Сделай шаг
Шрифт:
– Как Лесли?
– автоматически спросила она, все еще слишком потрясенная для того, чтобы извиниться и уйти.
– Из тебя не получится специалист по инвестициям, Кэрри, - сказал он.
– Ты никогда не умела правильно оценить риск.
Неужели Гарри хочет убедить ее, что она сделала неверный выбор? Как же глубоко она должна была обидеть его, чтобы заслужить такую жестокость!
– Мне кажется, ты слишком домашняя.
Домашняя! Вспышка злости на мгновение приглушила боль. Раньше его это не смущало. Он всегда с удовольствием приходил
– Может быть, ты найдешь что-нибудь подходящее в сфере обслуживания, - предположил он, словно прочитав ее мысли.
– Хорошо, я подумаю об этом.
– Кэрри с трудом улыбнулась, чувствуя, что ее лицо вот-вот лопнет пополам от этой гримасы. Под напряженным, изучающим взглядом жены Гарри она пыталась придумать что-нибудь остроумное, чтобы скрыть невыносимую душевную муку, но голова ее словно была набита ватой. Спасение пришло с неожиданной стороны.
– Кэролайн, извини, что тороплю тебя, но нам скоро уезжать.
– Рука Майкла, неожиданно оказавшаяся на плече Кэрри, заставила ее вздрогнуть.
– Уезжать?… - переспросила она, не понимая, о чем он говорит.
Не ответив на вопрос, он посмотрел на Гарри.
– Это ведь Клейтон, не так ли? Майкл О'Берри. Я только что беседовал с вашими родителями. Так, значит, вас можно поздравить?
– Спасибо.
– Гарри явно обрадовался возможности разрядить обстановку.
– Позвольте представить вам мою жену Лесли.
Майкл перевел взгляд на юную женщину и, взяв ее руку, держал в своей, как показалось Кэрри, целую вечность. Затем он словно пришел в себя.
– Прошу меня извинить за то, что умыкаю Кэролайн, но сегодня вечером я веду ее на «Богему» - это то малое удовольствие, которое я могу доставить ей за тяжкий труд организации свадьбы Джулии.
– Он посмотрел на Кэрри.
По глазам, полуприкрытым тяжелыми веками, невозможно было догадаться о его намерениях, но нечто многозначительное в четкой линии рта говорило о том, что ей стоит проявить благоразумие и подчиниться.
– «Богема»?
– повторила Лесли, явно обрадованная тем, что можно больше не ломать голову над хитросплетениями отношений в маленькой деревушке.
– Это моя любимая опера! У меня есть мамины записи.
– Ваша мать певица?
– Задавая вопрос, Майкл еще сильнее сжал плечо Кэрри.
– Была. Не профессиональная, конечно, но очень хорошая. На записи мама поет, а папа аккомпанирует ей на пианино.
– Она печально улыбнулась.
– Это все, что у меня осталось от них. Они умерли, когда я была совсем маленькой.
Майкл не отрывал глаз от лица девушки.
– В таком случае вы непременно должны пойти с нами.
– Не знаю, сможем ли мы… - начал Гарри, взглянув на Кэрри и в замешательстве нахмурив брови.
– О, Гарри, пожалуйста!
– взмолилась Лесли.
– Мистер О'Берри не пригласил бы нас вопреки своему желанию.
– Она нетерпеливо повернулась к Майклу.
– Ведь правда?
Майкл послал ей ободряющую
– Мы будем счастливы, если вы примете наше приглашение.
– Он обернулся к Кэрри.
– Не так ли, дорогая?
Дорогая?! Она уже всерьез ненавидела это слово. Но прежде чем Кэрри смогла ответить, он обвил рукой ее талию.
– В семь часов в опере. Если мы разминемся в фойе, я оставлю пропуск в кассе.
– Он поднял руки и, не дав Кэрри сообразить, что происходит, потащил ее через лужайку к дому.
– Кэрри… - Слегка озадаченный голос Гарри замер за ее спиной.
– Не оборачивайтесь, - бросил Майкл без всякой на то необходимости.
Кэрри вовсе не собиралась снова увидеть смущенного и несчастного Гарри, выглядывающего из-за спины супруги; эта картина и так будет преследовать ее всю жизнь. Страшное подозрение закралось ей в голову: а вдруг Гарри женился в отместку, просто чтобы позлить ее… Она чуть не споткнулась, ускорив шаг, чтобы оказаться как можно дальше от этой пары.
Когда они подошли к стеклянной двери, ведущей из сада в гостиную, Майкл повернул Кэрри к себе и приподнял ее голову за подбородок. Серые глаза вопросительно взглянули на девушку. Подступившие слезы превратили его лицо в бесформенное водянистое пятно. И пока она оставалась беспомощной, словно кролик в лучах фар, он наклонился и поцеловал ее.
Его губы были прохладными, твердыми и сухими, и Кэрри уловила едва заметный непередаваемый аромат, который, казалось, исходил только от Майкла О'Берри. Не в силах справиться с потрясением, она стояла как вкопанная. Гарри часто целовал ее - нежно, тепло. Но поцелуй Майкла был совсем иным - требовательным, вызывающим вспышку такого желания, о котором она и понятия не имела.
– Что вы себе позволяете?!
– набросилась она на Майкла, когда он, обняв ее сзади, повел в гостиную.
– Как вы посмели целовать меня так?!
– Такое иногда случается на свадьбах, - беззаботно произнес он.
– Гости целуют подружку невесты. Вы разве не замечали?
– Это было… совсем иначе.
– Неужели?
– спросил он с наигранным беспокойством.
– Возможно, вы правы. Обещаю больше не терять голову.
– Вы… - Кэрри отдернула руку.
– О… позвольте мне уйти!
– выкрикнула она.
– Я хочу…
Он вновь привлек девушку к себе, заставив смотреть ему прямо в глаза и не обращая внимания на злость, исказившую ее черты.
– Любому в радиусе ста ярдов было ясно, чего вы хотите, Кэролайн. В том числе и его жене. Потому я и поцеловал вас - чтобы уберечь от неверного шага ту, что оказалась по воле этого юного идиота в двусмысленной ситуации. Вы уже омрачили начало одного брака, и я не позволю вам расстроить другой. Поэтому ступайте переоденьтесь. Немедленно.
Итак, Кэрри была права, Джулия посвятила брата в свои планы. Именно этим и объясняется его неприкрытая враждебность. Ну уж нет, она не станет покорно дожидаться, пока ее выселят из собственного дома.