Сделка кобры

Зан Тимоти

– Воин-демон, и такой беспомощный? – фыркнул Круин. – Хроника ваших нападений на Квазаму не помнит подобных промахов.

– Я уже объяснила вам. Наше участие…

– Да, ваше участие, – резко оборвал её Круин. – Вы наслушались этих… этих…

– Трофтов, – подсказал Дауло со своего места.

– Спасибо. Вы наслушались от этих чудовищ-Трофтов, которые тоже посетили нас с «миссией мира», я подчеркиваю, вы слышали от них, будто мы представляем опасность, и вы, даже не подумав о том, что они могут

ошибаться, начинаете готовиться к войне против нас. И не смейте заявлять, что эта не ваша вина. Если мой сын до сих пор не узнал твоего имени, то мне оно уже известно.

– Ее имя, – нахмурился Дауло. Джин нервно облизнула губы.

– Имя моего отца – Джастин Моро, – ровным голосом произнесла она, – а его брата зовут Джошуа.

Лицо Дауло слегка побледнело.

– Воин-демон и его тень, – прошептал он.

Значит, легенды об её отце и дяде не забылись со временем.

В ответ Джин скорчила гримасу.

– Вам необходимо понять, Круин Сэммон, что в нашем понимании моджо представляют для вашего народа такую же опасность, как и для нашего. Принимая это решение, мы думали и о вашем благополучии.

– Ваша доброта явно осталась не вознагражденной, – сказал с сарказмом Круин. – Возможно, Шани предложат тебе достойную награду за твои подвиги.

– А иначе бы нам пришлось начать военные действия, – тихо проговорила Джин. – И пожалуйста, не надо ерничать. Среди нас было немало таких, кто искренне верил в их необходимость. Многих из нас напугало, что планета людей, находящихся под контролем моджо, может представить для нас реальную угрозу, стоит лишь её жителям вырваться за пределы своего замкнутого мира. Скажите, а говорится ли в ваших хрониках, что именно ваши люди угрожали в один прекрасный день уничтожить нас?

– Так значит, это ваше оправдание столь разрушительного предупредительного удара? – требовательно поинтересовался Круин. – Угроза, произнесенная в пылу самозащиты?

– Я ничего и никого не оправдываю, – ответила Джин. – Я просто пытаюсь показать вам, что нашими действиями руководили вовсе не ненависть или враждебность к вам.

– Возможно, мы предпочли бы подобной ледяной рассудочности горячие эмоции, – возразил Круин. – Забросить к нам животных-хищников, чтобы они сражались против нас, вместо того, чтобы самим пачкать руки в крови.

– Но разве вам непонятно, – умоляюще сказала Джин. – Вся проблема с меченогами заключается в том, чтобы убрать от вас моджо и не причинить при этом никакого ущерба вашей безопасности и благополучию.

– Никакого? – вмешался в разговор Дауло. – Как ты думаешь, а для чего дополнительная западня над стеной?

Круин жестом остановил сына:

– Будь добра, объясни… Джин глубоко вздохнула.

– Если большинство меченогов появятся в сопровождении моджо, их атаки на людей почти прекратятся.

– Почему

же, – фыркнул Круин, – потому что у моджо о нас остались теплые воспоминания?

– Нет, – отрицательно покачала головой Джин. – Потому что вы будете убивать меченогов.

Круин нахмурился.

– Это бессмысленно. Мы ведь не сможем уничтожить достаточное их количество, чтобы заметить разницу.

– Нам и не придется делать этого, – голос Дауло неожиданно приобрел задумчивость. – Если Жасмин Моро права в том, что касается моджо, одной потенциальной способности уничтожать их окажется достаточно.

Круин поднял бровь, глядя на сына.

– Объясни, Дауло Сэммон. Дауло не сводил глаз с Джин.

– Моджо достаточно разумны для того, чтобы понять мощь нашего оружия, верно?

Девушка кивнула, и Дауло повернулся к отцу:

– Значит, у моджо имеется огромный интерес и желание убедиться в том, что между нами и меченогами по возможности установился мир.

– А что ты скажешь о том животном, с которым вы столкнулись сегодня утром в лесу? – усмехнулся Круин. – Он ведь был вместе с моджо и все равно напал на вас.

Дауло покачал головой.

– Я думал об этом, отец. Он не трогал нас, пока я первым не выстрелил в него.

– Это все предположения, – возразил ему Круин. Хмурое выражение так и не исчезло с его лица.

– Вспомните вашу историю, – посоветовала ему Джин. – Ваш народ рассказал нам, что крисджо тоже когда-то жили с квазаманами совершенно мирно. И только после того, как моджо стали покидать их ради вас, они стали опасны.

Взгляд Круина переместился на инопланетные припасы и оборудование, лежавшие перед ним на столе.

– Ты сказала, что Шани известно, какой эффект производят на нас моджо. Тогда почему они подвергают такому риску свою внутреннюю гармонию, пытаясь очистить наши города от моджо?

Джин отрицательно качнула головой:

– Я не знаю. Возможно потому, что моджо просто оставили города раньше, чем появилась какая-либо альтернатива.

– Или возможно, в городах поняли, что главный конфликт назревает не среди их населения. Это конфликт горожан с нами, с деревенскими жителями, – пробормотал Дауло.

– Возможно, – Круин бросил взгляд на Джин. – Но какими бы ни были причины, действительно имеет значение только то, что жители Авентина совершили вмешательство в нашу жизнь. И тем самым усложнили её и навлекли на нас смерть.

Джин посмотрела ему прямо в глаза, пытаясь отделаться от ощущения, будто находится на судебном заседании.

– Что действительно имеет значение, – поправила она, – так это тот факт, что вы были рабами.

Неужели вы предпочли бы оставаться в таком незавидном положении, далеком от достойного людей существования?