Сдавайся!
Шрифт:
— Ну… — вздохнул Тимур, рассеянно листая книжку. — Парни на байках объездили всю округу, но ничего подозрительного не увидели. Зато Степа, Шамиль и Антон напали на след в лесу.
— Они пошли втроем? — удивился Платон.
— Они очень сильные бойцы, — ответил Тимур. — Да и небольшая группа мобильнее. В любом случае, за ними следом идет подмога в пять человек. Степа даст сигнал костром, чтобы направить подмогу.
— Да уж, без телефонов сложно, — вздохнул Платон. — Все разбрелись, а мы тут сидим в неведении.
— Еще поймали парня
— Они сдались?
— Да, и это усложняет допрос, — покачал головой Тимур. — Ни порезать, ни избить нормально нельзя… Приходится извращаться…
Платон и Тимур снова вздохнули.
— Ай! — дернулся Платон от щекотки. — Нежнее!
Майя и Юля с опаской мыли его подрагивающие ступни. Тимур уселся в кресло в углу комнаты и внимательно смотрел, как женские пальцы массируют грубые подошвы ступней.
— А пушка так и сгинула? — спросил Платон.
— Кирилл и Тёма погнались за тем парнем, но пока не вернулись, — сообщил Тимур. — Колян говорит, что слышал выстрелы с западной стороны.
— Если это единственная пушка на острове, то значит она там, — предположил Платон.
— Не факт, — возразил Тимур. — Пушки есть у судей. Может быть, кто-то нарушил правила и был застрелен.
— Хм… — задумался Платон, почесав седую бороду. — Я почти уверен, что палят друг в друга… Нам все же надо сделать город безопасной зоной. А непокорных подчинить…
Он посмотрел на Майю, моющую его бедро. — Давай, ниже тоже мой.
Она смущенно опустила руку в пену, круговыми движениями массируя волосатое бедро. Пена в ванне стала покачиваться.
— А яйца я сам должен мыть? — не отставал Платон.
Майя смущенно отвела взгляд в сторону и опустила руку по локоть в воду.
— Ооооох… Ммммм… — довольно замычал Платон. — Молодец… Давай еще ниже… Мммммм… Жопу тоже помой…
Покрасневшая Майя, опустив глаза, двигала рукой под водой.
— Ооооооооо… У тебя нежные пальчики… — похвалил ее Платон.
Он нежно взял ее мыльной ладонью за щеку и повернул ее лицо к себе. Майя растерянно посмотрела ему в глаза.
— Оооох! — вдруг выдохнул Платон и повернулся к Юле. — Ты что?.. Дрочишь мне?..
Юля похотливо улыбнулась ему, двигая своей рукой под водой, и оперлась на край ванны своей упругой грудью.
— А ты, оказывается, та еще шлюшка… — одобрительно проурчал Платон и отвел с ее лица волнистые локоны. — Хорошо, когда женщины знают свое место и выполняют свою роль…
Он глубоко дышал от юлиных ласк и смотрел прямо ей в глаза. Юля не отводила взгляд и неуверенно улыбалась, продолжая гладить под водой его напряженный член.
— Равенство — это роскошь цивилизации… — выдохнул Платон. — А в мире, где правит первобытная сила… мужчины рискуют жизнью ради порядка и безопасности… За это женщины делают несложную работу… и радуют защитников…
Платон перевел затуманенный взгляд на Майю: — А ты чего так смотришь?..
Майя торопливо отвела взгляд, но Платон взял ее за подбородок и повернул к себе.
— А иначе… — продолжил он. — Женщины попадут в лапы разбойников или налетчиков… станут добычей и наградой…
Платон запустил свою руку под длинные черные волосы Майи на затылке и крепко сжал — она поморщилась от боли.
— Именно поэтому… после тысяч лет отбора… женщины так любят… когда их подчиняют и используют…
Платон внимательно наблюдал за противоречивыми эмоциями на лице Майи.
— Скажешь — не так?! — Он тряхнул ее голову, глядя в ее испуганные глаза.
— Это касается не только женщин, — поднял голову Тимур. — Непокорных любого пола всегда убивали либо изгоняли. Тогда они оказывались без защиты в диком мире, где решает только сила!
***
Дрожащими руками Денис раздвигал листья в поисках земляники. Вот, здесь есть еще! Он рвал мелкие ягодки и жадно закидывал в рот. Искать становилось все сложнее, ягоды было трудно разглядеть, и Денис заметил, что в лесу темнеет. Он посмотрел вверх — сквозь листву было видно розовое небо, но солнце уже опустилось низко, и его не было видно.
Блин! Скоро станет совсем темно! Денис поежился от холода, вспомнив, что он по пояс голый. Еще немного земляники — и всё! Он продолжил лихорадочно раздвигать листья и переходить от одного места к другому. О, вот тут много ягод! Денис стал жадно есть их, и вдруг замер…
Что это? Он уставился на то, что не ожидал здесь увидеть. Под листьями виднелась веревка. Ягоды застряли в горле. Денис осторожно отвел листья — там был узел, где одна веревка пересекалась с другой. Сеть? Он вспомнил ловушку, в которую уже попался в прошлый раз. Кто их расставляет? Зачем? Денис с трудом проглотил ягоды. Оглянулся. Теперь страшно было даже шевельнуться.
Денис стал медленно отступать назад. Хотелось бежать, но он держал себя в руках, осторожно ступая босыми ногами по листьям земляники. Отойдя на несколько метров, Денис развернулся и пошел быстрее, пытаясь найти тропу, и только сейчас понял — насколько темно стало в лесу. Пока он жадно искал ягоды, то потерял и тропу и направление. Он остался один практически голый посреди чернеющего леса…
Совсем близко хрустнула ветка! Денис вздрогнул и присел, всматриваясь в сумрак. За черными стволами деревьев что-то шевельнулось. Или показалось? Может, какое-то животное? Денис словно окаменел, затаился, пристально разглядывая стволы и силуэты коряг.
Вдруг от одного ствола отделилась высокая тень и с шорохом метнулась за другой ствол. Такое точно не могло показаться! Если это был не человек, то что? Денису даже показалось, что эта тень держала длинную палку или копье. В голове сразу возник образ дикаря-каннибала с окровавленным копьем. Ловушка из веревок, отрезанные кисти рук на дереве — все это сложилось в одну жуткую картину. Кровь громко застучала в висках, и Денис едва сдержал крик ужаса.