Секретарь чудовища

Сурмина Ольга

— Ты все еще во мне сомневаешься, да? — Послышался хриплый голос рядом, отчего девушка вздрогнула и зажмурилась.

— Нет. Не совсем, не то что бы. Просто я… размышляю. О всяком, вот и не сплю. — Зачем она вообще осталась?

— Скажи мне, в чем предмет твоих размышлений, я улажу твои внутренние конфликты. — Тихо сказал Нэд, лежа чуть поодаль на широкой кровати. — Что конкретно тебя смущает? Если я не буду знать, я не смогу работать на этим. Помимо… наших с тобой расхождений во вкусах, как ты сказала.

— Я… понимаю и принимаю твои желания в постели. — Элс опустила глаза. —

Но, все же, иногда это правда больно. Помимо боли я хочу чувствовать, что мне хорошо.

— Если это диалог о поцелуях в интимной зоне, то он, сразу скажу, заранее безрезультатный. — Казалось, сквозь ночь Ротман закатил глаза. — И я уже объяснял свою позицию по этому вопросу. Если же ты хочешь, чтобы я тебя трогал, массировал, то… прошу тебя, будь добра побриться. Это сразу решит множество наших с тобой проблем в постели, я обещаю. — Послышался тихий хруст матраса, казалось, мужчина приподнялся и навис над своей секретаршей. — Хотя лично у меня никаких проблем нет. Ты мне нравишься, ты меня возбуждаешь, я тебя люблю. Твою послушность, твой взгляд, прикосновения… все люблю. Когда ты позволила себя одеть, ты стала просто куколкой, так что я, можешь считать, твой одержимый поклонник. Выходи за меня. И, со временем, мы починим наши разногласия и найдем компромисс во всем, включая половую жизнь.

— Ты не думаешь, что мы слишком торопимся? — Дрожали губы, Элс едва проглотила ком. Самое страшное, что она хотела это услышать. Все это. Услышать о его искренности, услышать, что со временем они на самом деле нащупают компромиссы и будут счастливы. Оба.

— Я думаю, тянуть с этим, значит, избегать ответственности. — Спокойно ответил Нэд. — Странно, что я об этом говорю, обычно девушки заинтересованы в свадьбе, семье.

— Не знаю, если честно. Просто беспокоюсь. — Одри чуть съежилась, словно её упрекнули в чем-то.

— Не беспокойся. Нам просто нужно время на притирку, и я думаю, лучше закрепить наши отношения, чтобы быть друг в друге уверенными. — Мужчина прикрыл глаза. — Я тебя люблю. Выбирай платья, кольца, смотри, какие тебе больше понравятся. Я куплю все, что скажешь. — Он рассеяно пожал плечами. — Сколько там уйдет месяцев на подготовку? Два, три?

— Я не знаю. — Взгляд взволнованно носился по комнате. — Мне бы не хотелось пышный праздник.

— Напрасно. Я настаиваю, чтобы наше торжество прошло запоминающееся, давай приложим к этому немного сил.

— Ну… ну ладно. — Ответила Элс, и тут же шокировано раскрыла глаза. Выходит, она только что согласилась?

— Умница. — Тихо сказал Нэд, и девушка тут же почувствовала у себя на голове горячую руку с настырным, но приятным поглаживанием. — Буду считать твое согласие своей личной победой.

— А когда, кстати, приезжает генеральный? — Одри сдвинула брови. — Ты правда сам не свой перед его приездом.

— Со дня на день. — Сквозь тьму в улыбке показались зубы. — Должно быть, со своим мерзким сынком. Кстати, у меня будет к тебе небольшая просьба.

— Что за просьба? — Девушка напряглась.

— Даже две. Первая — можешь, пожалуйста, по приезду директора временно поработать со мной в кабинете? Я хотел, мельком,

представить тебя как свою кузину, которая тут подрабатывает на выходных.

— Что? Кузину??! — Элс раскрыла глаза. — Но почему?!

— У меня сложные отношения с генеральным. У него есть дурная привычка обхаживать моих секретарш. Не знаю, возможно, он так пытается самоутвердиться. — Ротман вновь закатил глаза. — Я бы не хотел, чтобы это произошло с моей невестой, так что прошу тебя представиться моей кузиной.

— Но Нэд, весь зал знает, что я твоя секретарша. — Одри шокировано уставилась во тьму. — Такая ложь ничего не даст.

— Отнюдь. — Мужчина прищурился. — Совсем недавно ты покрасилась, сильно сменила стиль. Я пустил слух по залу, что тебя, периодически, заменяет другая девушка, и со спины тебя правда принимают за новую сотрудницу. Это… что-то вроде подготовки, чтобы старик не тянул к тебе свои мерзкие руки.

— Ты поэтому меня теперь в архивы суешь? — Воздух в легких закончился. От ужаса Элс совсем не знала, что сказать, да и говорить, в общем-то, было нечего.

— Ты общаешься только с Мейс и с той… как её… девочкой в очках, ну не важно.

— Её зовут Тэмми. — Ошарашенно прошептала Одри.

— Да-да, Тэмми, не важно. С Мейс я договорюсь, а ту девочку на этаж попросят не захаживать. Вот и все, проблема решена. У нас такая текучка кадров, что никто не обратит на это никакого внимания. Кстати, пока ты моя кузина, тебя зовут… Лесли. Да, Лесли, почему нет?

— Что за бред? — На лбу вновь выступала испарина. — Это… безумно странно.

— Да нет. Просто не хочу, чтобы дед к тебе приставал. Ты не знаешь, на что он способен, глядя на дорогие мне вещи. На… дорогих мне людей. Так что пожалуйста, просто подыграй, ладно? — Во тьме ночи взгляд мужчины казался змеиным. Слегка поблескивали огромные черные зрачки. — Всего пару дней, пока он не уберется. Поверь, это важно. Очень важно.

— Ну… ну ладно. — Элс отвела глаза. — Если пару дней, то… пусть. Не знала, что генеральный такой странный.

— У него на меня обида за то, что я влез в совет директоров против его воли, когда скупил на торгах все акции в сложное время. До сих пор не успокоится, старый урод. — С раздражением цедил шеф, хотя жуткие зрачки оставались недвижимы.

— Понятно. — Шептала Одри, хотя все было совершенно непонятно.

Словно мир сошел с ума. Или же она, сложно сказать.

* * *

Когда внезапно холодало, люди не сразу торопились надевать плащи, пиджаки и ветровки, а смело выходили в футболках и рубашках навстречу промозглому ветру. Элс с отчуждением наблюдала, как по улице шныряли легко одетые люди, но создавалось впечатление, что то была не улица вовсе, а муравьиная ферма, за которой сейчас посчастливилось наблюдать с высоты своего «человеческого» роста. Из окна высотки многим казалось, что внизу шныряли муравьи, которых вот-вот сметут ураганные порывы, но те самозабвенно держались ногами за асфальт, а руками за кружки с кофе. Их не сносило. Не поднимало в небо и не уносило в даль в усладу перенапряженному воображению.