Щит Королевы
Шрифт:
– Тут такое дело… – смущенно начал было Вьорк, когда Фиона поднялась ему навстречу. – Словом…
– Позволь-ка! – Лимбит довольно властно отодвинул короля в сторону. – Моя королева, мне придется настаивать на одной весьма неприятной для вас вещи.
Я оторопело крутил головой, не представляя себе, как я должен на это реагировать.
– Не имею чести знать. – Фиона тут же натянула на себя маску великой и могучей повелительницы Хорверка, за которой она пряталась в те моменты, когда кто-нибудь пытался ее обидеть.
– Лимбит, сын Фралира, из клана Кипящего Озера.
– Очень
– Досточтимый в Брайгене отсутствовал, – отчеканил Лимбит. – Вы готовы меня выслушать прямо сейчас?
Он показал глазами на меня и Гвальда. Я остолбенел. Гвальд, кажется, тоже.
Наверняка он не знал о том, что Лимбит стал Толкователем, но вообще-то, когда появляешься после многолетнего отсутствия, принято хотя бы здороваться.
– Вообще-то в мои вечерние планы входила прогулка на свежем воздухе.
– В любом случае ее придется отменить.
– Неужели?
– Именно так.
Он что, нарочно ее дразнит? Или старается запугать?!
– Вы хотите сказать, что я под домашним арестом? – с вызовом проговорила Фиона. Я чувствовал, что вот-вот и она взорвется.
– Что вы, моя королева, – сухо, даже не попытавшись улыбнуться, возразил Лимбит. – Мы всего лишь вынуждены будем обыскать вашу комнату.
Глава X
Признаться, встреча с Эрлингом поставила меня в тупик. Старательно скрывая свое замешательство не только от него, но и от своих спутников, я мучительно раздумывала, что же предпринять.
Задержать посла и попросить Щитов отвести его к Вьорку? Но в чем я могла его обвинить? Разве что в излишнем любопытстве…
Не успели мы вернуться домой, как нагрянул муж. А ведь письмо от Вьорка ждало меня на столе! Жаль, что я не успела его прочесть, – была бы избавлена от нескольких крайне неприятных минут.
Вместе с королем появился тот самый Лимбит, о котором как-то заикнулся Мэтт. Пренеприятнейшая личность. Толстый, несуразный. Но глаза проницательные, цепкие, колючие. Не гномьи какие-то… То есть гномьи, конечно, но что-то в них не то.
И ведь даже не поздоровался. Зато с порога объявил, что должен обыскать мою комнату.
– И по какому праву вы собираетесь рыться в моих вещах? – гневно сверкнула я глазами.
Муж промолчал – будто так и надо. Но бросил на Лимбита победный взгляд, словно говоря: «Вот видишь, какая она у меня!»
– По праву Толкователя Снов.
Что это еще за Толкователь? Впервые слышу! Исповедник? Или пытками признания выбивает? Я беспомощно взглянула на мужа, за которым в явном смущении толклись Айрант и Ланкс. Первый внимательно рассматривал меня, точно впервые видел, а второй недоуменно пожал плечами: мол, мы и сами пока не понимаем, что тут творится…
Да что же это такое! Почему Труба не протестует?!
Я глубоко дышала, силясь успокоиться и чувствуя, как щеки заливает румянец. Нет, надо им сказать – им всем…
Наверно,
– Фиона, прости. Так надо. – И вдруг добавил: – Ты мое письмо прочла?
– Не успела. А что, сейчас самое время? – съязвила я.
– Лучше бы пораньше, конечно. – Казалось, он был чем-то слегка разочарован, но в то же время вздохнул с облегчением.
Тем временем Лимбит, обращая на меня внимания не более, чем на ковер или стол, принялся хозяйничать в кабинете. В первую очередь, попросив Щитов ему помочь, он занялся моим книжным шкафом: загнал Ланкса на стул и заставил скидывать Айранту пачки книг и писем, начиная с самой верхней полки. А сам уселся просматривать и сортировать: брезгливо морщась, недолго скользил глазами по строчкам, а потом отправлял в одну из двух стопок – по какому принципу, я так и не поняла.
Выпрямившись до хруста в лопатках, я смотрела на это безобразие и молчала, как заваленная. Муж вывел меня из ступора, подойдя и тихонько шепнув:
– Письмо, письмо! И никому не показывай.
Я с трудом поняла, о чем это он: Айрант и Ланкс, тихонько ворча себе под нос, как раз принялись с натугой выковыривать шкаф из угла, а тот жалобно скрипел, словно взывая о помощи. Представляю, что сказал бы Тиро! Я-то ему всерьез обещала, что мои ольтанские романы все равно никому не понадобятся… Бред какой-то. У королевы устроили обыск… Силясь припомнить, в каком из этих самых романов я читала о чем-то подобном, я протянула руку к письму.
Милая моя, дорогая, хорошая девочка!
Скоро я приду к тебе вместе с Лимбитом – ты с ним не знакома, но, поверь мне на слово, это очень преданный гном. Уверен, что ты все поймешь и сумеешь сыграть как надо. Веди себя так, будто ты страшно возмущена – если будет чем возмущаться. Но вместе с тем знай, что в любом случае тебе ничего, абсолютно ничего не грозит, что бы ни произошло.
В.
Так вот оно что! Это спектакль, представление, и мне необходимо играть дурацкую роль… И пусть, раз так надо. Я едва сдержала вздох облегчения и рассеянно, словно невзначай, сунула письмо за корсаж. Вьорк посмотрел одобрительно, но меня не покидало ощущение, будто я попала на сцену…
Покончив со шкафом, Лимбит добрался до моих заветных полочек, уставленных шкатулками. Бесцеремонно высыпав содержимое первой из них на гладь письменного стола, он принялся изучать мои драгоценности. Впрочем, много времени это у него не заняло: взяв в руки шкатулку, Толкователь стал крутить ее, рассматривать так и сяк. Разве что на зуб не пробовал. Наигравшись, он взялся за другую: самую дорогую для меня, самую любимую. Ни один дракон не хранил свои сокровища так, как хранила их маленькая принцесса Фиона, которая только рассмеялась бы, если бы ей сказали, что в один прекрасный день она станет королевой гномов.