Сделка
Шрифт:
— Неужели ты сейчас заступаешься за пар-оольцев? — не поверил Келлфер. — Да еще за их ритуалы?
— Это просто люди, — пожала плечами я. — Я ненавидела их всех, когда сидела в клетке, но тогда это было нужно, чтобы не сойти с ума. Если я смогла заглянуть в Чибу и не… Тут кого мне ненавидеть теперь? Я знаю, злость ведь бывает целительной, но мне она больше не нужна.
— Удивительно слышать это от молодой девушки, чудом избежавшей смерти, — заметил Келлфер.
— Не чудом, а тобой, — улыбнулась я. — И возраст тут ни при чем. Наверно, для тебя это прозвучит смешно,
— Ты была духовным целителем в вашем поселке? — заинтересованно спросил Келлфер, укрывая меня каким-то заговором: только начавшая остужать меня ночь тут же отступила перед этим живым теплом.
Это обозначение я слышала впервые, но спорить не стала:
— Да, что-то вроде. Когда во мне открылся дар, я первым делом научилась успокаивать страдающих. Кто приходил — тем и помогала. Меня не называли так красиво. Знаток разума, духовный целитель… Все это не про меня, было намного проще. Я — Илиана с западных окраин Рень-Ци, вот и все.
— Поговорим лет через сто, — усмехнулся Келлфер. — Ты к тому времени будешь уже наставницей Илианой, леди Илианой. Если захочешь, конечно, — добавил он чуть поспешно.
— Для начала я хочу поймать магический лепесток! — заявила я.
Келлфер протянул надо мной руку и что-то прошептал. Речь его была такой быстрой, что похожа была на мерное шипение на нескольких нотах. Я перевернулась на спину и теперь видела его снизу: жесткую линию волевого подбородка на фоне белой как снег луны. Мне захотелось провести по этой шее, скользнуть по мускулистым плечам… Но я продолжала любоваться, все еще не веря, что этот мужчина — мой.
Келлфер наклонился ко мне, черное пятно на фоне луны, лишь глаза блеснули:
— Смотри.
Я сначала не поняла, почему луна, венчавшая его голову, поменяла цвет, окрасившись слабым кремовым цветом. Над нами громадным покрывалом завис один из лепестков, он закрывал все небо, так, что я не видела его краев, пока не села. Лепесток оказался громадным и полупрозрачным. Сейчас, разглядывая его вблизи, я уже не сомневалась в его нематериальной природе. Он дрожал краями, как скат, стелющийся по морскому дну.
Келлфер продолжал указывать на него, удерживая.
— Его же можно трогать?
Я поднялась. Теперь переплетения светящихся волокон были совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки. Я могла проследить за движениями искр по белым и красным нитям, составлявшим суть этого… чем бы оно ни было.
— Можно, — разрешил Келлфер.
Я потянулась — и тут же ощутила на своей спине и ногах мягкое прикосновение воздуха, точь-в-точь как тогда, в пещере.
— Зачем?
— Не хочу, чтобы ты упала вниз.
Сначала пальцы скользнули по гладкой, показавшейся влажной поверхности — такими бывают колокольчики после дождя. Задохнувшись от внезапного удовольствия, я попыталась сомкнуть пальцы, но они прошли сквозь призрачную материю. Вся моя кисть оказалась окрашенной
Лепесток затрепетал за моей спиной — я ощутила, как вибрирует воздух — и взметнулся, устремившись к ближайшей спирали. Как только он немного отдалился, я снова смогла мыслить.
— Вот это да… — проговорила я, наконец. Люди подо мной продолжали двигаться, как единый организм, содрогаясь в танце. Я могла слышать там-тамы, бьющие в ритм.
— Не страшно? — раздалось из-за спины.
— Нет… — прошептала я. — Ты меня удержишь. Это восхитительно. Я даже представить не могла…
— Ты ничего не боишься, — его голос сочился теплотой.
— Я боюсь смерти, — тихо ответила я. — Но сейчас я настолько живая, что ее не существует. Если изучение Тайного знания дает это, я буду дежурить у врат в Приют, чтобы меня приняли. Это… Сейчас я столько вижу.
— Вернешься на крышу?
— Тебе сложно меня держать? — виновато спросила я. — Тогда конечно…
— Мне не сложно, — его глубокий голос успокаивал и будоражил одновременно. — Но к моему большому сожалению, я не могу присоединиться, а если я сейчас не обниму тебя, моя невероятная Илиана, начну сходить с ума. Кто тогда в полночь откроет нам портал?
— Тогда верни меня немедленно!
Тотчас я оказалась в его горячих, сильных объятиях. Келлфер притянул меня к себе, еще дрожащую от удовольствия, зарылся носом в мои волосы. Я в ответ обняла его за пояс и уткнулась лицом в грудь.
— Спасибо, — только и смогла я выговорить. — Спасибо.
Келлфер чуть отстранился и взял мое лицо в ладони.
— Ты сказала, что ты настолько живая, что смерти не существует. Я тоже никогда еще не был настолько живым.
Я была поражена. Это просто не могло происходить со мной!
— Все стало еще менее реально, — шепнула я ему в самые губы.
От его поцелуя свет поплыл перед глазами.
Келлфер поднял меня легко, как пушинку. Не понимая, что на меня нашло, я обхватила его талию ногами в неприличном, но таком естественном желании быть ближе.
Через два тонких слоя ткани я отчетливо ощущала, насколько он возбужден, как и собственное влажное желание. Я сцепила лодыжки на его пояснице плотнее.
С рыком Келлфер оторвался от моих губ и теперь тяжело дышал, глядя мне прямо в глаза — зеленые омуты на белом лице — а за ним из туч выплывала громадная луна, будто служившая ему венцом. Он смотрел на меня так, не моргая, будто во мне была заключена вся его жизнь и весь его мир. Медленно, словно боясь поранить меня, он спустил меня на землю. С неудовольствием я подчинилась.