Сделка кобры
Шрифт:
– Уж больно он властный, не правда ли? – прошептала она Дауло, вместе с которым они наблюдали, как Нардин громогласно руководит погрузкой.
– Точно, – согласился Дауло. Девушка отметила, что он не спускает с Нардина глаз, следя за каждым его движением.
Джин облизнула губы. Ей показалось, что напряжение в воздухе стало почти осязаемым и таким густым, что едва ли не отбрасывало тень. Все здесь происходящее явно не сулило ничего хорошего, и она, решив, что нужно быть готовой ко всему, начала понемногу отодвигаться от Дауло, чтобы обеспечить себе место для маневра
– Остановитесь! – выкрикнул вдруг Дауло.
Взгляд Джин снова метнулся к Нардину, который, занеся руку будто для удара, над одним из истекающих потом рабочих Сэммона, медленно, как бы нехотя, обернулся. Оглядев Дауло с головы до ног, потом с ног до головы, он с деланным недоумением поинтересовался:
– Вы что же, терпите неповиновение со стороны своих рабочих, мастер Сэммон?
– Если кто-либо из моих рабочих позволит себе неповиновение, – ровным тоном произнес Дауло, – он будет наказан. И только я могу его наказать.
На какое-то мгновение взгляды молодых людей скрестились. Буркнув себе под нос нечто неразборчивое, Нардин опустил руку и, повернувшись спиной к Дауло, удалился на несколько метров от погрузочной площадки.
– Спор о юрисдикции? – предположила Джин. Очевидно. Если только Нардин не намеренно провоцировал Дауло.
– С вами все в порядке? – тихо спросила Джин юношу.
Тот сделал глубокий вдох и, видно, немного успокоился.
– Да, – выдохнул он. – Просто некоторые люди не умеют должным образом распоряжаться данной им властью, будучи столь молодыми.
Джин искоса взглянула на него. Довольно забавно было слышать такие слова от девятнадцатилетнего юноши:
– Радиг Нардин занимает высокое положение в иерархии Мангуса?
– Его отец, Оболо Нардин, там главный.
– А-а. Значит Мангус – такое же семейное предприятие, как и ваше?
– Конечно. – Дауло, казалось, озадачило, что она задала подобный вопрос.
Джин посмотрела в сторону грузовика. Рабочие загружали в кузов последние упаковочные клети.
– Как часто приезжают из Мангуса за металлом?
Дауло на секунду задумался.
– Приблизительно каждые три недели. А почему ты спросила?
Девушка кивнула на грузовик:
– В одной из этих корзин я могла бы попытаться проникнуть в Мангус. Это, наверное, простейший способ.
Дауло задумчиво потер пальцами лоб.
– Да… если только у тебя будет время выбраться из нее, пока они не занесут корзины куда-нибудь в склад и не запрут их там.
– А они запирают?
– Я не знаю… ни разу там не был. Из Мангуса за товаром всегда приезжает их человек.
– Это в порядке вещей?
– Для Мангуса – да… и если ты права насчет того, чем они там занимаются, тогда для них вполне логично не допускать к себе сельских жителей.
– Только сельских? А городские имеют доступ?
– Регулярно, – кивнул Дауло. – Мантус вербует рабочие бригады в Азрасе каждые две-три недели на недельный срок. Думаю, для простых сборочных работ.
– Не понимаю, – нахмурилась Джин. – Ты хочешь сказать, что
– Не всю, нет. У них есть какое-то количество постоянных рабочих, большинство из которых, скорее всего, члены семьи Нардин. Полагаю, их сборочное производство функционирует с перерывами, поэтому им невыгодно держать посторонних людей, пока в них нет нужды.
– Не очень-то эффективно. А если некоторые из этих рабочих найдут себе тем временем другую работу, и их не окажется на месте, когда они могут понадобиться?
– Не знаю. Я же говорю, они набирают их для простых сборочных работ. А обучить новичков простейшим сборочным операциям не составляет труда.
– Тоже верно, – кивнула Джин. – Ты лично знаешь кого-нибудь, кто работал бы в одной из этих бригад?
Дауло отрицательно покачал головой.
– Их ведь выбирают только из горожан, помните? И нам это стало известно лишь благодаря Каппарису, мэру Азраса.
– Да-да, вы уже упоминали его. Он регулярно информирует вас о том, что происходит в Азрасе и других городах?
– Более или менее. За определенную мзду, естественно.
– А остальные политические лидеры Азраса идут на подобного рода компромиссы?
– Некоторые, – уклончиво ответил Дауло и, помолчав с секунду, добавил почему-то: – как и у каждого, у мэра Каппариса есть враги.
Джин снова посмотрела на стоящего в отдалении надменного Нардина, и на неё вдруг нахлынули непрошенные воспоминания: первые тренировки по освоению навыков Кобр; самонадеянное выражение на лице Питера Тодора, нетерпеливо ожидающего момента, когда она, Джин, наконец не выдержит нагрузок и «сломается». Момента, когда он сможет позлорадствовать над её поражением…
– Имеется ли какая-либо причина, – осторожно спросила она, – по которой Мангус или враги мэра Каппариса в особенности возмущены Миликой?
Дауло недоуменно взглянул на нее.
– С какой стати им возмущаться?
Джин решилась поставить вопрос конкретнее.
– Прошу прощения, но бывают ли такие случаи, когда вы берете за свои товары слишком высокую цену? То есть, выше, чем положено?
Лицо юноши тот час же посуровело.
– Мы никогда не запрашиваем чрезмерную цену, – холодно произнес он. – Наш рудник добывает редкие и драгоценные металлы, кроме того, мы подвергаем их высокой степени очистки. Кто бы их не продавал, они стоили бы дорого.
– А как тогда насчет семьи Йитра?
– В каком смысле?
– Они ведь торгуют лесом и пиломатериалами, верно? Они завышают цену, продавая их городам?
Дауло задумчиво пожевал губу.
– Нет, не думаю. Фактически, все лесные разработки обходят Милику стороной. Река Сомиларай, прорезающая основную зону лесозаготовок на севере, проходит непосредственно мимо Азраса, так что большая часть леса просто сплавляется вниз по реке к обрабатывающим предприятиям. А семья Йитра специализируется на производстве продукции из экзотических сортов древесины, вроде бумаги из реллы. Вы, наверно, видели несколько деревьев реллы на пути от вашего корабля: низкие, черноствольные, с ромбовидными листьями? Джин покачала головой: