Секонд секс

Писарев Дмитрий Иванович

Ни зачем.

Поэтому общество уже не одно столетие борется против них, усредняя и обесцвечивая самцовскую массу…

Природные признаки настоящего альфы вытесняются, замещаются на социальную мишуру – толщину кошелька, наличие недвижимости и движимости, одежду, общественную ступеньку. Агрессивность, хамство, мерзавство, пренебрежение, бесчувствие, готовность к драке, накаченное тело…

Конечно, если бы разговор шёл не о современном мире, а об эпохе какого-нибудь Палеолита, Мезолита, Неолита⁸ или,

например, мире Древнего Рима, тогда соответствие признаков альфа-самца мужским особям было бы максимальным. И тогда женский инстинкт был бы прав. Но не сейчас, когда от мамонтов ломятся все супер и гипермаркеты, на планете нет белых пятен, а война переместилась в компьютеры…

Возможно, инстинктивная тяга к альфа-самцам объясняет, почему «бабы дуры»: они не дуры, ими управляет инстинкт. Инстинкт полового отбора.

Интромиссия

Но проститутка.

Почему её руки так трепетно обхватили мои бёдра? Откуда у неё столько нежности ко мне?

Неужели от того, что, как доминантный самец, я грубо отделал её?

Или в женщинах заложен инстинкт всегда испытывать нежность к любому, кто совершит пенетрацию⁹ и интромиссию¹⁰?

Или из-за того, что в её жизни произошло такое «серьёзное дело» – дефлорация сфинктера. И я для неё теперь – Первый мужчина.

Бытует такая легенда, что Первый мужчина, мужчина, совершивший дефлорацию, остаётся в памяти женщины на всю жизнь. Часто бабушки передают это «знание» своим внучкам, мамы «просвещают» дочерей, на улице иногда подруги делятся «опытом». Каждый раз мы говорим «Да, ну нафик!» А потом задумываемся: «А вдруг!?»

Существует множество мнений на этот счёт, как «за», так и «против». Но есть некоторая гипотетическая теория, суть которой, не углубляясь в дебри научных сложных логических построений, математических формул и физико-химических терминов, в следующем.

Всё во Вселенной – это энергетические сгустки, полевые матрицы, которые связаны и «общаются» друг с другом волновыми «пакетами».

Волновое взаимодействие универсально. Свет, звук, рентгеновское излучение, инфра и ультра звук – всё это волны. Поговаривают, что запахи тоже имеют волновую природу. Вибрирует всё. Земля, Солнце, каждый предмет, каждое здание, человеческое тело, тела зверей и птиц. Всё испускает волны в пространство. Но это всё так же и воспринимает и принимает чужие волны. Они отпечатываются, накладываются и действуют, заставляют реагировать. Солнечный свет воспринимается фотоплёнкой, магнитные колебания ощущаются больными органами, ультрафиолет оставляет следы на коже, тепло расплавляет металл. Звуковые волны…

Запись звука, одно из старых и распространённых явлений отпечатывания волн.

Помните у Иеронима Карла Фридриха фон Мюнхгаузена?

«Мой кучер повесил рожок неподалёку от печки, а сам подошёл ко мне, и мы начали мирно беседовать. И вдруг рожок заиграл: "Тру-туту! Тра-тата! Ра-рара!"

Мы очень удивились, но в ту минуту я понял, почему на морозе из этого рожка нельзя было извлечь ни единого звука, а в тепле он заиграл сам собой.

На морозе звуки замёрзли в рожке, а теперь, отогревшись у печки, оттаяли и стали сами вылетать из рожка.

Мы с кучером в течение всего вечера наслаждались этой очаровательной музыкой»¹¹.

Замёрзшие звуки – безумно красивая фантастическая и сказочная идея! Но ведь такими «замёрзшими» звуками мы пользуемся с 1877 года, когда 12 августа Эдисон испытал свой первый фонограф. И теперь мы пользуемся этим методом. Раньше записывали звук на грампластинки, потом на магнитные ленты. Сейчас на цифровые оптические диски, полупроводниковые накопители – флешки и твёрдотельные накопители.

Собственно, запись звуков – это одна сторона взаимодействия волн. Другая, не менее важная и интересная, – это воздействие звуковых волн при их восстановлении, воспроизведении. Не секрет, что звуки, и музыка в частности – мелодии вызывают в нас плач и смех, воздействуют на психику человека. И не только на психику. Так, например, спортсмены, прослушивающие во время тренировок музыку, имеют лучшие результаты.

Но не только звуковые волны обладают способностью сохраняться и воздействовать на человека, и не только на человека. Любая волна оказывает влияние. Только не всегда удаётся это заметить, зарегистрировать, сдиагностировать.

И не только на пластинках, лентах и дисках можно сохранять волновую информацию.

Вот, как у Ивана Ефремова¹² в «Тени минувшего» описана такая «запись».

«Лёгкий вскрик заставил учёного обернуться. В следующее мгновение дыхание его остановилось, и он замер, потрясённый.

Над отливающей синью плитой ископаемой смолы встал откуда-то из её чёрной глубины гигантский зелёно-серый призрак. Громадный динозавр замер неподвижно в воздухе, над верхним краем обрыва, вздыбившись на десять метров над головами остолбеневших людей.

Чудовище высоко несло свою горбоносую голову; большие глаза тускло и мрачно смотрели куда-то вдаль; безгубая широкая пасть обнажала длинный ряд загнутых назад зубов. Спина животного, слегка согнутая, круто спадала в невероятно мощный хвост, подпиравший динозавра сзади. Огромные задние лапы, согнутые в суставах, не уступали в мощности хвосту, подобные двум колоннам, трёхпалые, с широко распластанными пальцами, вооружёнными кривыми исполинскими когтями. И почти под самой шеей, на наклонно нависшей над землей передней части туловища, нелепо и беспомощно торчали две тонкие когтистые передние лапки, такие крошечные по сравнению с гигантским туловищем и головой.

Сквозь призрак просвечивали чёрные утёсы гор, и в то же время можно было различить малейшую подробность тела животного. Испещрённая мелкими костными бляшками спина чудовища, его шероховатая кожа, местами обвисшая тяжёлыми складками, странный вырост на горле, выпуклости исполинских мышц, даже широкие фиолетовые полосы вдоль боков – всё это придавало видению изумительную реальность. И неудивительно, что пятнадцать человек стояли онемевшие и зачарованные, пожирая глазами гигантскую тень, реальную и призрачную в одно и то же время.