— Что? — Девушка тяжело выдохнула. Непонимающе уставилась в пол, только сейчас до нее начали доходить слова шефа. — Ты… я… нет, подожди, мы на работе. Что если кто-то зайдет, и…

Послышался щелчок замка.

— Никто не зайдет.

— Нет, Нэд, я так не могу. — На лбу выступала испарина, лицо покрывалось красными пятнами от внезапного смущения и волнения. — Мы… это…

— Нет, ты можешь. — Он отошел от двери, медленно приблизился и схватил свою секретаршу за плечи. — Как я уже сказал, я скучал. Сделай это для меня.

Снова все внутри сворачивалось в узел, пока чужие руки давили на её плечи, силой заставляли упасть на колени.

— Я не буду ждать свидания, слишком много работы. — Продолжал он, и свет отражался от тонких стекол очков. Щелкнула пряжка ремня, пока бледные пальцы его расстегивали.

— Послушай, я никогда не… — Девушка проглотила ком. Растерянность парализовала голову.

Ему хотелось сделать приятно. Как мужчине, как человеку. Но стоять на коленях перед своим шефом в его кабинете казалось чем-то немыслимым, отчего трескалось самоуважение. Трескалось понимание реальности, да и сама реальность.

— В чем дело? Никогда не делала? — Взгляд становился насмешливо-подозрительным, словно Нэд не верил в то, что это могло быть правдой. — Попробуй приноровиться. Мне это нравится. А еще… мне нравятся твои губы. Сделай это.

Скрипнула ширинка на черных брюках, и молодой человек медленно вытащил оттуда крупный половой орган. Элс шокировано уставилась на него, чуть отклонилась и проглотила ком. Не получалось выдавить из себя ни слова, зубы словно срослись.

— Я сказал сделай это. — С нажимом повторил шеф, касаясь холодной рукой светлых волос. — Так и не покрасилась. Жаль, тебе было бы чертовски к лицу. А знаешь, что было бы еще тебе к лицу? — Пальцы сомкнулись в волосах и резко их натянули. — Делать минет. Делай, я сказал, меня бесит твое молчание.

Он потянул её голову на себя, отчего Одри зажмурилась, замотала головой, но тут же ощутила у губ горячую головку. Ствол одним резким, рефлексивным движением протолкнули вперед, он упирался в горло. Тошнило, темнело в глазах, сердце лихорадочно билось в висках. Мужчина скривился и оскалился:

— Не кусай. — Хватка на волосах все усиливалась. Жгучая боль гуляла по коже головы. — Не кусай, я сказал, старайся. Пока что это убого. — Пальцы стали насаживать голову на ствол все сильнее, глаза тоже жгло, они рефлекторно намокали, дрожали ресницы. — Соси, и делай это нормально. — Сквозь зубы продолжал Нэд.

В какой-то момент он тяжело выдохнул и поднял голову. Все же, даже если немного, ему начинало нравиться происходящее. Определенно лучше, чем одному, даже если его «девушка» в оральном сексе полный ноль.