Седьмая руна

Каблукова Екатерина

– А кто еще? Все случилось на его лекции.

– Верно, и если ты вспомнишь, кто ассистирует старикану…

– Франсуаза д'Эгре, – кивнул полисмаг. – Но не думаю, что дочь графа замешана в подобном!

– Вижу и ты попал под ее чары? – Лионель хлебнул еще пива, его глаза лихорадочно блестели. – Все вокруг тают от ангельской внешности, забывая о том, что перед ними некромант. Ты знаешь, что Ле Шовен дал ей профессорский доступ даже туда, куда нам с тобой запрещено совать свой

нос?

– Ну, положим, туда у меня тоже есть доступ, – мрачно отозвался Этьен.

– Да ладно, кто пустит полисмага в темный отдел архива? А ее пускают!

– И как это связано с телом, обнаруженным на лекции?

– Она заметает следы, – Лионель одним глотком опустошил кружку и с размаху поставил ее на стойку. – Ты ведь сразу решил, что она непричастна, верно? Эй, налей еще!

Последнее адресовалось бармену. Он хмуро кивнул. Вторая кружка, родная сестра первой, возникла перед преподавателем. Лионель отхлебнул и вдруг замахал рукой:

– Жан-Жак! Иди сюда!

– Ли? – ассистент декана подошел и уставился на полисмага.

– Ты же помнишь Этьена Богарне?

– Разумеется, помнит, – кивнул полисмаг, внимательно рассматривая подошедшего. Показалось, что на лице верзилы мелькнул испуг. Впрочем, Жан-Жак сразу же обрел невозмутимость.

– Да. Простите, капитан, не успел зайти к вам сегодня.

– Еще не вечер, – миролюбиво отозвался капитан Богарне.

– Но вы уже ушли, – Жан-Жак упорно не переходил на “ты”, желая подчеркнуть, что у него мало общего с полисмагом.

– Я могу и вернуться… – Этьен поставил на стойку пустую кружку и качнул головой, заметив вопросительный взгляд бармена. – Спасибо, не надо. Так как, пройдемся в управление?

– А у меня есть выбор? – огрызнулся Жан-Жак.

– Можете дать показания здесь, – полисмаг демонстративно осмотрелся и указал на столик в дальнем углу. – Скажем, вон там! Мсье де Гра, прошу нас простить.

Не дожидаясь ответа ни от одного из собеседников, полисмаг направился к облюбованному столику. Бармен неторопливо направился следом.

– Этьен, ты что творишь? – зашипел он. – У меня приличное заведение!

– Неужели? – капитан Богарне лениво взглянул на шумную компанию у дверей. Адепты, по всей видимости, старшекурсники, соревновались друг с другом, кто ловчее выпьет вина из ложбинки между грудями ярко накрашенной женщины. Почувствовав на себе взгляд, она подняла голову, улыбнулась, демонстрируя щербатый рот и весело помахала рукой.

– Тьен, и ты здесь? Присоединишься?

Предложение было встречено возмущенным ропотом адептов. Они заплатили за развлечение и не желали ни с кем делиться.

– Нет, – Этьен небрежно махнул в ответ.

– Ну ладно. Передавай

привет своей ба!

– Обязательно. Надеюсь, мадам Бланш знает, что одна из ее “курочек” здесь? – лениво осведомился он у бармена. Тот заскрежетал зубами.

– Как был сыном шлюхи, Богарне, так им и остался…

– Связи всегда помогают, не мне тебе рассказывать… – Этьен прищурился. – Так, говоришь, у тебя приличное заведение?

– Да. И я с радостью помогу полисмагическому управлению, – эти слова дались с трудом.

– Я и не сомневался, – Этьен сел и поманил рукой Жан-Жака. Ассистент декана подошел, присел на указанный стул, подпер голову кулаками, враждебно смотря на полисмага. По всей видимости, Лионель успел вкратце рассказать коллеге информацию, полученную от брата, поскольку Жан-Жак выглядел не таким испуганным.

– Как долго вы работаете ассистентом декана? – поинтересовался полисмаг.

– Год.

– До этого где учились?

– Зачем вы спрашиваете?

– Потому что я не одна из девочек мадам Бланш! И разговор у нас не о любви! – отчеканил капитан Богарне. Жан-Жак насупился.

– В Лоеже, – буркнул он.

– Факультет?

– Некромантии, конечно.

– И как вы оказались в Суар де Бонне? В Лоеже не нашлось места?

– Декан Копен пригласил меня. Он был в комиссии при защите дипломов. Сказал, что моя тема заинтересовала его, и предложил стать его ассистентом.

– Что за тема?

– Череп как вместилище анимы для призыва мертвых.

– И все? – хмыкнул Этьен. – Это же классика!

– Декану понравилось, как я подошел к написанию диплома.

– Ясно, – полисмаг вспомнил слухи, ходившие о Копене.

Слишком амбициозный декан нарочно подбирал ассистентов так, чтобы они не блистали умом. Жан-Жак не был исключением. Этьен побарабанил пальцами по столу, делая вид, что размышляет.

– Расскажите о событиях прошлой ночи, – предложил он. Судя по тому, как опустились плечи, Жан-Жак выдохнул.

– Да особо нечего рассказывать, – пробасил он. – Стандартный срез знаний прошлых лет в начале года. Мы прошли к церкви, отступили положенное расстояние…

– Почему именно святая Хель?

– Что?

– Святая Хельтруда. Почему вы выбрали именно это кладбище?

– Выбирал декан. В последний год шутники стали досаждать нам: то белку похоронят со всеми обрядами, то крысу… в мае вепрь был, вот декан Копен и решил… – Жан-Жак воспрял духом.

– Разрешение получал декан?

– Конечно. Он назвал кладбище, ну я и повел туда адептов.

– А мадемуазель д’Эгре?

– Что?

– Что она там делала?

– А она… она не говорила?