Щит Спэрроу
Шрифт:
Это была моя любимая сестра, которую я знала.
— В твоих устах убийство звучит так просто, — пробормотал я, глядя вперед.
Я встретилась взглядом с серебряными глазами человека, стоявшего на средней палубе корабля.
Страж так пристально смотрел на меня, что у меня по спине пробежала дрожь. Он никак не мог подслушать нас с такого расстояния, но то, как он усмехнулся, как сжались его челюсти, заставило меня задуматься, что он слышал каждое слово.
Боги. Было ли это одной из его способностей?
Марго
— Будь осторожна.
— Я справлюсь.
Она притянула меня в объятия, шепча мне на ухо.
— Ты сильная, Одесса. Сильнее, чем думаешь.
Марго была единственной матерью, которую я когда-либо знала, но она была не из тех, кто расточает похвалы. Это было столь же чуждо, сколь и желанно, как капля дождя для умирающего растения.
Она отпустила меня так же быстро, как и обняла, затем промокнула уголки своих сухих глаз.
Может быть, все это было для виду. Сегодня я приму участие в представлении, даже если оно было фальшивым.
— Где Арти? — Я огляделась в поисках брата. Он все еще в их карете?
— Спит. — Между нами явно повисло молчание. — Еще только рассвело.
— Но я не успела попрощаться.
Она сказала мне, что приведет его. Что я смогу увидеть его, обнять перед отъездом. Если его здесь нет, я уйду, и будет очень реальный шанс, что я никогда больше его не увижу. Жжение в горле вернулось с удвоенной силой.
— Ты увидишь его снова. — Она отмахнулась.
А что, если нет? Вспомнит ли он меня вообще? Я открыла рот, но сказать было нечего. Было уже слишком поздно. Пора было уходить.
Отец занял место Марго, встав передо мной и положив свои сильные руки мне на плечи. Кивком головы он отослал Марго и Мэй прочь, оставив нас наедине.
Его карамельные глаза смотрели на меня так нежно, как я никогда не видела. Если это тоже было притворством, я отказывалась в это верить.
— Ты сможешь это сделать.
— Я попробую. — Я грустно улыбнулась ему. — Ради тебя.
Его крупная фигура расслабилась, когда он заключил меня в объятия.
— Я совершил так много ошибок, как твой отец. Прости. Твоя мать была бы так разочарована во мне.
Шок от этого заявления заглушил угрозу расплакаться. Он никогда не говорил о моей матери. Никто из них не говорил. И он извинился. Кто был этот человек, и где был мой холодный, гордый отец?
— Помни все, что я тебе сказал, — пробормотал он, его голос был едва слышен.
— Я сделаю это.
— Хорошо. — Он ослабил хватку, но прежде чем успел меня отпустить, я обняла его еще крепче.
— Ты действительно можешь спасти нас от беды? Ты расторгнешь «Щит Спэрроу»? — Это был мой единственный шанс спросить. Я сомневалась, что он мне
— Я попытаюсь. Но я должен попасть в Аллесарию до начала миграции.
— Почему? Что ты ищешь в этом городе? Если ты скажешь мне, возможно, я смогу помочь найти это.
— Это бремя не для тебя.
Нет, он отдал его Мэй.
— Как это вообще возможно? Я читала договор. Если ты вторгнешься, ты нарушишь его условия. — В нем было не так много подробностей, но это было главное правило. — Ты король Куэнтиса. Ты умрешь.
— Я не собираюсь умирать. По крайней мере, не в ближайшее время.
— Но…
— Никаких больше вопросов. — Он отпустил меня и отступил назад. — Я прошу твоего доверия, Одесса. Есть ли оно у меня?
Я отдала ему свое, но не получила его взамен. Это было нечестно. Но я сказала без колебаний.
— Да.
Он закрыл глаза, облегчение исказило его черты.
— Хорошо.
Может быть, я не знала всех подробностей. Но он был моим отцом. Моим королем. За всю свою жизнь я видела, как он делал только то, что считал лучшим для своего народа. И я все равно оставалась одним из его людей, как бы далеко я ни была.
Он обхватил мое лицо ладонью, проводя большим пальцем по моей щеке. Его взгляд переместился на мои волосы, на макушку.
— Я не должен был позволять Марго красить твои волосы. Рыжий цвет — это цвет твоей матери.
— Ты говорил мне. — Давным-давно. Когда я была маленькой девочкой, а он еще не забыл маму.
— Как бы то ни было, коричневый тебе идет. — Он поцеловал меня в лоб, затем отошел в сторону и протянул локоть, чтобы проводить меня к центральному кораблю.
Деревянный проход соединял лодку с причалом.
Отец ослабил хватку и, положив руку мне на поясницу, подтолкнул меня вперед.
Одна.
Туранец с узкими серыми глазами ждал меня с другой стороны, протянув руку, чтобы помочь мне подняться по единственной ступеньке на палубу. В тот момент, когда обе мои ноги твердо встали на борт, он протянул руку мимо меня и втянул трап.
Дерево стукнуло о дерево, когда он прикрепил его к стене корабля, затем закрыл дверь у меня за спиной, щелкнув металлической защелкой. Затем он ушел, присоединившись к остальным, которые перекрикивались друг с другом, каждый человек на корабле был готов покинуть Росло.
Мои колени задрожали, то ли от качки корабля, то ли от осознания того, что это конец. Без этого прохода я больше не была привязана к Куэнтису. К дому.
— Ваше высочество. — Бриэль бросилась ко мне, ее щеки пылали, а прямые каштановые волосы выбились из пучка на затылке. Коротко кивнув, она указала на заднюю часть корабля. — Пойдемте со мной. Джоселин ждет. Мне сказали, чтобы мы не путались под ногами.