Седьмая заповедь
Шрифт:
Ровно в половине первого Эвелин накинула новое черное шерстяное пальто с пелериной, которое купила взамен утопленного в речке, и отправилась на ланч. Выйдя из здания, она остановилась на ступеньках, чтобы натянуть перчатки, и удивленно повернулась, когда кто-то взял ее под руку. Уоррен!
— Привет, Эвелин. Пойдем прогуляемся в парке.
— Но я собиралась на ланч. Я… — посмотрев ему в лицо, Эвелин запнулась. — В чем дело?
— Ты не ожидала встретить меня снова, да? Я хочу знать правду.
Уверенно
Уоррен и Эвелин углубились в парк, и, когда шум уличного движения превратился в отдаленный гул, Уоррен наконец остановился и потребовал:
— А теперь выкладывай правду.
— Мне нечего выкладывать, — с максимальной убедительностью постаралась соврать Эвелин. — Просто я решила уйти из фирмы, вот и все.
— Ты объяснилась с Грэхемом? — Он приподнял ее голову за подбородок и заставил смотреть прямо в глаза. — Говори.
— Ничего я ему не объясняла.
— Связан ли твой уход со мной?
— Нет. — Но на этот раз Эвелин отвела глаза.
— Ты никогда не преуспеешь в бизнесе, — засмеялся Уоррен, — врешь неумело. — Он снова взял ее под руку и повел по аллее. — Если ты ему ничего не рассказала, почему же уходишь?
Эвелин не могла назвать истинную причину, но понимала, что должна каким-то образом убедить Уоррена. Если нельзя сказать правду, самое умное — это ограничиться полуправдой.
— Ты в самом деле не имеешь к этому никакого отношения. Во всяком случае, прямого. Но вот… та ночь… — она зарделась, — та ночь помогла меня понять, что я не люблю Грэхема.
— Ты хочешь сказать, что увлеклась мною?
— Господи, конечно же нет! — Эвелин удалось выдавить удивленный смешок и придать тону небрежность. — Та ночь на яхте значила для меня столь же мало, как и для тебя. Но дело в том, что, люби я Грэхема по-настоящему, я бы никогда не допустила близости с другим мужчиной, сколько бы ни выпила. Понимаешь?
— Думаю, да.
Эвелин, почувствовав себя хитрой и ловкой лгуньей, приободрилась и продолжила:
— Должна признаться, что та ночь заставила меня на многое взглянуть другими глазами. Мне не свойственны случайные связи, тем более с малознакомыми мужчинами. Хотя обстоятельства были… достаточно необычными, я бы сказала, — уточнила она, чтобы потрафить своей гордости. — Поняв, что не люблю Грэхема и не хочу выходить за него замуж, я сочла необходимым поставить его в известность и уйти из фирмы.
— Он просил твоей руки?
— Нет, но собирался сделать это после Рождества, которое мы провели в доме моих родителей.
Уоррен с интересом посмотрел на нее.
—
— Я хотела быть абсолютно уверенной в своих чувствах, — вспыхнула Эвелин. — Хотела обрести уверенность, что… что та ошибка, которую я допустила с тобой, не заставит меня сделать еще большую ошибку, о которой я буду сожалеть всю жизнь.
— То есть ты считаешь нашу встречу ошибкой, не так ли?
— Ну да. Я не могла отвечать за свои действия. И, будь ты джентльменом, ничего подобного не случилось бы.
— До чего высокопарно ты выражаешься. Точно, как твой приятель — прошу прощения, бывший приятель, — когда он явился извиняться, снимая с себя всякую ответственность за твои действия по отношению к моим служащим и в то же время заверяя, что готов все уладить.
Вырвав свою руку, Эвелин остановилась.
— Если ты закончил…
— Нет еще. Где ты собираешься работать?
— Я уже отвечала на этот вопрос. У тебя проблемы с памятью?
— С памятью у меня все в порядке, просто я тебе не верю. Так есть другая работа?
Эвелин медленно покачала головой.
— Я так и думал. Скорее всего, ты еще и не искала ее?
— Нет.
Засунув руки в карманы пальто, Эвелин повернулась и пошла прочь.
— Почему же? — Уоррен без труда догнал ее и пошел рядом.
— Хочу месяц-другой побыть дома. Полагаю, стоит переосмыслить, куда двигаться дальше. Мне нужно время подумать.
Несколько минут они шли в молчании, которое нарушил Уоррен.
— Кстати, у меня в компании есть вакансия.
— Что? — от изумления Эвелин даже остановилась. — Но ведь ты даже не… Послушай, пусть даже встреча с тобой заставила меня сделать переоценку ценностей. Но это отнюдь не означает, что ты каким-то образом связан со мной. Спасибо, но я и сама могу найти работу. Господи, да при моем-то обилии знакомств! — натужно рассмеялась она.
— Я не собираюсь уклоняться от ответственности, Эвелин, — искательно уставился Уоррен ей в лицо. — Имею ли я право чувствовать ответственность за тебя?
Как ни старалась Эвелин сдерживаться, ее выдало гневное выражение глаз.
— Нет, черт возьми, не имеешь! — гаркнула она в ответ. — Я уже сказала, что не хочу видеть тебя, и повторяю снова! Не будете ли вы столь любезны, мистер Хантер, исчезнуть из моей жизни?
Эвелин бегом покинула парк и нырнула в первую же попавшуюся на пути закусочную, где заказала французский луковый суп с булочкой и забилась в угол, стараясь избавиться от сумбура в мыслях. Она была голодна, но, когда принесли заказ, поняла, что есть суп не может, пришлось ограничиться булочкой.